Чтение онлайн

Когда Лестрейд нас покинул, мой друг наконец-то дал волю своему гневу:

— Теперь мне совершенно ясно, что инспектор и его подчиненные не способны справиться с такого рода угрозой! Эти люди просто выводят меня из терпения! Слава богу, что в разговоре с Лестрейдом я ни разу не упомянул полковника Мориарти! С тем же успехом я мог бы вручить «Королеву ночи» ворам и навсегда о ней позабыть!

Через пару дней Холмс отправился куда-то после завтрака и пришел домой лишь вечером. Возвратившись, он объявил мне, что провел все это время с лордом Холдером. Несмотря на сказанное брату Майкрофту и Лестрейду, мой друг снизошел до просьбы ознакомить его с маршрутом коронационной процессии и с помещениями, где будут представлены самые роскошные драгоценности. Банкир любезно согласился. К королевским покоям Букингемского дворца не смог бы подобраться ни один злоумышленник, включая Мориарти. Менее защищены были церемониальный зал и примыкающие к нему комнаты Вестминстерского аббатства, а также гардеробные в палате лордов, куда наш враг, будучи камердинером графа Дорсетского, мог проникнуть на краткое время. В сопровождении лорда Холдера Холмс осмотрел каждый угол в приемных. Казалось бы, только здесь преступник мог тайком выкрасть «Королеву ночи» или же открыто напасть на лорда Адольфуса Лонгстаффа, когда он будет исполнять обязанности герольда принца Уэльского.

Холмс вернулся домой в дурном расположении духа и, сев в кресло, досадливо принялся кусать ногти.

— Что бы там ни говорили брат Майкрофт или Лестрейд, украсть «Королеву ночи» во время коронации совершенно невозможно.

— Значит, брошь в безопасности?

В пылу неудовлетворенности Холмс вскричал:

— Боже мой, Ватсон! Ради своей цели этот негодяй едва не убил меня! Неужели вы не понимаете, что, если ему не удастся осуществить свой план на главной церемонии, он сделает это позже! Абсолютно бесспорно!

— Может, вся эта история с ограблением выдумана.

Мой друг посмотрел на меня без гнева, скорее, с сожалением — как на человека, который ничего не смыслит.

Следующим утром он снова отправился к лорду Холдеру. За год до того титулованный банкир стал членом совета лондонского Сити, и на время торжеств ему отвели комнату в Мэншен-хаусе, резиденции лорд-мэра. Коронация была первой в ряду торжественных процедур, на которых членам венценосной семьи и их приближенным предстояло появиться в полном парадном облачении. Через несколько дней после того, как в Вестминстерском аббатстве на голову нового монарха возложат корону, ему передадут власть над лондонским Сити. Маршрут этого шествия, второго по счету, пролегал через кварталы, ставшие сердцем юридической и финансовой жизни империи. На полдень назначили официальный ланч в великолепном Египетском зале Мэншен-хауса. Холдер должен был следить за порядком проведения церемонии и за сохранностью драгоценностей, пока лорд-мэр принимает у себя его величество.

— Поскольку вы уже знакомы с мистером Холдером, — сказал мне Холмс на следующий день, — думаю, вам не помешает убедиться в том, что некоторые залы Мэншен-хауса нуждаются в усиленной охране.

Примерно через час мы уже стояли в кабинете с полукруглой аркой окна, выходившего на Лондонский мост. Его светлость указал нам на только что вошедшего человека субтильного телосложения в костюме, коричневый цвет которого почти в точности совпадал с оттенком его глаз и великолепных усов.

— Я бы с радостью лично проводил вас, джентльмены, в обеденный зал и прилегающие к нему комнаты, но, к сожалению, мне необходимо присутствовать на заседании суда лорд-мэра. Посему вынужден поручить вас заботам инспектора Джейгоу из полиции Сити.

— С мистером Джейгоу мы старые друзья, — любезно проговорил Холмс. — Уверен, мы прекрасно поладим.

Полицейский пожал руки нам обоим:

— Насколько я помню, мистер Холмс, немало воды утекло с тех пор, как трое предприимчивых молодых американцев весьма ловко ограбили Банк Англии.

