Каждое лето после
Шрифт:
Воздух был влажным, обещая дождь, которого, вероятно, не будет, если судить по первой половине лета. Трава вокруг дома Флореков давно побурела, но Сью была полна решимости поддерживать клумбы в форме. Она пришла в ресторан раньше обычного, чтобы приготовить дополнительные партии вареников для долгих выходных, а Сэму, Чарли и мне было поручено полить все сады в пекущей жаре, прежде чем мы выйдем на свои смены.
Как и в большинство вечеров, мы отправились на «Банановой лодке» к городскому причалу, откуда пошли в ресторан пешком. Я была одета как обычно — в темную джинсовую юбку и блузку без рукавов — и к тому времени, как мы туда добрались, я была мокрой от пота. Я ополоснула лицо холодной водой в ванной и собрала волосы в хвост, пригладив завившиеся от влажности пряди, затем нанесла немного туши и розового блеска для губ — вот и весь мой обычный макияж.
Столы были заняты с того момента, как мы открыли двери, и к тому времени, когда были обслужены последние посетители, Сью была совершенно измотана. Жюльен сказал ей, что она выглядит дерьмово, и выставил её за дверь, пока остальные из нас заканчивали.
— У меня такое чувство, будто я всю ночь варилась в воде для вареников, — сказала я Чарли и Сэму, когда закончила, присоединяясь к ним у задней двери, где они всегда ждали меня, сидя спиной к стене, как только заканчивали на кухне. Я раздала им их чаевые.
— Я всю ночь простоял над водой с варениками, — сказал Чарли, вставая, чтобы засунуть деньги в карман, и растягивая майку, чтобы показать мне, какая она влажная. — Тебе не на что жаловаться. Я прыгну в озеро, когда мы вернемся домой.
Он не шутил. Как только мы привязали лодку, он спрыгнул на причал, расстегнул шорты и снял майку. У воды было темно, хотя Сью оставила свет на крыльце включенным, но луна отбрасывала достаточно бледного света, чтобы я могла разглядеть голую задницу Чарли, когда он стянул трусы и прыгнул в озеро.
— Твою мать, Чарли, — сказал Сэм, когда его голова снова всплыла. — Дал нам какое-нибудь предупреждение.
— Просто оказываю Перси услугу, — засмеялся он. — Вы, дети, заходите?
Я купалась нагишом в жаркие-жаркие ночи, когда не могла заснуть, но никогда, когда рядом был кто-то ещё. От меня пахло капустой и колбасой, а одежда прилипла к телу. Заплыв звучал потрясающе.
— Я, — сказала я, расстегивая блузку, не обращая внимания на узел в животе. — Отвернись, пока я раздеваюсь.
Я бросила рубашку на причал. Чарли поплыл дальше, и я оглянулась назад, обнаружив, что Сэм пялится на меня, пока я стою в белом хлопковом лифчике.
— Извини, — пробормотал он, затем отвернулся, снимая свою футболку.
Я сняла юбку, стянула нижнее белье, расстегнула лифчик и нырнула в воду. Сэм прыгнул секундой позже, вспышка бледных конечностей. Мы держались на расстоянии друг от друга, но я отплыла еще дальше и перевернулась на спину, раскинув руки и ноги, плывя под открытым небом. Мои ноги покалывало от облегчения. Вода закружилась вокруг меня, и мои глаза отяжелели. В конце концов кто-то плеснул на меня, и Чарли сказал: — Думаю, пора укладывать Перси спать.
Он побежал к дому в нижнем белье и вернулся с полотенцами, а Сэм проводил меня домой по тропинке.
— Готова к завтрашнему заплыву? — спросил он, когда мы спустились по ступенькам.
Я промычала в ответ.
— Возможно, тебе придется разбудить меня.
Я пожелала спокойной ночи, поднялась по лестнице в коттедж и растянулась голышом на своей кровати.
***
Внезапно меня разбудил стук. Я взглянула на часы: 8:01 утра.
— Телефонный звонок был бы в самый раз, — проворчала я после того, как накинула хлопковый халат и поплелась вниз, чтобы открыть дверь. Сэм виновато одарил меня полуулыбкой, и я жестом пригласила его войти.
— Подумал, что персональный будильник будет более эффективным. Прошлой ночью ты выглядела очень уставшей, — он пожал плечами. На нем были плавки и толстовка с капюшоном. Его светло-каштановые волосы беспорядочно падали на лицо.
— Знаешь, для такого дотошного парня у тебя очень растрепанные волосы, — нахмурилась я.
— Кто-то сегодня недовольный, — сказал он, снимая кроссовки.
— Я только что проснулась, и мне действительно нужно в туалет, — я пошла в ванную. — В шкафчике есть хлопья, а в хлебнице — рогалики, если ты ещё не ел.
Телефон начал звонить в середине пописывания.
— Ты не против взять трубку? — крикнула я Сэму. — Это, наверное, мама или папа.
Когда я вышла, он протянул мобильный в мою сторону.
— Алло?
— Перси, это Мэйсон.
Мои глаза метнулись к Сэму.
— Привет. Я не думала, что ты просыпаешься так рано, — ответила я, когда Сэм повернулся и занялся тостером. На первом этаже коттеджа уединения не было, и Сэм слышал каждое слово.
— Сегодня ведь твой заплыв, верно? Я хотел пожелать тебе удачи, — Мэйсон звонил в коттедж, чтобы поговорить, примерно раз в неделю. Если бы он этого не делал, я думаю, что почти полностью бы забыла о нем, так же, как забыла почти обо всем, что было связано с моей жизнью в городе, когда я была на озере.
— Так и есть, спасибо. Снаружи немного серо, — сказала я, выглядывая в окно, — но, похоже, ветра нет, так что всё должно быть в порядке.
— Кто это был, кто ответил на звонок?
— О, это Сэм, — Сэм оглянулся через плечо. Я упоминала о нем Мэйсону раньше, и он знал, что мы были друзьями — я просто не сказала ему, что Сэм и я были лучшими друзьями или что я питала к нему немалую влюбленность. — Он следит за мной, пока я плаваю, помнишь?
Сэм указал на себя, мол, Кто я? и я подавила смешок.
— Он пришёл к тебе рано утром.
Это не было обвинением. Мэйсон был слишком уверен в себе, чтобы ревновать.
— Да, — я нервно рассмеялась. — Он хотел убедиться, что я встала с постели. Прошлая ночь была напряженной.
— Что ж, не буду тебя задерживать. Я просто хотел перекинуться парой словечек перед твоим заплывом. И, — он прочистил горло, — чтобы сказать тебе, что я скучаю по тебе. Я не могу дождаться, когда увижу тебя, когда ты вернешься. Я хочу обнять тебя, Перси.
Я смотрела, как Сэм намазывает сливочный сыр на бейгл. Его предплечья были толстыми и покрытыми тонкими светлыми волосами, которые блестели на солнце. Он выглядел большим в нашей маленькой кухне. От неуклюжего тринадцатилетнего мальчика, которого я встретила три года назад, не осталось и намека.
— Я тоже, — ответила я, чувствуя вину за ложь, когда она слетела с моих губ. На самом деле я совсем не скучала по Мэйсону.
Когда я повесила трубку, Сэм протянул мне бейгл на тарелке.
Я поблагодарила его и села на табурет, жуя, пока он готовил другой для себя. Когда он закончил, то встал по другую сторону стойки и откусил кусочек от своего завтрака, наблюдая за мной, пока ел.
— Это был знаменитый Бакли? — спросил он с набитым ртом. Я одарила его унылым взглядом.
— Мэйсон.