Чтение онлайн

Спустя час в балагане целительницы все еще царила атмосфера почти беззаботного счастья. Большая часть соплеменников, убедившись, что их предводительница в безопасности, разошлась по своим делам, оставив ее на попечение самых близких. Теперь в почти опустевшем балагане сидели только Кейта, Саян, Алани и Тэмир. Старая Илин, пробормотав что-то о необходимости собрать закатные травы для полного восстановления сил, тоже удалилась, оставив молодежь наедине.

Кейта сидела, поджав под себя ноги, и с упоением ела. Саян притащил ей целый деревянный поднос с едой: вяленое мясо, лепешки, миску с ягодами и большой чорон, наполненный теплым молоком с медом. Она ела так, словно не пропустила всего пару приемов пищи, а голодала целый месяц! Ее тело, истощенное болезнью и путешествием духа, жадно требовало восполнения сил.

— Эй-эй, полегче, медведица! — со смехом сказал Саян, глядя, как она отправляет в рот целый кусок мяса. — Оставь немного и нам, простым смертным! А то так посмотришь, и подумаешь, что это не ты в Междумирье заблудилась, а твой желудок.

— Твой-то оттуда явно и не возвращался, — пробурчала Кейта с набитым ртом, но в ее глазах плясали смешинки. Алани улыбалась, глядя на нее.

— Мы так за тебя боялись, — тихо сказала она.

— А я больше всего боялась, что вы съедите все мои запасы вяленой оленины, пока я там… путешествовала, — отшутилась Кейта, запивая еду молоком.

Они смеялись, подшучивали над ней, как и раньше. Но что-то неуловимо изменилось. В их взглядах, в том, как они к ней обращались, сквозило новое чувство. Благоговение. Робкое, почти незаметное, но все же ощутимое уважение не просто к подруге, а к чему-то большему. К той, что была дочерью богини, той, что побывала в самом Сердце Тэнгри. Но Кейта, поглощенная своим волчьим голодом и радостью возвращения, пока этого не замечала. Для нее это были все те же ее друзья — ворчливый Саян, тихая Алани и восторгающийся любой мелочью Тэмир.

Девушка прикончила последнюю лепешку и сыто откинулась на подушки из шкур.

— Ну все, — заявила она. — Кажется, мой сур почти восстановлен. Теперь можно и миры спасать, ха-ха! Так на чем мы остановились? — шаманка попыталась восстановить нить разговора, с того момента, как они с друзьями начали обсуждать новости, донесенные одним из разведчиков. — Ах, да. Обезумевший хан, разорванный союз и…

Она вдруг замолчала, нахмурившись. Кейта обвела взглядом балаган, потом посмотрела на лица своих друзей. Ее мозг, освобожденный от лихорадочного тумана, начал работать более ясно и четко. Девушка снова и снова прокручивала в голове события последних часов: пробуждение, радостные крики, рассказ о Сердце Тэнгри… И внезапно поняла.

В этой картине всеобщего ликования не хватало одной, самой важной детали. Одного человека. Того, кто был с ней там, в Междумирье. Кто принял на себя удары демонов. Кто пришел за ней, рискуя всем, и из-за кого она, собственно, и имела возможность сейчас сидеть здесь, смеяться с друзьями и поглощать пищу.

— А где… — начала девушка медленно, и веселье мгновенно улетучилось с ее лица. — Где Инсин?

Друзья переглянулись.

— Ну… — замялся Саян. — Полагаю… ушел.

— Ушел? — удивленно переспросила Кейта. — Как ушел? Куда?

— Да просто встал и вышел, пока все радовались твоему возвращению, — пожав плечами, ответила Алани. — Никто и не заметил.

Удаганка смотрела на них, и до нее начала доходить вся картина. Пока она была в центре всеобщего внимания, купаясь в любви и заботе своего народа, он, ее спаситель, просто молча ушел. Незамеченный и забытый. Лишний на этом празднике жизни, который он же ей и подарил. Чувство стыда, острое и горячее, обожгло ее. Как она могла? Как она могла забыть о нем?

Не говоря больше ни слова, она отбросила меховое одеяло и решительно встала на ноги. Тело еще было слабым, но воля — твердой. Вот только… куда ей следовало сейчас идти?

