Чтение онлайн

Зимнее стойбище верховного хана казахов Бурундука и Касим-султана располагалось на расстоянии примерно 15-ти дней пути от Кара-Абдала. Судя по другим местам этого же труда Ибн Рузбихана, Бурундук-хан проводил эту зиму в йурт-и кишлаке «Аб-и Сыр», располагавшемся где-то на правобережье Сыр-Дарьи.

Между тем в основном лагере Шибанидов происходило вот что. У одного влиятельного казаха из улуса Таниш-султана был индийский гулям в возрасте около четырнадцати лет. Этот гулям, страдая от жестоких побоев и притеснений своего хозяина, бежал к узбекам Шейбани-хана и сообщил им, что в их улусе распространился слух о том, что Суюнджи-Ходжа-султан совершил налет на йурт-и кишлак Джаниш-султана и, захватив добычу и пленных, возвратился к себе в область Туркестана, и что они вообще не знают о прибытии самого Шейбани-хана с войском. Разъясняя причину подобной неосведомленности казахов улуса Таниш-султана как о близости неприятеля, так и об истинном положении дел в улусе Джаниш-султана, Ибн Рузбихан пишет, что казахи располагаются в камышовых зарослях берега Сыр-Дарьи вразброс, что между их стоянками и местами зимовок иногда расстояние довольно значительное; «вследствие снегопада, льда и сильной стужи они совершенно не имеют никаких сведений и известий о положении друг друга».

Поэтому неугомонный и жестокий хан, «стряхнувшей с подола сердца пыль взаимной любви» к своим сородичам, не стал дожидаться, когда казахский султан узнает обо всем случившемся и подготовиться ко встрече с ним, а решил нанести ему внезапный удар. Появившиеся самым неожиданным образом воины Шейбани-хана действительно вызвали в улусе Таниш-султана полную растерянность и необычайное волнение. Ничто не было готово к отпору Шибанидов. Попытка же отчаянного сопротивления, предпринятая Таниш-султаном, против превосходящих сил противника оказалась безуспешной; слабый и наскоро собранный отряд казахского султана не смог оказать долгого сопротивления: многие из улусных людей пали смертью храбрых, заплатив своей жизнью за зимнюю спячку и беспечность, а Таниш-султан, в конце концов, обратился в бегство, предоставив все богатство своего улуса на милость победителям. Последние, как это было и в улусе Джаниш-султана, занялись грабежом и разбоем.

Подвергнув таким образом ряд зимних стойбищ казахов разорению и гордый своими победами над их султанами, Шейбани-хан с войском направился обратно в сторону Сыгнака, обремененный богатой и разнообразной добычей, гоня многочисленные стада отбитого у казахов скота и массу пленных обоего пола. Причем все награбленное добро победители погрузили на повозки-дома, которых вместе с их обитателями — девушками, мальчиками, гулямами и служанками — было захвачено более десяти тысяч.

По пути в Сыгнак, после совершения двух-трех перегонов, разведчики доложили, что в близлежащих зарослях камыша и кустарников проводят зиму часть казахов, которые не ведают о подходе войск хана. Сейчас же после этого Шейбани-хан послал отряды в набег; они совершили неожиданный налет на йурт-и кишлак, где проводили зиму около десяти тысяч семей-кибиток казахов, все предали грабежу и убийствам, и, отягченные награбленным добром, возвратились обратно в ставку, гоня новые стада скота и пленных обоего пола.

В результате полуторамесячного похода Шейбани-хана на места зимних стоянок казахов было захвачено столько добра и угнано столько скота, что, по словам очевидца, спустя еще несколько месяцев после похода жители Туркестанских областей, куда все награбленное было свезено и пригнано, переправляли в Мавераннахр дома-повозки и скот, отнятые у казахов.

