Чтение онлайн

Организация марша всех частей вермахта была четко продумана. Маршруты движения колонн предварительно разведывались авиацией, которая имела постоянную связь с командирами групп. На удалении 20–40 км впереди колонн следовали разведотряды, включавшие в свой состав от взвода до роты мотоциклистов, несколько танков и бронемашин. Впереди колонны основных сил, как правило, следовали 3–5 бронемашин, за которыми и двигались автомашины с пехотой, танки и бронемашины.

Танки и автомашины с прицепленными к ним противотанковыми орудиями распределялись равномерно по всей колонне, что обеспечивало при необходимости противотанковую оборону частей от неожиданных ударов войск Красной Армии.

Продвигаясь несколькими колоннами по параллельным дорогам, германские части, встретив упорное сопротивление противника, разворачивались в боевой порядок и начинали обходить фланги оборонявшихся войск, окружая их или заставляя начать немедленный отход.

Хорошо были налажены взаимодействие и поддержка наземных войск на поле боя авиацией люфтваффе. Вся эта грамотная, заранее отработанная тактика действий германских войск в наступлении приносила им неизменный успех.

Войска 1-й танковой группы и 6-й полевой армии, понесшие незначительные потери в приграничном сражении, продвигались все глубже и глубже на территорию Украины. Командование вермахта высоко оценивало умелые действия своих войск: «В ходе боевых действий немецкие офицеры и солдаты полностью оправдали те надежды, которые на них возлагались. Гибкость и оперативность управления войсками со стороны командиров всех степеней как в низшем, так и в среднем и в высшем звеньях, отличная боевая выучка и опыт одержали верх над противником, хотя он часто имел превосходство в людях и боевой технике» [302] .

Да и как было не восторгаться действиями своих войск, имевшими такой богатый боевой опыт. Соединения и штабы 6-й полевой армии обладали опытом ведения маневренных операций, приобретенных в Польской кампании 1939 г., где армия действовала на направлении главного удара. В Западной кампании 1940 г. соединения 6-й армии сковали в Бельгии все северное крыло войск союзников, не давая им возможности активных действий. Армия участвовала в боях под Дюнкерком, громила французские войска. северо-западнее Парижа.

Богатый боевой опыт был и у соединений 1-й танковой группы. Свой боевой счет они повели в Польской кампании 1939 г. (действуя как 22-й моторизованный корпус), в 1940 г., действуя в качестве ударной силы, окружили союзные войска во Фландрии. На втором этапе Западной кампании танковая группа прошла по всей территории Франции с севера на юг. Войска группы участвовали также и в Балканской кампании, предрешив успех германского вторжения.

Вот с такими боеспособными соединениями сражались наши не имевшие боевого опыта дивизии Юго-Западного фронта.

Ожесточенные бои 24 июня продолжались во всей полосе 5-й армии. Утром противник прорвал оборону частей 45-й стрелковой дивизии и занял город Любомль. Узнав об этом печальном факте, полковник И. И. Федюнинский приказал ее командиру немедленно освободить город. И это удалось сделать. В 14 часов 30 минут 61-й и 104-й стрелковые полки, отряд пограничников, при поддержке роты танков 41-й танковой дивизии и огня бронепоезда, атаковали части противника и выбили их из Любомля.

62-я стрелковая дивизия, державшая оборону на рубеже Замлынье, Высоцк и по реке Буг до местечка Парыдубы, весь день вела бои на своем правом фланге (в районе Вишнева) с частями противника, стремящегося прорваться в направлении Ковеля.

К исходу дня противник потеснил дивизии 15-го стрелкового корпуса на флангах, заставив их отойти на 20–30 км от границы: 45-я стрелковая дивизия вела бои на участке Залесье, Ольшанки, Смоленские Столяры, Перекурка, Куты, Коцюры, Вишнев; 62-я стрелковая дивизия — на участке Вишнев, Штунь, Замлынье, Быстраки, Парыдубы, Никитичи.

В течение всего дня полковник Федюнинский не имел устойчивой связи с командованием 5-й армии, поэтому, получив ложное авиационное донесение о движении крупных сил противника из района Бреста на Ковель, принял решение (опасаясь удара по своему правому флангу) в ночь на 25 июня отвести 45-ю стрелковую дивизию на рубеж Старая Гута, Городло, Скибы, а 62-ю стрелковую дивизию на рубеж Машев, Радзехув, Чмыкое.

