Чтение онлайн

– Они отрезали Чувашский выступ ударом с воздуха. После этого добить наземные войска станет простой формальностью. Следует их немедленно выводить, каждый час задержки сделает эвакуацию сложнее.

Хайнрици снова посмотрел на карту, видя по отметкам, как русские и американские части постепенно продвигались, прогрызая путь ударами авиации и артиллерии. Как там старая мудрость гласит? Это война плоти и крови против стали и железа. Ответом на такое нападение должна быть подвижность, гибкая оборона. Не стой там, куда скоро врежут.

– Я согласен. Нам нужно отступить к исходной линии фронта. Иначе мы потеряем все части в том мешке.

Буш кивнул.

– Значит, договорились. Фюреру мы представим это как успешный набег на вражескую территорию. Набег закончен, и мы возвращаемся на обычные позиции. Издайте соответствующие приказы. А вас, Лоренц, я попрошу остаться.

Как только конференц-зал опустел, Буш повернулся к Габлеру.

– Что случилось?

– Скорцени случился, вот что. Его десантно-диверсионная банда получила доступ к слишком важной секретной информации. А именно о том, что в Казань направили боеприпасы, которые здесь не нужны, и устроили так, чтобы их часть передали отряду Иванов, защищающих остров №10. Скорцени придумал задачу по его захвату, рассчитывая, что у русских в разгар боя закончатся патроны.

– У него были такие полномочия?

– Нет. Но он всё равно это сделал. На бронекатере, который должен был отвезти боеприпасы, нашёлся внимательный матрос. Он распознал неправильные патроны и сообщил куда надо. Иваны начали расследование и накрыли нашу сеть. Несколько агентов, в основном женщины, сумели скрыться, они и сообщили, что произошло. Мы сначала не вполне поверили, в таких случаях обычно появляются двойные агенты, но сегодня утром в "Правде" появилась статья о том самом матросе. Обычная статья, бодрый поучительный рассказ о том, как бдительность и внимание к мелочам спасают жизни.

– И ничего о разгроме нашей агентурной сети?

– Совершенно ничего. Просто проповедь о долге и необходимость показать, что русские могут быть такими же дотошными, как и американцы. Сейчас есть много подобных статей, превозносящих достоинства американцев, о том, как упорно они работают, помогая защитить Родину. Поэтому я и поверил.

– Скорцени… - Буш задумался почти на минуту.
– А ведь здесь есть так необходимая нам возможность.

Запад Самарского плацдарма, Жемковка [262] , штаб 502-го дивизиона СС

– Свердловск!
– Отто Скорцени смотрел на карту восточной России, особенно внимательно разглядывая две толстые красные линии, ведущие от восточных портов возле Владивостока в Казань и Ярославль.
– Вот ключ.

– Ключ к чему, Отто?
– штандартенфюрер СС Штефан Бэр привык к загадочным комментариям командира. Обычно они были первым признаком формирования какого-то нового замысла.

– Американские линии снабжения. По сведениям Абвера, более шестидесяти процентов американских поставок поступают из Владивостока по Транссибирской железной дороге. Четверть - через Северную Атлантику в Мурманск и Архангельск, конвоями. Закрывается баланс через Ирана. Сейчас мы не можем напакостить им внутри Ирана, хотя какой-то потенциал для саботажа остался. Флот атакует конвои, но на самом деле и канадцы, и британцы способны отражать атаки с воздуха и из-под воды. Какая-то часть грузов теряется, но небольшая. В любом случае, железная дорога - более чем ценный приз. Я изучил её, и нашёл слабость, в которую мы можем вцепиться. Оказывается, в Японии нашёлся толковый осведомитель, даже несколько. Японцы, по очевидным причинам, много знают об этой дороге, а наш источник был владельцем большой её части. Изначально путь шёл на юг вдоль китайской границы. Это была одноколейная дорога, но Иваны после войны с Японией в 1905 году, проложили вторую колею. В 1929-м они начали строительство второй линии, севернее, но вплоть до середины 1941-го проект финансировался ни шатко ни валко. После начала "Барбароссы" американцы влили в него денег и помогли инженерами. Вполне очевидно, что они предвидели потребность в безопасной линии снабжения. Как бы там ни было, они построили много дорог, причём быстро. Северная ветка завершена целиком, и она двухколейная. Также с помощью американцев построены перемычки между этими двумя линиями. Теперь можно проводить сортировку любой сложности повсюду от Хабаровска до Комсомольска-на-Амуре, да почти везде на этих участках сети. Впечатляющее строительство. Северная линия проходит над Байкалом, южная, соответственно, ниже него. Они сливаются здесь, в Красноярске. Ещё одна группа сортировочных станций. Линия дальше ведёт через Томск, Омск и Свердловск, где вновь разделяется на два маршрута. Один на юг через Казань, другой на север через Ярославль. В конечном итоге, после пересечения Волги, обе ветки сходятся в Москве. Сейчас, конечно, нет, так как мосты взорваны.

