Чтение онлайн

Император отослал посланников короля Вавилонии с большой честью и многими дарами.

В том же году король Франции Лудевих, сын короля Англии [354] и граф Фландрии [355] совершили вооруженное нападение на отца, короля Англии Генриха. Однако последний, предварительно покаявшись в убийстве мученика Фомы, одержал победу, при которой очень много фландрийцев было взято в плен или убито при бегстве [356] .

Все лето продолжались зимние ливни, из-за чего погибли посевы и виноградники.

В том же году в Антурнахе несколько человек нашли возле могилы тело императора Валентиниана [357] , как прочитали в надписи на найденном вместе с ним денарии. На его голове была найдена корона, в ногах — урна, на боку — изъеденный ржавчиной меч с золотой рукоятью, а также победный камень. Этот меч доставили для осмотра императору.

Император, собрав очень сильное войско, снова двинулся в Италию. Когда он пешком подошел к Апеннинским Альпам, его встретили посланники иерусалимского короля [358] и принесли очень много подарков и золотые, наполненные мускусом яблоки, а также письмо этого короля, в котором он выразил императору свою благодарность, объявив при этом, что он уже давно был бы изгнан из империи, если бы языческих королей не держал у узде страх перед императором. После перехода через Альпы император подчинил несколько городов и осадил Ново-Александрию [359] , получившую название по имени Папы Александра.

Произошел необычный и очень продолжительный разлив Рейна и его притоков.

Епископ [360] Камериха был убит местными жителями.

486-я Олимпиада. 1175. Император праздновал Рождество Господа в лагере перед Александрией. Этот город был замечательным образом укреплен снаружи опоясывающей стеной, а также очень глубокими рвами, за которыми сидели множество грабителей, разбойников, бежавших от своих господ слуг, и еще вооруженные силы лангобардов. Император по совету графа [361] Монферрата запер их в надежде на легкое покорение, однако ему пришлось здесь задержаться дольше, чем он предполагал. С большой храбростью с обеих сторон здесь бушевало сражение; при котором и той, и другой стороной были взяты пленные, причем некоторых из них убили и повесили. Император же совершил похвальный поступок. Когда к нему привели троих пленных он тотчас же приказал вырвать им глаза. После того как двое сразу же были ослеплены, он спросил третьего, который был моложе других, почему он восстал против империи. Тот ответил: "Не против тебя, о император, иль империи я сражаюсь; но поскольку у меня в городе господин, то я повинуюсь его приказам и верно служу ему; если он станет вместе с тобой сражаться против своих сограждан, то и я точно также буду ему служить; если ты тоже прикажешь вырвать мне глаза, то я все равно останусь таким же, вот так хорошо я могу служить моему господину". Смягченный этими словами, император не стал лишать его зрения и приказал, чтобы тех, кого он перед тем ослепил, отправили обратно в город.

Перед Пасхой во всей Лангобардии против императора и его сторонников был заключен скрепленный клятвой большой союз. Благодаря объединению миланцы, веронцы, новарийцы, бриксианцы и жители других городов Италии собрали неимоверно большое войско и предложили провести генеральное сражение с императором на полях Александрии. Узнав об этом, на Пасху (13 апреля) с первыми лучами солнца император снял осаду Александрии и с огромным воодушевлением двинулся со всеми войсками к ним навстречу и разбил свой лагерь на расстоянии полета стрелы до расположения неприятеля. Это испугало лангобардов, которым храбрость немцев всегда казалась чем-то загадочным. Вскоре, на четвертый день после Пасхи (16 апреля) их знаменосец побужденный своим сыном находившимся на службе у императора, добился аудиенции у кельнского епископа и нескольких князей, и добился своим советом и своими и уговорами, чтобы все лангобарды склонились скорее к миру и покорности, чем к развязыванию войны с императором. А потому вся та ужасная боевая шеренга неприятеля пала ниц перед лагерем императора, умоляя о мире и жалости, держа обнаженные мечи на затылке. Наперегонки бросившись к императору, они передали ему знамена всех городов, одни целовали его одежды, другие — его ноги, а третьи — его палатку, одновременно подтверждая под присягой свою верность. При их содействии император также предоставил жителям Александрии мир до конца мая месяца. После таких успехов он разрешил части своих рыцарей вернуться на родину, оставив при себе их основную часть. Из-за александрийцев лангобарды недолго сохраняли свое раскаяние, они пригрозили императору, что если он не включит александрийцев в этот мирный договор, то они нарушат свою клятву верности. А поскольку он это отвергнул, они объявили с присущим им вероломством, что снова разрывают союз. Таким образом, император был вынужден разослать своих посыльных по всей германской империи с приказом собирать новое войско [362] .