Продолжались бои и на луцком направлении.

135-я стрелковая дивизия, занимавшая рубеж Александровка, Локачи, вела подготовку к наступлению на Владимир-Волынский. Ее контрудар должны были поддержать части 22-го механизированного корпуса, 1-я противотанковая артиллерийская бригада и 460-й корпусной артиллерийский полк. В связи с запаздыванием выхода 19-й танковой дивизии на исходный рубеж для атаки время начала наступления было перенесено до ее прибытия.

Но противник опередил. После бомбового и артиллерийского удара его части атаковали оборону 135-й стрелковой дивизии и 16-го стрелкового полка и заставили их начать отход. Немцы, устремившись в образовавшуюся в обороне брешь, начали продвижение к Луцку. Только огонь артиллерии и переброшенных к месту прорыва резервов спас положение, противник был остановлен.

Около 13 часов к месту боя начали подходить части 19-й танковой дивизии. Но, потеряв на марше по различным причинам 118 танков, они имели в своем составе только 45 танков Т-26 и 12 бронемашин [303] . Конечно, атаковать такими силами превосходящего по силе противника было нецелесообразно (на луцком направлении наступление вели пять дивизий 6-й полевой армии и 1-й танковой группы, в том числе две танковые).

Опаздывали с выходом на рубеж атаки и основные силы 215-й моторизованной дивизии, получившие приказ нанести удар по владимир-волынской группировке противника с севера. Вечером 24 июня в район местечка Вербы вышел 711-й мотострелковый полк полковника Садкова. Отбросив отдельные отряды противника, полк занял господствующие над местностью высоты. Остальные части дивизии начали выходить в исходное положение для атаки только ночью 25 июня. Ее танковый полк, израсходовав на марше все горючее, остановился в районе Казатина, ослабив тем самым ударную группировку.

Но приказ на наступление не был отменен ни командованием 5-й армии, ни командиром 27-го стрелкового корпуса генерал-майором П. Д. Артеменко. В 14 часов отдельные части 22-го механизированного корпуса, 135-й стрелковой дивизии и 16-й стрелковый полк (87-й сд) атаковали противника с рубежа Войница, Богуславское. Неожиданным ударом наши воины овладели местечком Локаче и продвинулись на 7–10 км до Микуличей, где встретили сильное сопротивление частей 14-й танковой и 299-й пехотной дивизий вермахта.

Противник немедленно подтянул к месту удара свои резервы и артиллерию. На поле боя была вызвана и авиация, которая нанесла бомбовые удары по боевым порядкам наших дивизий. Бой разгорался, в него вступали все новые и новые силы. Гремели залпы танковых и артиллерийских орудий, все больше и больше дымных шлейфов поднималось над полем боя. В сплошном дыму уже ничего не было видно, но сражение продолжалось.

С 17 часов части противника начали обходить открытый левый фланг 19-й танковой дивизии, создавая угрозу выхода на тылы наших контратакующих частей. Остановить этот обход дивизия уже не могла, в трехчасовом бою под Войницей она потеряла 20 танков Т-26 и 12 бронемашин БА-10, в артиллерийском полку осталось только 14 орудий [304] . В этом сражении погибли все командиры танковых полков 19-й дивизии и командир 22-го механизированного корпуса генерал-майор С. М. Кондрусев. Большие потери в личном составе и боевой технике понесла и 135-я стрелковая дивизия.

Под сильными фланговыми ударами противника наши части были вынуждены остановиться, а затем начать отход на рубеж Станиславовка, Ульянки, Одероды. Не принес ожидаемого успеха и контрудар 215-й моторизованной дивизии, наступавшей с севера (с рубежа колхоз Анусин, колхоз Замосты, Богуславовка) в направлении Турийск, Устилуг, которая наткнулась на сильный огонь занявших оборону частей 298-й пехотной дивизии и была вынуждена перейти к обороне.

Но и потери немцев были значительными. Офицер 14-й танковой дивизии вермахта записал тогда в свой дневник: «Трудно приходиться нам воевать… Один взвод танков полностью уничтожен… Никто из нас никогда еще не участвовал в таких боях, как здесь, в России. Поле сражения имеет ужасный вид. Такое мы еще не переживали» [305] .