Чтение онлайн

Катя не оценила шутку. Она сосредоточенно засеивала кафельный пол.

— Психологи даже выдумали теорию. Розы — символическое изображение женской вагины. И женщинам нравится, когда мужчины преподносят им отрезанные вагины соперниц.

Вагины Екатерину Дображанскую так же не заинтересовали.

— Маша считает мы вправе ведьмовать для собственной надобности, — серьезно сказала она.

— Вы — Киевица. Вы можете все, что не противоречит 13 Великим Запретам, — завизировала Машины слова Василиса.

— И все приходиться делать самой, — привычно пожаловалась владелица сети супермаркетов. — Бросать лепестки нужно непременно слева направо. И так трудно найти ответственных людей. Породу добросовестных слуг большевики уничтожили вместе с их хозяевами. А потом 70 лет ввинчивали в головы алкоголиков и слесарей мысль, что они ничем не хуже профессоров... Итог, куча людей по-прежнему думает: раз мы и так ничем не хуже, зачем напрягаться?

Катя закончила посевную. Опустив корзину на пол, она заинтересованно рассматривала длинные полки, заполненные пакетами и банками с соками.

— Вы желаете, — понизила голос Глава киевских ведьм, — приворожить покупателей к вашему маркету? Позвольте посоветовать вам добавить в ваше саше кипарис…

— По-моему, — отметила Дображанская, — неплохо и так.

Покрытая алыми лепестками дорожка между полками с соками, успела привлечь внимание. Проходящая мимо худосочная дамочка внезапно затормозила, задумалась и начала энергично сгружать в тележку пакет за пакетом, объясняя сопровождавшему ее супругу:

— Ребенку нужно пить соки! Я давно говорю.

— А вы по какому вопросу? — уточнила Катерина у Василисы Премудрой. — Простите, у меня масса дел. — Дображанская следила за покупательницей.

Премудрая предприняла попытку отвесить поклон.

— Незачем устраивать цирк! — одернула ее Катя. — Объясните, коротко и четко, зачем вы пришли?

— Простите мою дерзость, но нашли ли вы корни?

— Разумеется, нашла. В Башне хранились корень мандрагоры и птичника. Я добавила их Пресуху. Пожалуй, надо уменьшить консистенцию…

Продуктовая тележка дамочки была полна до краев. Взволнованный муж худосочной пытался вернуть хоть пару пакетов обратно на полки:

— Зачем нам столько? Мы ж за год не выпьем.

— Я знаю, что делаю. Нам всем нужно пить соки, — ругалась с ним та, умудряясь одновременно переругиваться с другим покупателем, желающими проехать.

— Отодвиньте вашу тележку, вы загородили проход!

— Вам что, одному нужно пить соки?

— Мне нужно купить сок! Вас русским языком говорят, отодвиньтесь! — Раздался металлический стук. Отгороженный от сока попытался протаранить своею тележкою — тележку дамочки.

— Хам! — взвизгнула та.

— Тань, мы пришли сюда, купить торт и шампанское! — потерял выдержку муж. — Что вдруг случилось? За чем на 40 пакетов сока! Ты что, с ума сошла?

— Вы дадите пройти?!

Еще немного и стычка обещала перерасти в откровенную драку.

— Андрей, — окликнула Катя парня в форменном комбинезоне. — Быстро сметите все лепестки.

Василиса Премудрая вытянула губы в любовную трубочку. Лепестки зашевелились, медленно поплыли по полу, гонимые образовавшимся сквозняком.

Худосочная дама застыла, всматриваясь в происходящие внутри нее перемены.

— Ладно, — неуверенно сказала она. — Ты прав, Коля. Возьмем упаковок десять…

— Может, вы все-таки позволите пройти? — уже намного вежливее спросил второй покупатель. — Не вам одним нужен сок.

— Спасибо, — поблагодарила Премудрую Катерина. — В целом, эксперимент прошел удачно. Нужно попробовать еще раз.

— Я спрашивала о ваших ведьмацких корнях, — вкрадчиво объяснила ей Василиса Андреевна.

— Ах, это… Вечером заскочу к тете Тате, — сняла тему Катя. — Это все? Тогда благодарю вас…

— Выслушайте меня! — проникновенно попросила Василиса Премудрая. — Это важно. Я не сомневаюсь, вы без труда отыщете в роду ведовскую кровь, у меня есть основанья так думать.

— Почему? — Катя впервые соизволила обратить на визитершу рассеянно-заинтересованный взгляд.

— Вы невероятно красивы.

— Оставьте! — скривилась красавица.

— Конечно, красота — не аргумент для Суда. Но ваша родословная на вашем лице. К слову, когда, моя Золотая Пани, захочет убрать морщинку на лбу, умоляю, не прибегайте к средствам слепых. Прочтите заговор…

— Вы забываетесь!!!

Катины сведенные брови стали похожи на крылья.

Ноздри раздулись. Черные самовластные глаза ударили ту, которая осмелилась переступить границы Катиных частных владений.

В общественной жизни Катя, бывало, использовала свою красоту, как валюту (что, впрочем, случалось не часто).

В жизни частной, — высокомерно презирала свою великолепную внешность (а, бывало, и ненавидела ее). Комплименты вызывали у Кати тоску уныние. Столь свойственное женщинам, желание нравиться не заглядывало к Кате в гости. Катя и так нравилась всем. Точнее, — не нравилась!

Она поражала!

И это всеобщее поражение, порождавшее понятный протест, бунт, партизанское движение и революции, обычно, приносило красивой Кате одни неприятности сплошные беды, как в личной, так и в общественной жизни…

— Неужели, — презрительно спросила она, — я похожа на женщину, которая хочет кому-то понравится?!

Катя поправила деловитый ворот-стойку полумужского, дорогого, престижного, — вызывающе некрасивого костюма. Провела по зализанным назад волосам.

До недавнего времени она носила короткую стрижку. Но волосы и ногти Киевиц обладали неконтролируемым свойством отрастать за 5-6 часов. Потому с волосами Катя перестала бороться. Но ногти стригла два раза в день — утром и вечером!

— Вы похожи на чистокровную ведьму, — прошептала Василиса, смиренно опуская глаза. — В 15 веке вас сожгли бы вас за вашу красоту на костре. И были бы правы. Красота украинок давно стала общим местом. Но чем объяснить такое скопленье красивых женщин на одной территории? Ответ прост: у нас инквизиции не было. Ведьм сжигали на западе. И в России, и в Украине к ведьмам всегда относились крайне толерантно. Иностранцы сами уничтожили свой генофонд, теперь ездят за женами к нам. Но вы, вы, Екатерина Михайловна…