Так закончился третий победный поход, принесший узбекскому хану славу и значительные богатства, но впереди предстоял еще четвертый и последний поход, с участием самого хана, явившийся естественным звеном общей завоевательной политики Мухаммада Шейбани-хана, а неудача, которой он завершился в кипчакских степях, была как бы предвестником будущего разгрома главы Шибанидов от основателя новоперсидского государства шаха Исмаила под Мервом.

Сведения о четвертом походе, предпринятом Шибанидами во главе с ханом в суровую зимнюю пору, мы находим в нескольких источниках. Анонимный автор «Шейбани-наме» посвящает этому походу всего несколько строк; так же коротко излагают это событие и Хондамир в своем «Хабиб ас-сийар» и ал-Гаффари в «Тарих-и джахан-ара». Наиболее подробное описание похода и поражения Мухаммад-Тимур-султана и Убайдулла-султана от казахов содержится в «Зубдат ал-асар», «Тарих-и Рашиди» и «Бахр ал-асрар».

По этим источникам поход Шибанидов во владения казахов и их поражение представляется в следующем виде.

Поход был предпринят на исходе 915 г. х., то есть в начале 1510 г. Цель его заключалась в том, чтобы избавить от угрозы владения Шейбани со стороны казахских султанов. Во главе войска находился сам Мухаммад Шейбани, но нападение на улус Касим-султана, располагавшийся в предгорьях Улуг-Тага, совершили Тимур-султан и Убайдулла-султан. По словам Махмуда б. Вали, время нападения Шибанидов на стойбище Касим-султана совпало с отправкой части людей улуса в набег в некую область [название местности написано в рукописи без диакритических знаков и мне не удалось его расшифровать — Т.С.]; места зимовки соседних казахских улусов располагались в отдаленных районах, поэтому Касим-султан, не располагая возможностью отразить нападение противника, отступил к отрогам Улуг-Тага, где и укрепился. Шибаниды захватили покинутую ставку Касим-султана и в течение нескольких дней праздновали победу, оставаясь в полном неведении о действиях противника. Тем временем Касим проведал об их беспечности и направил на разведку некоего человека по имени Мойунсиз-Хасан с отрядом, и тот близко подошел к лагерю шибанидских войск. Неожиданное появление противника и внезапное нападение вызвало в лагере султанов панику и в общей суматохе погибло множество узбекских воинов и военачальников; в числе убитых был и Канбар-мирза, который был старшим беком Шейбани-хана и которому тот отдал в суюргал Балх с относящимися к нему местностями. Вооружение всего войска Шибанидов попало в руки казахов. С разбитыми отрядами в жалком состоянии султаны присоединились к Шейбани-хану. Хан, располагавшийся со своей ставкой в местности Кок-Кашане (в окрестностях Сыгнака), тотчас же снялся с места и спешно отступил. Следом прибыло войско Касим-султана и погубило еще много именитых людей.

Словом, говорится в источнике, Шейбани-хан «потерпел крупную неудачу»; и когда он прибыл в столицу, то, будучи в полном душевном расстройстве, предпринял ряд негодных дел. Одно из них заключалось в том, что еще прежде он отобрал у Кучум-султана область Туркестан и передал ее Сайнд Ашику, а после того, как хан возвратился из похода на казахов в бедственном положении, он отобрал Бухару у Убайдулла-султана и передал тому же Сайнд Ашику, а владения Хисара отнял у Хамза-султана и Махди-султана и назначил там хакимом Убайдулла-султана. По этой причине султаны были в обиде.

У этого «неудачного» похода Шейбани-хана было еще более трагическое последствие, закончившееся спустя несколько месяцев гибелью основателя государства Шибанидов в Средней Азии. Одной из причин этой трагедии явились раздоры в семье потомков Абу-л-Хайр-хана, связанные с перераспределением уделов после поражения войска хана от Касим-султана. Очевидно, поэтому Абу-л-Гази пишет, что сын Джанибек-хана Касим воевал с Мухаммадом Шейбани-ханом и «был виновником его гибели».

