Чтение онлайн

— Я не знаю, что случится со мной через пару часов, — сказал Кенрон. — Чем больше мы знаем о настоящем, тем меньше нас будет расстраивать будущее. Если не хочешь — не стреляй. Но другого такого шанса может не быть. Я верну пистолет отцу, как только встречу его.

Нанса поднялась и нацелила пистолет на деревянные панели. Кенрон отошел от нее подальше. Она зажмурила глаза и надавила на спуск. В дальнем конце коридора раздался звук удара, словно камнем попали в деревянную доску, затем нечто стальное запрыгало по каменному полу. Первая доска не была пробита.

— Никакая я не ведьма, вот мы это и выяснили, — сказала Нанса. — Теперь нет смысла мечтать, что я буду сидеть в лачуге с ведьмовскими амулетами и раскладывать вокруг себя внутренности животных с остатками магии. Придется заняться чем-то другим, только и всего.

Она вернула пистолет Кенрону.

— Прости, не знал, что так выйдет, — сказал он.

Нанса отмахнулась, мол, большое дело, стоило переживать. Кенрон хотел как-то подбодрить подругу, но не мог подобрать слов. На улице темнело, а родители все еще не вернулись. Если он собирался явиться к ведьме, настало время выдвигаться.

— Присмотри за Лаубером, — сказал он Нансе, та молча кивнула.

Выбежав на улицу, Кенрон остановил первую попавшуюся повозку и вскоре добрался до восточных ворот Керфена, прошел мимо кобольдов охранников и отправился по дороге к Оружейному Дому. На подходе к зданию он ощутил знакомый приятный запах и остановился. Это был запах духов, который он почувствовал на последнем письме от Лисидии к его родителям.

Кенрон огляделся: на поле перед Оружейным Домом никого не было. Где-то на этом огромном пустыре могла лежать вещь, которую обронила зеннатская ведьма, и это могло как-то помочь в переговорах с ней. Кенрон взглянул себе под ноги. В этот момент кто-то появился у него за спиной, Кенрон понял это по тени, которая добавилась к его собственной, и легкому шелесту травы.

Прежде чем Кенрон успел обернуться, человек, стоящий позади него, обнял его. Спиной сквозь тонкую ткань рубахи Кенрон ощутил прикосновение чего-то мягкого и округлого, после чего рука в белом рукаве легла ему на грудь.

— Мам? — спросил Кенрон и тут же почувствовал, что запах духов зеннатской ведьмы стал гораздо сильнее.

Он увидел лицо незнакомой женщины, на вид ей было не больше двадцати лет, длинные бежевые волосы свисали ей почти до пояса. Кенрон попытался вырваться — безуспешно, его тело ослабло и не слушалось.

— Не меня ли ты ищешь с этой штуковиной в штанах? — спросила незнакомка звонким чуть игривым голосом.

Она провела рукой по его боку, Кенрон почувствовал, как пистолет за поясом сзади чуть дрогнул — незнакомка коснулась его пальцами.

— Отпустите, я ищу своих родителей и зеннатскую ведьму, — сказал Кенрон, чувствуя, что из-за накатившей усталости слова даются ему с трудом

— Я как раз из Зенната, — созналась незнакомка.

— Не может быть, — прошипел Кенрон, раздосадованный своей беспомощностью, — вы только что вышли из камуфляжа.

— Что же тебя так удивило? — спросила незнакомка.

— У зеннатцев не может быть камуфляжа, иначе они сами бы охотились на животных и не просили бы дайгонцев об этом!

— Какой смышленый, — прошептала незнакомка ему на ухо. — Вот только ты не подумал о главном. Вы убиваете животных, чтобы забрать их магию и присвоить себе. То же можно проделать и с дайгонцами. Магический элемент в твоей голове, привязан к мозгу, стоит отрезать голову, и я смогу забрать твою магию себе.

Хихикнув, незнакомка провела пальцем по шее Кенрона, тот отчетливо ощутил остроту ее длинного ногтя. Хватка незнакомки ослабла, ее руки исчезли из поля зрения. Тут же Кенрон развернулся, выхватил пистолет и нацелил его в пустоту — незнакомка исчезла, должно быть, снова скрылась в камуфляже.

Кенрон почувствовал, что по его ноге что-то ползет, он взглянул вниз и обнаружил, что его ноги оплели невесть откуда взявшиеся лозы неведомого растения. Слабость охватила все тело, Кенрон упал на траву, взгляд его помутился. Последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание, — рука в белом рукаве подняла с земли рельсовый пистолет, который он так и не смог использовать.

Кобольд Чафис не сомневался: этот вечер будет самым важным в его жизни, и лишь только труп, лежащий в траве неподалеку, мог все испортить.

Госпожа Лисидия, о красоте и могуществе которой он лишь слышал, лично пожаловала в оружейный дом, в котором Чафис работал уборщиком вот уже одиннадцать лет. Как правило, сколько-нибудь важные персоны, посещавшие место работы Чафиса, не то, что не видели его, но даже не подозревали о его существовании. Каждый раз при приеме гостей Чафису приказывали спрятаться в кладовке и не высовывать из нее своего длинного зеленого носа, пока важные гости не ретируются восвояси. Будучи послушным кобольдом, Чафис всегда в точности выполнял это распоряжение.

Сегодня же все произошло совсем иначе. Зайдя в оружейный дом, госпожа Лисидия немедленно приказала собрать всех кобольдов на крыше. Всех, даже уборщика Чафиса, до которого никому никогда не было дела. Она не просто пригласила его на встречу, но и заговорила с ним. При этом он не услышал ругань в свой адрес, как это обычно бывало, когда он слишком долго оттирал пятна масла с пола мастерской, напротив, госпожа Лисидия назвала его «уважаемый», а потом спросила, как его зовут.

Чафис в тот момент почувствовал нечто совершенно для себя новое. Госпожа Лисидия стала казаться ему существом гораздо более возвышенным, чем все остальные люди и кобольды. В тот момент он счел ее истинным совершенством. Чафис был убежден, что за всю свою жизнь госпожа Лисидия не приняла ни одного неверного решения и не отдала ни одного глупого приказа. И, разумеется, то, что она превратила трех коллег по работе Чафиса в монстров, было лишь для общего блага. Пусть он пока и не понимал, каким образом заведующему складом, младшему мастеру оружейных дел и повару-кашевару пошло на пользу превращение в болотного медведя, двухголовую летучую мышь и гигантского паука соответственно.

Он не знал, как называется то новое чувство, которое он испытывал. Ему хотелось выполнить любой приказ Лисидии точно и в срок, даже, если ему не перепадет ни единой монетки. Лишь бы она обратила на него внимание, посмотрела еще раз в его сторону.

С двумя другими кобольдами Чафису пришлось спуститься на первый этаж и встать рядом со входом в оружейный дом. Именно здесь он должен был выполнить возложенную на него обязанность, а конкретно — передать предмет, что он держал в руках, некоему «мальчишке», который должен был вот-вот показаться.

И тут в дело вступал труп. Какой-то человек с черными волосами, в коричневой кожаной куртке и в черных штанах лежал лицом вниз на траве метрах в двадцати от входа в оружейный дом. Чафис повернулся к трупу хвостом и взглянул на двух коллег, стоявших неподалеку. Золу предстояло поделиться с неким «мальчишкой» куском хлеба, а Гвину нужно было отдать тому же неизвестному «мальчишке» сложенную вчетверо охотничью униформу.

— Давайте сделаем все, как надо, — предложил Чафис. — От нас многого не ждут, отдадим предметы и сразу вернемся на крышу к госпоже Лисидии.