— Где Ойгон? — поймав первую подвернувшуюся в голове мысль, спросила Кейта.

— Наверное, уже отправился почивать в свой балаган. — предположил Тэмир.

Девушка, не слушая протестов друзей о том, что ей нужно отдыхать, решительно направилась к выходу. Она должна была найти его. Найти и… что? Поблагодарить? Извиниться? Попрощаться? Нет, ну поблагодарить-то определенно! А что дальше… она не знала. Но знала лишь то, что не могла просто так оставить все, как есть.

Кейта быстрым шагом пересекла айыл, направляясь к балагану Ойгона. Радостный шум уже почти стих, сменившись тихим гулом вечерней жизни — где-то смеялись дети, где-то звенела посуда. Но девушка ничего этого не замечала. Ее мысли были заняты только одним. Кейта подошла к жилищу старейшины и решительно постучала. Тишина. Она постучала снова, громче. Никакого ответа. Это было странно — Ойгон крайне редко покидал свой дом после заката! Поколебавшись, она толкнула тяжелую дверь. Внутри было пусто и темно, лишь угли в очаге отбрасывали слабый свет на аккуратно сложенные шкуры и пучки трав.

Тревога начала закрадываться в ее сердце. Она быстро направилась к дому Эрдэни, потом — Содора. Та же картина. Двери были не заперты, но внутри никого не было. Даже в большом общинном балагане, где обычно проходили Советы, не горел ни один огонь. Целый отряд старейшин, самых мудрых и сильных шаманов улуса, просто исчез. Какие такие силы могли потащить их всех из лагеря посреди ночи?! Терпение Кейты было готово лопнуть. Она ненавидела, когда ситуация выходила из-под ее контроля. Сначала Инсин исчез, даже не попрощавшись, теперь — все руководство клана словно в Нижний мир провалилось.

Девушка заметила группу охотников, сидевших у одного из костров недалеко от частокола. Это были дозорные, только что вернувшиеся со смены. Судя по их раскрасневшимся лицам и громкому смеху, они уже успели отметить ее выздоровление несколькими чарками терпкой виноградной настойки, которую шаманы делали для особых случаев.

Кейта решительно подошла к ним.

— Куда подевались все наши старейшины? — спросила она без приветствий и предисловий, и ее голос прозвучал так властно, что заливистый смех тут же стих. Охотники растерянно переглянулись.

— Э-э… предводительница! — промямлил один из них, пытаясь встать, но лишь качнувшись. — Мы не знаем. Мы… только что с поста.

Сидевший позади тех двоих охотник, более молодой и более пьяный, глупо ухмыльнулся.

— А, старики-то? Так они, поди, пошли волю гостя исполнять. Важного такого, с юга что пришел.

Сердце Кейты пропустило удар.

— Какого такого гостя? — задала она практически риторический вопрос, на который заблаговременно знала ответ, и старалась, чтобы ее голос звучал ровно.

— Ну, дак этого… посла того, — охотник икнул, рукой нащупав опору, чтобы не свалиться с осинового пня. — Который мира просить пришел. Красивый такой, как… как… ой, ну в общем, красивый. Старейшины сказали, у них там какое-то важное дело, срочное, вот и пошли все вместе. Наверное, ритуал какой-то проводить.

Они говорили об Инсине. Кровь отхлынула от лица девушки. Какой такой ритуал они собрались вместе с ним проводить? Старейшины всем своим скопом собираются, разве что, на Советы да на погребальные церемонии. Кейта отвела взгляд в сторону, словно что-то начинала понимать. В голове пронеслись его слова, которые она слышала в Междумирье. «Моя невеста… она мертва». Неужели это все как-то взаимосвязано? Хотя, мысль была абсолютно бредовой — зачем степному воину хоронить кого-то из своего рода на чужой, вражеской земле? Но после тех разговоров об «обезумевшем хане» можно было ожидать чего угодно… Кейта взвилась больше прежнего. Но ритуал ведь традиционно нельзя проводить без верховного шамана, а она сейчас его замещает! Почему, абаасы всех их побери, никто не поставил ее в известность?!