A {31} Сюда [363] к нему явился епископ Кельнский. Он также отправился с императорским посланием в Германию и смог привести с собой немногих, но отважных рыцарей.

1176. Император праздновал Рождество в Лангобардии. А в мае месяце епископ Кельна перешел с отборным отрядом через Альпы и встретил императора в районе Тицина. Лангобарды по присущему им коварству уже были готовы воевать с императором, стянув для этого все свои военные силы. Однако немецкие рыцари, несмотря на утомление от перехода через Альпы, считая позорным отступать перед лангобардами, двинулись малым числом навстречу бесчисленному множеству врагов и с третьего до девятого часа оказывали мужественное сопротивление.

Однако победа осталась за лангобардами [364] . С обеих сторон многие пали, а некоторые дворяне со стороны императора попали в плен. Лагерь лишился также всего багажа.

Еще в этом году в Италии произошло много совещаний с императором и его сторонниками относительно длительного раскола святой церкви, и его призывали ради божественного милосердия, согласиться с правосудием и не отделяться от единства всего мира, однако так быстро этот вопрос решить было нельзя.

В год Господа 1177, в десятый индикт, когда Пасха выпала на 24 апреля, в 25-й год правления римского императора Фридриха, и после того как раскол церкви продолжался уже непрерывно 17 лет, в Венеции в канун праздника святого Иакова (24 июля) был установлен мир и восстановлено единство нашей святой матери-церкви, а господин Александр признан католическим Папой и высшим епископом; при этом присутствовали император, епископы, аббаты, церковные прелаты со всего мира, выразившие свое одобрение.

Как сообщили преданные паломники, в Иерусалимском королевстве силою святого креста [365] была одержана выдающаяся победа христиан над язычниками и сарацинами. Путем вооруженного вторжения в землю скоттов король Англии Генрих принудил покориться короля и мужей этого народа [366] .

Император празднует Рождество Господа в Папии.

На четырнадцатый день после новолуния [367] произошло ясно видимое лунное затмение, при котором одна половина лунного диска на целый час затемнилась, а другая при этом оставалась яркой.

Скончался епископ Годефрид Утрехтский, на его место был назначен Бальдевин, брат графа Голландии. Император вернулся из Италии и в день Вознесения Богоматери (15 апреля) Марии в Бизунтиуме в Бургундии собрал имперский сейм. Между кельнским епископом и герцогом Саксонии разгорелась вражда. Епископ собрал очень крупное войско, вторгся в землю герцога, лежащую по той стороне [368] реки Везер, и захватил некоторые из его крепостей, тогда как со стороны герцога ему никто не оказал сопротивления.

Император празднует Рождество Господа в Гербиполе, также называемом Вирцебург [369] , и затем на восьмой день после Епифания (13 января) собирает имперский сейм в Вормсе по вопросу об уже упомянутой вражде саксонского герцога с кельнским епископом и восточносаксонскими князьями, которые все как один просили императора совершить правосудие в отношении герцога, несмотря на то, что сам герцог отсутствовал.

Епископ Христиан из Майнца был взят в плен маркграфом [370] Монферратом.

В Магедебурге состоялся очень представительный имперский сейм, где почти все князья подали жалобу на герцога Саксонского. Его вызывали еще год назад, однако он отказывался или боялся явиться, и теперь его коварство и измена стали императору ясны. Через некоторое время после этого император и князья одобрили военный поход в Саксонию. Кельнский епископ собрал сильное войско, снова вторгся в землю герцога и, не вступив в столкновение с противником, вернулся с миром обратно, так как никто ему не противостоял.