Чтение онлайн

«По другую сторону Кашгарского края расположилось племя, носящее имя казак. Они кочевники, у них нет ни городов, ни селений. Число их составляет два раза по сто тысяч семейств (эв). У них есть хан по имени Таваккул. Казахи однажды произвели набег и разграбили часть владений калмаков и возвратились к себе. Об этом доложили предводителю калмаков. Он направил одного из своих везиров в погоню за казахами и повелел: „Возвращайся непременно с головой Таваккуля или принеси свою голову“. Тот отправился вслед за казахами и прибыл в местность, которая была йуртом Таваккуля. Таваккул, увидев огромное войско калмаков, счел всякое сопротивление бесполезным и бежал в сторону Ташкента. Калмаки, преследуя его, дошли до окрестностей Ташкента и, нагнав его, перебили половину его войска. Таваккул с некоторым числом оставшихся людей подался в Ташкент. Как говорят, Ташкент в древности был столицей Афрасиаба; это очень обширная область. В то время правителем Ташкента был Науруз Ахмад-хан, по прозванию Барак-хан; он из потомков Чингиза. Словом, Таваккул подался в Ташкент, калмаки разграбили его эль и вернулись в свою страну. Таваккул отправил человека к Барак-хану со словами: „Я пришел и отдал себя под твою защиту. Мы оба потомки Чингиза, связаны узами родства. Кроме того, оба мы мусульмане, единоверцы. Окажи мне поддержку, и мы отправимся вместе и отомстим этим кафирам“. Барак-хан направил ему [такой] ответ: „Если даже десять ханов, таких как я и ты, объединятся вместе, то и они не смогут противостоять им, ибо они — племя йаджудж“» [Сейфи, л. 146–156]. «И в самом деле они походят на племя йаджудж своей многочисленностью», — пишет Сейфи и дальше описывает обычаи калмаков.

Учитывая упоминание в данном рассказе Алтан-хана и Барак-хана, это событие следует датировать периодом между 1552–1556 гг., то есть периодом от покорения калмаков туметским предводителем до кончины правителя Ташкента. Однако Таваккул (Тевеккел) еще в 1580 году, по словам сочинителя «Шараф-наме-йи шахи», состоял в числе служилых султанов узбекского хана Абдуллы. Ханом казахов он стал не раньше 1583 г. Разгрому калмаков в таком случае подвергся не улус Таваккул-хана, но молодого (скорее, даже юного) Таваккул-султана. Запомним это имя; оно еще возникнет в нашей книге при описании событий последних десятилетий XVI в.

Однако здесь возможно и другое допущение. Сочинение османского автора Сейфи Челеби было написано в 1590 г.; считается, что сам Сейфи не путешествовал по тем странам, о которых он пишет, и его сведения основаны исключительно на устных рассказах купцов и путешественников. Могло случиться и так: Сейфи связал события, имевшие место в 50-х годах XVI в., с именем современного ему хана казахов — Таваккуля (ср. его слова: «У них есть хан по имени Таваккул. Однажды казахи произвели набег…»), а в действительности водил войска против калмаков и обращался за военной помощью к Бараку другой казахский хан (Буйдаш? Хакк-Назар?)

Таким образом, водворившись в Семиречье, казахские владетели положили начало политическому объединению казахских племен с кыргызами, о чем свидетельствуют как состав войска Тахир-хана, так и упоминания кыргызов, наряду с казахами, почти во всех описаниях походов Рашид-хана против казахских владетелей. Переход Семиречья в руки казахских ханов и их союз с кыргызами определили дальнейшие отношения между казахскими и могольскими правителями. Прежние традиционно мирные отношения сменились постоянными военными столкновениями; Абд ар-Рашид-хан в союзе с Шибанидами предпринял ряд походов для упрочения своей власти в Семиречье и Прииссыккулье, занятыми казахами и кыргызами. Однако союз могольского хана с Шибанидами и их совместные военные действия против казахов и кыргызов не привели к восстановлению власти моголов в Семиречье, в лучшем случае Рашид-хану удалось превратить в сферу своего влияния лишь районы, непосредственно прилегающие к территории современного Кыргызстана, которые, однако, впоследствии также были потеряны, и там окончательно укрепились кыргызские племена, продолжавшие выступать совместно с казахами.

Военные действия между казахами и калмаками еще не носили тогда характера организованных войн, как впоследствии, когда казахам пришлось вести упорную и кровопролитную борьбу с калмаками за обладание Семиреченским краем; на ранних этапах это были скорее лишь грабительские набеги. Однако уже в эти годы нападения джунгар заставляли иногда казахских владетелей искать сильного покровителя среди соседних правителей, каковыми наконец и явились Шибаниды. Видимо, именно незавидная перспектива оказаться в одиночестве против трех сильных противников — моголов, узбеков, калмаков — и угрозы вести длительную борьбу на три фронта вынудили казахских владетелей во второй половине XVI в. выступить на стороне узбекских правителей Мавераннахра.