Вот этот промежуток от Красноярска до Свердловска - узкое место всей системы. Одна линия двухколейной дороги, с малочисленными запасными путями и сортировками. Все грузы, которые американцы разгружают во Владивостоке, должны пройти по этому пути. Вот почему они так медленно наращивали силы. Могу поспорить, что Тула, по сравнению с тем, что накоплено в Красноярске, просто лачуга бедняка.

Бэр посмотрел на карту. С его точки зрения Транссиб походил на циферблат часов, с пузырьками на востоке и западе, и единственной тонкой перемычкой между ними. Он видел, о чём говорит Скорцени. Это на самом деле была критическая слабость.

– Отто, амеры наверняка тоже это понимают. Их армия может вызывать жалость, но у них огромный опыта при строительстве магистральных железных дорог. Такого ни у кого нет. Я уверен, что они постараются устранить уязвимость. Не исключено, что проложат четырёхколейный путь.

– Американцев нельзя недооценивать, это верно. У них многому можно поучиться, и сами они учатся довольно быстро. Скоро они наработают военные навыки. И да, они будут расшивать путь до четырёх колей от Красноярска до Свердловска. Но пока его нет. 2400 километров, Штефан! Даже американцы не могут построить такую дорогу за одну ночь. Но это и неважно. А вот здесь - да. 950 километров от нашего плацдарма на западном берегу Волги, под Свердловском. Такое расстояние и можем преодолеть.

– Что ты имеешь в виду - преодолеть такое расстояние?
– Бэр с ужасом подумал, что понимает, куда клонит командир.

– Мы можем доставить туда отряд. Используем "Кондоры" и Ju.290 [263] в качестве транспортов парашютного десанта. Он захватит площадки для посадочного десанта и подкреплений.

– А обратно как?

– Да никак, в том и красота. Как только мы соберём дивизион и захватим и Свердловск, то разрушим там всё ценное. В городе несколько станций, железнодорожных депо, фабрик и сборочных заводов. Даже просто потеря города и его мощностей станет сокрушительным ударом по врагу. Но это только начало. Затем мы отходим в сельскую местность и устраиваем рельсовую войну. Разделим дивизион на небольшие группы, завербуем местных соплеменников. Обучим их партизанским действиям, и пусть Советы испробуют своё собственное лекарство. Амерам придётся не просто восстанавливать 2400 километров дороги, но и охранять каждый её шаг!

Безумие! Бэр едва сдержался, чтобы его лицо не выдало эмоций - настолько детально Скорцени изложил свой замысел. Или ожидается, что я отнесусь к этому серьезно? Этот какая-то проверка, чтобы понять, хватит ли у меня силы духа указать на очевидную невозможность схемы? Или генерал и правда сошёл с ума?

– Отто, сколько аэродромов вокруг Свердловска?

– Четыре. Два на юго-востоке от города, два на севере. Мы легко можем их захватить. Вот, - Скорцени протянул добытые снимки.

Бэр внимательно изучил их. Три посадочных полосы и один крупный, хорошо оснащённый аэродром. Но фотографии сделаны в 1928-м. Как я и боялся. Мы направляемся в экспедицию совершенно без свежих разведданных.

– У Люфтваффе есть шестьдесят Ju.290, единственных транспортных самолётов, у которых хватит дальности долететь до Свердловска. На такое расстояние они могут доставить сорок восемь парашютистов каждый. То есть мы пытаемся захватить крупнейший промышленный город силами трёх тысяч человек? На самом деле меньше. Только на выброске будет потеряно не менее десяти процентов [264] . С учётом разброса и схваток на земле, допустим, мы располагаем двумя тысячами. Мы уже знаем, что бой в русском городе это смерть без вариантов. Наши две тысячи человек просто исчезнут.

– Плацдармы в Британии мы захватили куда меньшими силами. Никто не говорит, что город надо брать с ходу - мы берём посадочные площадки, прилетают войска, и уже они захватывают Свердловск.

Так вот что стоит за этим планом. Бэр задумался. Вторжение в Великобританию было значительным и несомненным успехом 502-го дивизиона. Мы сделали невозможное - заняли плацдармы для десанта в южной Англии и удержали их достаточно долго, чтобы Люфтваффе перебросили наземные подразделения, чтобы закрепить захват. Затем, ударами с аэродромов, мы сумели захватить небольшие порты и там высадилось ещё больше войск. Да, мы осуществили невозможное - организовали успешное вторжение в Англию. Но для этого потребовалось два года планирования и приготовлений, и элитные войска для взятия ключевых объектов. Даже тогда борьба была напряжённой, и сомнения в победе оставались до самого конца. Все остальные действия 502-го дивизиона оказались или провалами, или сомнительными достижениями. Отто полон решимости провести операцию, которая покажет, что наш успех в Англии не был случайным. Отчаяние как оно есть.