Керинейская лань
Шрифт:
– Надо же?– отозвался Пуаро и, помолчав, интригующим тоном продолжил:
– А вот у меня есть всему этому иное объяснение.
– Какое же?
– У девушки, которую полюбил Тед Уильямсон, - наклонился вперед Пуаро, - волосы были похожи на золотые крылья.
Подавшись еще больше вперед, он дотронулся до волос собеседницы, вздымавшихся упругими волнами по обе стороны лица.
– Золотые крылья или золотые рога? Все зависит от восприятия. Кто-то видит в вас дьявола, кто-то - ангела. Вы могли бы быть и тем, и другим. А может, это просто золотые рожки раненой лани?
– Смертельно раненной лани...– прошептала Катрина, в ее голосе была абсолютная безнадежность.
– С самого начала мне что-то не давало покоя в рассказе Теда Уильямсона. Что-то он мне напоминал, и это что-то были вы.., помните танец в лесу, в образе прелестной лани с бронзовыми копытцами?.. Сказать вам, мадемуазель, как все было? Я думаю, что однажды вы отправились в Грасслон без горничной. У вас ее просто не было: Бьянка Валетта вернулась домой, в Италию, а взять кого-нибудь на ее место вы просто не успели. Болезнь уже давала о себе знать, и когда все отправились на прогулку на реку, вы остались дома. В дверь позвонили, вы открыли и увидели... Сказать вам, кого вы увидели? Юношу, простодушного как ребенок и прекрасного как Аполлон! И вы придумали для него девушку Ниту - не Хуаниту, а.., хм... Инкогниту - и несколько часов бродили с ним по Аркадии...
Последовала долгая пауза. Потом Катрина сказала тихим, надтреснутым голосом:
– По крайней мере, в одном я не покривила душой. У моей истории был правдивый конец. Нита умрет молодой...
– Ah non <О нет (фр.).>!– хлопнул ладонью по столу Пуаро, внезапно став практичным и жестким.– В этом нет никакой надобности, безапелляционно заявил он.– Зачем вам умирать? Вы должны, как все, драться за жизнь.
Она горько и безнадежно покачала головой.
– Разве для меня это жизнь?
– Это не жизнь на сцене, bien entendu <Разумеется (фр.).>, но есть ведь и другая жизнь! Скажите честно, мадемуазель, ваш отец действительно был великим князем, или графом, или хотя бы генералом?
Катрина неожиданно расхохоталась.
– Он был водителем грузовика в Ленинграде, - сказала она.
– Чудесно! Почему бы вам в таком случае не стать женой механика в английской деревушке? Не завести детей, прекрасных как боги и, чем черт не шутит, талантливых как вы?
У Катрины перехватило дыхание:
– Что за нелепая идея!
– Пусть так, - с глубочайшим самодовольством произнес Пуаро, - но я думаю, что она осуществится!