Для освещения взаимоотношений казахов с Шибанидами во второй половине XVI в. исключительный интерес представляет сочинение Хафиз-и Таныша «Шараф-наме-йи шахи». Этот замечательный памятник восточной литературы был написан на основании личных наблюдений и впечатлений автора, рассказов современников, участников событий и официальных государственных документов. Хотя сочинение придворного поэта и хрониста представляет из себя исключительно описание государственной деятельности и военных походов хана Абдаллаха, но в то же время «Шараф-наме-йи шахи» содержит разнообразный материал по истории казахского народа второй половины XVI в. В частности, в связи с описанием взаимоотношений Абдаллаха с другими Шибанидами, сообщается и о взаимоотношениях узбекского хана с казахами. К сожалению, некоторые аспекты взаимоотношений казахских владетелей с узбеками Средней Азии нередко излагаются слишком сжато, порою только намеками, в свое время, возможно, ясными читателю, но теперь малопонятными. К этому кругу малопонятных теперь аспектов казахско-узбекских отношений второй половины XVI в., сообщаемых Хафиз-и Танышем, относится вассальная служба казахского хана Таваккуля (Тевеккеля) и других султанов вместе с подвластными им казахами узбекскому хану.

Хафиз-и Таныш не поясняет причин, приведших казахских владетелей под бухарский протекторат, а только сообщает о существовании этих вассальных отношений. Когда Абдаллах находился на берегу реки Келес, — пишет он, — ко двору узбекского правителя пришел посланец от казахских султанов и сообщил следующее: «Все султаны вследствие сильной любви и безграничной дружбы посылают хану приветствие, поклон, молитвы и мольбу, с которой обращаются к благочестивым. Они выражают единодушие, искренность, высокую преданность и желают жить в союзе с ханом. Они вдели голову единодушия в ярмо повиновения и шею покорности обвили кольцом почтения и выражают дружбу и верность хану. Кроме того, они заявляют: „Мы и теперь верны тому договору и союзу, которые мы заключили с его величеством“» [МИКХ, с. 246–247]. В другом месте автор «Книги шахской славы» замечает, что 24 мая 1579 г. к двору Абдаллах-хана снова прибыл гонец от казахов и выразил «единодушие, дружбу, преданность и верность союзу». К сожалению, мы не располагаем прямыми сообщениями источников о точной дате заключения этого договора и его условиях, кроме приведенных сообщений о том, что договор и союз был заключен до 1579 г. и, по-видимому, между Абдаллах-ханом и казахским ханом Хакк-Назаром.

Хакк-Назар — сын Касим-хана, сына Джанибек-хана; его матерью была Ханык Султан-ханым. Относительно даты его вступления на престол существуют разные точки зрения. В ряде источников преимущественно иранского происхождения отмечается, что Касим-хан умер в 930 г. х. (1523-24 гг.), и Хакк-Назар заступил на место отца. Указанный год принят некоторыми исследователями как время начала правления Хакк-Назар-хана. Между тем эта дата не может считаться достоверной, поскольку Хакк-Назар в действительности не наследовал ханский престол непосредственно после отца. Другие авторы без особой аргументации относят восшествие Хакк-Назара на престол к концу 50-х годов или к 1538 г. Наиболее приемлемым нам кажется последнее предположение, хотя фактов, могущих безусловно доказать точность такой датировки начала правления этого хана, у нас также нет. Можно лишь предположить, что Хакк-Назар стал ханом после 944/1537-38 гг., то есть после гибели Тугум-хана со всем его родом.

Кадырали-бек без указания даты отмечает, что Хакк-Назар-хан погиб во время междоусобных распрей; «потомство его более не царствует». В «Шараф-наме-йи-шахи» Хафиз-и Таныша при описании событий 1580 г. говорится о том, что Шибанид Баба-султан «приказал Бузахуру отправиться в поход, чтобы настичь Хакк-Назар-хана и, если сможет, прикончить его смертоносным мечом». Бузахур-султан во исполнения приказа пустился преследовать казахского хана. Это сообщение обычно трактуется в том смысле, что Хакк-Назар-хан погиб в результате этого преследования, хотя у самого Хафиз-и Таныша нет точных указаний на это.

Подробная генеалогия Хакк-Назар-хана неизвестна. Два его сына, имена которых не приводятся, были убиты в апреле 1580 г. людьми Баба-султана. Двое других его сыновей, Мунгатай и Дин-Мухаммад, принимали активное участие в мятеже вспыхнувшем в 1588 г. в Ташкентском вилайете и направленном против Абдаллаха. По сообщению Мухаммад Яр ибн Араб Катагана, во время правления Аштарханида Баки-Мухаммад-хана (1600–1605) сын Хакк-Назара по имени Тиним-султан был валием Ташкента. Тиним-султан (Тиниш-султан) упоминается и в «Бахр ал-асрар» рядом с именем Таваккул-султана при описании события 1583 г.

В народных преданиях имя Хакк-Назар-хана окружено славою. Память о нем сохранилась не только у самих казахов, которые относят образование трех казахских жузов ко времени его правления, но даже у башкир и ногаев.

Таковы вкратце обстоятельства хана Хакк-Назара. Обратимся теперь к возможным причинам, приведшим казахских владетелей в «ярмо повиновения» повелителю Мавераннахра.

30-50-е годы XVI в., как уже неоднократно упоминалось, являются тяжелым периодом в истории казахов. К этому периоду относятся ряд серьезных поражений казахских владетелей от узбеков, моголов и калмаков, следствием чего явились гибель целых султанских фамилий, потеря казахами части своих кочевий. Под напором внешних врагов казахские владетели ставят себе новые задачи, какие не стояли перед ними 15–20 лет назад, и, вынужденные искать себе покровителя и союзника, останавливают свой выбор на Шибанидах.