«Раз уже речь зашла о Касим-хане, то если не дать о нем хотя бы краткого описания, дальнейшее повествование будет неясным» [Мирза Хайдар, В 648, л. 1536].

Сын одного из основателей Казахского ханства Джанибек-хана Касим родился около 1445 г.: — осенью 1513 г., когда на берегу р. Чу произошло свидание между ним и Чагатаидом Саид-ханом, по словам их современника Мирзы Хайдара Дуглата, «возраст Касим-хана превышал шестьдесят лет и был близок к семидесяти». Родительница его по имени Джаган-бегим приходилась родной сестрой матери Махмуд-султана, брата Шейбани-хана. Как истинный сын степей, свято чтущий освященную временем традицию подчинения старшему, Касим-султан, по примеру отца, был сначала во всем послушен и покорен Бурундук-хану, пишет Мирза Хайдар. Действительно, впервые имя Касим-султана упоминается в источниках в связи с описанием войн Шейбани-хана с казахскими владетелями еще в 80-х годах XV в., где о нем говорится как об одном «из известных султанов и славных бахадуров» Кипчака и предводителе конницы войска Бурундук-хана. Давно замечено: когда людская молва наделяет человека властью, власть сама зачастую приходит вслед. К началу XVI в. личная власть Касим-султана сильно увеличилась. Мирза Хайдар, связывающий время усиления Касим-султана со смертью его брата Адик(Атик)-султана, последовавшей вскоре после захвата Шейбани-ханом Ташкента в 1503 г., ничего не говорит о причинах, укрепивших положение сына Джанибек-хана. Эти данные мы находим в «Бахр ал-асрар» Махмуда б. Вали, который, описывая поход Шейбани-хана на Андижан в начале весны 1504 г., сообщает: «В это время Касим-хан с помощью и при поддержке мангытов завоевал господство над всей Кипчакской степью и имел возможность совершать набега и нападения на границы Ташкента и Туркестана» [Махмуд б. Вали, т. 6, ч. 3, л. 178б].

Хотя Касим-султан видел, что фактически власть в ханстве и инициатива находятся в его руках, но как дальновидный политик он был осторожен, умел терпеливо выжидать там, где, казалось бы, положение позволяет ускорить решение вопроса. В 1510 г., когда Шибаниды совершили набег на улус Касима, он, по словам Мирзы Хайдара, «еще и не принимал титул хана, хотя власть его уже была настолько велика, что никто и не думал о Бурундук-хане. Но он (Касим) не хотел находиться поблизости от Бурундук-хана, потому что, если быть вблизи и не соблюдать должного уважения, означало бы возражать хану, а повиноваться же ему душа не лежала, поэтому он и старался держаться подальше от Бурундук-хана».

Соперничество двух влиятельнейших людей ханства закончилось в конце концов победой всесильного и энергичного султана и изгнанием потерявшего свой авторитет хана. Не ранее осени 1511 г. Бурундук-хан с кучкой приближенных удалился в Мавераннахр. Верховная власть в ханстве перешла к потомкам Джанибека, первым из которых воцарился наиболее даровитый из сыновей его — Касим-султан.

У Бурундук-хана было четыре сына — Шайхим, Санджар-Джахан, Джахан-Бахти, Кимсин — и несколько дочерей. Одна из его дочерей, по имени Дадим-ханым, была замужем за будущим казахским ханом Шигай-султаном, внуком Джанибек-хана. Три другие в 90-х годах XV в. были выданы замуж за Шибанидов: одна — за Мухаммада Шейбани-хана, другая — за Султан Махмуда, брата Шейбани-хана, третья — за Тимур-султана, сына Шейбани-хана. Последняя, по имени Михр Султан-ханым, жила в Самарканде и, как видно из сохранившегося вакфного документа, являлась крупной собственницей. Вот к ней то и подался Бурундук-хан, покинутый своими поданными. О дальнейшей его судьбе нам ничего не известно; вероятно, ой и умер на чужбине.