Сказав это, он прямиком провел нас в Египетский зал, внушительным размером и высотой потолков напоминавший соборный неф или дворец фараона. Отворив двери, инспектор хозяйским жестом предложил нам войти. Через все помещение тянулись два стола на двести мест каждый, перпендикулярно которым, на возвышении, был установлен третий. Высокие коринфские колонны поддерживали сводчатый потолок и обступали классическую арку западного окна. Великолепие, представившееся моему взору, поразило меня. По обеим сторонам зала, в углублениях между колоннами, стояли скульптурные группы и отдельные фигуры, выполненные в манере древнегреческих статуй. Во всех нишах красовались королевские знамена и факелы под колпаками. С потолка через равные промежутки свисали на цепях позолоченные люстры. Здесь вскоре после коронации будет дан обед в честь нашего нового монарха Эдуарда VII.

— Зал вмещает четыреста человек, — сказал инспектор Джейгоу так тихо, словно мы находились в церкви. — Но для приема его величества этого недостаточно. Для торжеств откроют Венецианскую гостиную и зал Уилкса, да и вообще будет задействован каждый свободный уголок Мэншен-хауса. Гостей ожидается очень много, и принять их всех не так-то просто.

Я взглянул на Холмса, опасаясь, как бы он опять не заговорил о роскоши и мишуре. Но он лишь спросил с оттенком нетерпения в голосе:

— Не покажете ли вы нам помещения, отведенные для подготовки к церемонии?

Джейгоу легонько ударил себя по лбу, будто бы досадуя на свою забывчивость:

— Конечно, мистер Холмс. Прошу пройти за мной. Я покажу вам комнаты для переодевания и тому подобное. Места в залах слишком мало, гостям будет неудобно сидеть за столами в мантиях. Мы предусмотрели очень надежное хранилище для плащей и всевозможных церемониальных атрибутов. Сюда, пожалуйста.

Следуя за инспектором, мы поднялись по парадной лестнице с мраморными ступенями, затем прошли немного по широкому коридору и остановились перед дубовой двустворчатой дверью, оснащенной несколькими внушительными замками и задвижками.

— В дни больших церемоний, джентльмены, здесь всегда переодеваются придворные. Членам королевской семьи положены, разумеется, отдельные кабинеты. В остальное время в этих помещениях заседают члены муниципального совета. Комнаты тянутся по всей длине здания, но вход только один. В день приема перед дверью выставят двоих сержантов военно-полицейского корпуса. Руководить ими и двумя караульными-запасниками будет старший капитан. После того как гости спустятся в обеденные залы, дверь запрут, и до конца ланча ни один человек не сможет сюда войти.

Отперев замок, инспектор ввел нас в просторную прямоугольную комнату. Здесь придворные при помощи камердинеров должны были снять мантии перед началом торжественной трапезы и снова надеть их перед выходом. Слева три высоких подъемных окна смотрели во двор. Посредине стоял большой стол, а вокруг него были расставлены прямые стулья с набивкой из черного конского волоса. Благодаря обстановке комната действительно напоминала зал заседаний, каковым, по сути, и являлась. Другая дверь в дальнем конце вела в помещение, которое предназначалось для хранения мантий, снятых с владельцев. Всю мебель отсюда вынесли, и теперь здесь стояли лишь три-четыре десятка портновских манекенов на высоких металлических подставках, обтянутых светло-коричневым холстом: они выстроились в три ряда, в точности как солдаты на параде.

— Вторая комната почти ничем не отличается от первой, — обнадежил нас инспектор. — Обычно здесь хранятся документы и работают подчиненные секретаря муниципального совета. Посторонние, за исключением разве что нас с вами, не допускаются в этот кабинет, а в день торжества сюда и мышь не проскочит, если только она не наделена особыми полномочиями.

— Мыши не внушают мне ни малейшего беспокойства, — мягко сказал Холмс. — Скорее, меня может заинтересовать крыса, причем облеченная такой властью, которой безоговорочно подчинитесь вы и ваши люди.

Джейгоу делано расхохотался:

— Что ж, мистер Холмс, думаю, благодаря вашим инструкциям никакая крыса нам не страшна. Мантии развесят на манекены, а двери, ведущие в соседние помещения, надежно запрут. Иными словами, вещам обеспечат полную безопасность, как в Банке Англии.

— Если вспомнить дело, которое мы с вами расследовали несколько лет назад, — холодно сказал Холмс, — то ваше сравнение кажется не совсем удачным.

Инспектор ответил на замечание Холмса с ловкостью мяча, отскакивающего от пола при ударе. Щеголеватым жестом разгладив свои густые усы, он гордо улыбнулся и произнес: