Чтение онлайн

6. В год Господа 1196 император вторично отправился в Апулию после того, как он послал вперед многих оруженосцев, которых вел его стольник Марквард [519] . Император передал ему Анконскую марку и некоторые другие лены.

Сырое и холодное лето. Возник сильный недостаток зерна и продовольствия, который продолжался до следующего года. Был сильный голод и неслыханная нехватка почти всех видов продуктов питания. Говорят, что в Саксонии одна женщина родила четырех детей в течении трех месяцев. В земле святого Иакова [520] разгорелась война между христианами и язычниками. Скончался епископ Утрехта Балдуин.

Император настоятельнейшими просьбами добился от всех имперских князей, чтобы они избрали королем его сына, едва достигшего трехлетнего возраста, и все присягнули мальчику в верности, кроме кельнского архиепископа Адольфа, который тогда от этого не стал отказываться и позднее, в Боппарде, согласился и дал клятву в присутствии брата императора, герцога Филиппа Швабского.

Скончался, счастливой памяти, аббат Генрих [521] . Его преемником стал Вальдевер, аббат Св. Павла в Утрехте, ранее бывший монахом нашей церкви.

7. В год 1197 от принятия Господом человеческого облика император пребывал в Апулии. Здесь [522] он за разные преступления велел казнить некоторых князей, которые составили заговор с целью его убийства. При этом о нем и об императрице Констанции распространился слух, будто бы что-то препятствовало многим успехам императора и часто он был даже при смерти. Поговаривали, что это всегда делалось по наущению императрицы.

Наблюдалась страшная нехватка продуктов питания и зерна, начался сильный голод и один мальтер пшеницы в прирейнских областях продавали за 15 шиллингов [523] . Разразилось ужасное бедствие. Волки в областях, прилегающих к Мозелю, пожрали многих людей.

В том же году некоторым людям, идущим около Мозеля, являлся поразительного размера призрак в человеческом образе, сидящий на черном коне. Когда их охватывал страх, видение смело приближалось к ним и призывало не бояться. Оно именовало себя Теодерихом [524] , бывшим королем Вероны, и возвещало, что на всю Римскую империю обрушатся разнообразные несчастия и беды. Оно говорило с ними обо всяких вещах, затем перешагивало Мозель, удаляясь от них верхом на своем коне, и скрывалось из виду.

Внезапно распространившийся слух о смерти императора подтолкнул повсюду злых и скверных людей к разбою и грабежу. Как алчные волки, свирепствующие в брошенных очарнях, они ничего не оставляли у тех, на которых набрасывались, до тех пор, пока не ужаснулись от своего безудержного буйства при известии о том, что император еще жив. Однако, то, что раньше было слухом, вскоре стало правдой. Некоторое время спустя пришло известие о кончине императора. Он умер в день св. Михаила, 29 сентября, и был с почестью похоронен в Неаполе [525] с многими драгоценностями. Из-за этого расстроился крестовый поход, который он очень долго готовил для освобождения Земли обетованной. Вся Апулия, Калабрия и Сицилия взбунтовались, но под давлением сторонников императора все же покорились его супруге и его сыну, поклявшись им в верности. В Германии произошли многие распри и неслыханные до сих пор споры о власти.

Епископ Майнца, герцог Лотарингии [526] , ландграф [527] , пфальцграф [528] и другие князья, переправившиеся через море с некоторыми крестоносцами, напугали язычников уже одним своим прибытием и своими именами. Когда же они вступили в схватку с врагами Бога, то во имя Господа добились счастливого исхода, что следует из послания, отправленного вышеназванным герцогом архиепископу Кельнскому, содержащего следующее:

"Поскольку мы знаем, что Вы очень обрадованы возвышению нашей чести и процветанию всего христианского мира, то мы сообщаем Вашей Мудрости, что по совету князей и всего войска мы начали поход на Берит [529] , после того, как князьями Римской империи, баронами земли Иерусалима и простым народом я был избран предводителем всего войска. Итак, когда мы в ночь перед праздником святого Северина (23 октября) между Тиром и Сидоном построились в боевые порядки и с величайшей осторожностью двинулись вперед, то со стороны гор появился Сафадин [530] со всеми эмирами Вавилонии и Дамаска и огромным числом сарацин. Они окружили наше войско с тыла до самого моря и предприняли ожесточенные неустанные нападения на наши боевые порядки. Враг обрушил на нас всю свою мощь, так как всех воинов, которых он только мог выставить, злой народ вывел в битву. Целью неверных было развернуть против нас все вооруженные силы, дабы сломить все наши. Но заступник наш, Бог, на которого мы надеемся, который избавляет бедняка от порабощения, вырвал своих бедняков из рук безбожников с большими для них потерями. Они оставили после себя убитыми повелителя Сидона и очень много других сарацин, и впредь больше нигде не осмеливались нам препятствовать. В тот же день мы с воодушевлением разбили свой лагерь на другой стороне реки около Сидона. Поскольку корабли подошли раньше войск и сарацины, находящиеся в крепости Берит, увидели приближающиеся наши корабли, то, охваченные страхом, они оставили весьма укрепленную крепость Берита. Поэтому, подойдя с войском на следующий день, мы смогли занять эту крепость безо всякого усилия, несмотря на то, что она была сильно укреплена. Мы нашли там столько вооружения для арбалетчиков и лучников, что оно едва поместилось в двенадцать возов, а также так много продовольствия, что его хватило бы пятистам человек на семь лет. В течение пятнадцати дней пока мы здесь находились, сарацины, устрашившись нашего приближения, оставили крепость, называемую Гибель [531] , а также другую очень укрепленную крепость, называемую Лиехе [532] . При известии об этом, и получив сведения, что все приморские крепости вплоть до самой Антиохии были под властью христиан, мы возвратились в Сидон и разорили окрестные земли, которыми владели сарацины. И теперь мы надеемся при помощи Царя Небесного в кратчайший срок завладеть святым градом Иерусалимом, так как сарацины обращены в бегство и больше ничего не отважатся предпринять. Они, конечно, знают, что наше войско единодушно и отважно, а потому они нигде не смогут устоять. Поэтому мы настоятельно просим Ваше Почтение, чтобы Вы пожелали счастливого успеха нам и всему христианскому миру, и помнили о нас во всем Вашем архиепископстве, а также чтобы Вы поторопили тех, кто в Вашем архиепископстве взял крест, исполнить свой обет и прийти на помощь христианскому миру. А тому, кто пожелает остаться в Земле Обетованной, мы обеспечим достаточные доходы. Всего Вам наилучшего."

Скончался Папа Целестин [533] , его преемником стал Лотарь [534] , также называемый Иннокентием. После смерти избранных епископов утрехтской церкви, старшего пастора Кунрада из Девентре и Теодериха, брата графа Голландии, их преемником стал Теодерих из Нюрберга [535] .

В год Господа 1198 между немецкими князьями произошла сильная вражда и очень горячий спор из-за короны. Поскольку архиепископы Кельна и Трира утверждавшие, что выбор короля по праву принадлежит им, провели в Антернахе совещание с герцогом Саксонии Бернардом, с другими епископами и графами и очень многими дворянами, объявили всем князьям о назначении на воскресение Очей [536] (1 марта) имперского сейма, который должен был состояться в Кельне, и пригласили туда также герцога Бертольфа из Церингена, собственно и намеченного ими для избрания королем. Когда [537] на этот имперский сейм появились очень немногие, что не дало возможности осуществить им такое намерение, они получили сообщение, что восточные маркграфы с герцогом Саксонии Бернардом, архиепископом Магдебургским и другими восточносаксонскими князьями собрались для выбора нового короля в Эрфурте [538] . Затем они послали Гериманна епископа Мюнстера и других уважаемых людей к тем собравшимся князьям просить у них не проводить в их отсутствие выборы, а собраться с ними в каком-нибудь определенном месте и сообща избрать уважаемого и благосклонного императора и защитника церкви. Когда же те посланники прибыли на собрание [539] , то узнали, что эти князья уже сошлись на герцоге Филиппе Швабском [540] , брате императора, и избрали его королем [541] . Поэтому разгневанные посланники возвратились и рассказали своим епископам о случившемся. Те сильно рассерженные, так как эти князья никогда не избирали короля в саксонской земле, вскоре уговорили герцога Бертольфа из Церингена, чтобы он возвратился домой, привел войско и в назначенный день мог бы вернуться в Антернах. И тогда они здесь без всяких сомнений изберут его королем. Он сам дал обещания и клятвы и кроме того передал заложников.

Когда епископы и весь народ в установленный день с большим нетерпением торжественно ожидали его в Антернахе, вдруг распространилась скверная сообразная его трусости молва: он договорился с герцогом Швабским и, для добровольного отказа от империи и от избрания, получил от него одиннадцать тысяч марок [542] и герцогский титул [543] . Этот слух и позорное деяние сильно омрачило нижнегерманскую знать, поскольку она считала недостойным и нетерпимым, когда Шваб [544] приходит к власти против их воли. Однако достоверно то, что он отправил посланников архиепископу Кельнскому и многое ему предложил и еще больше пообещал, если он решит согласиться на его избрание. Но епископ, считая, что это было бы для него небезопасным и недостойным, наотрез отказался сделать это и после проведения совещания избрал королем Отто Благочестивого [545] , графа Пуату [546] , сына бывшего герцога Саксонии Генриха.

Епископ Страсбурга [547] и граф Дасбурга [548] разоряют в Швабии все ее имущество и грабят всю Швабию, вплоть до императорского города, зовомого Хагенове. Причиной вражды между ними стало то, что Отто, брат герцога, захватил брата того епископа и повесил его. Епископ и его сторонники долго враждуя со Швабом, в конце концов, передали ему по соглашению город [549] и принесли извинение. Для защиты своего дела теперь, поскольку его заставила нужда, прося всех о помощи, герцог подарками склонил на свою сторону почти всех князей, получил королевские города, велел всем принести ему присягу на верность, принял королевское имя и, коронованный, в воскресение после Пасхи (5 апреля) вступает в город вангионов [550] . В Нижней же Германии он пытается заручиться поддержкой дворян Лотарингии. Один из них, Вальраф, сын герцога Генриха Лимбургского, становится на его сторону и получает от него в лен королевский замок, называемый Беринштейн [551] . Он привлекает к себе также герцога Богемии [552] , и чтобы еще тверже заручиться его благосклонностью и помощью, позволяет ему получить королевское имя, согласившись с тем, чтобы он был в его присутствии посвящен, и в Боппарде [553] коронован.