Чтение онлайн

– Может, все-таки полетим к Алкиносту? – робко предложил и Белый, которому уже наскучило представлять себя парадным блюдом. – Действительно, с похитителем надобно разобраться и примерно его наказать! Царь – или кто он там? – Чет невежа и неуч.

– Да?!

– И ему следовало бы объяснить, как следует себя вести с Летающими, и почему надо пригласить Императора из Драконов…

– Ну да? А как ему объяснишь, коли его кнент опутан сетями, специально для того, чтобы этого самого Летающего поймать?! Один я туда не сунусь, меня снова поймают, как дикого кабана – отличные у него ловчие, однако… – он снова треснул в ярости хвостом, и монеты полетели брызгами в разные стороны.

– Ну, будем еще мы и Алкиност, – оптимистично ответил Белый. – И, если привлечь еще кого из Драконов, попросить помощи у Совета – наверняка он разрешит месть, – то не смогут же они переловить всех?! Лети, спроси!

– Нет, все-таки вы хотите меня ограбить! – разозлился Давр снова. – Я вас съем!

– Ну и жмот же ты! – плюнул я. – Алкиност не трясется над своим сокровищами так!

– У него целый кнент, – парировал Давр. – Он куда богаче меня, у меня есть лишь этот замок. А если меня ограбить, то чем я буду платить за еду своим подданным, э? Или предложишь мне грабить, как и царь Чет? Кстати, что такое «жмот»?

– Жмот – значит очень, очень жадный человек, – ответил я. – А почему вы вместе не живете?

– Драконам вместе жить не положено.

– Ерунда! А еще говорите, что люди – дикари, что связывают себя условностями. А почему Драконы не работают? Если бы тебя ограбили, ты тогда мог бы зарабатывать себе на жизнь честным трудом.

Давр расхохотался, от восторга колотя лапами по грудам монет:

– Работать! Ха! Ты когда-нибудь видел работающую ящерицу? Или птицу? Куда я сунусь с таким телосложением и такими размерами, а? Ткать? Прясть? Писать? Плавить железо и серебро?

– Но ты сильный, – не унимался я. – Мог бы пахать землю, вертеть мельницу…

– Да? – Давр хитро сощурил глаз. – Если в плуг запрячь десять человек, они тоже будут сильны вместе, как лошадь – но почему-то запрягают всегда лошадь, или волов, глупых безмолвных животных, которых в награду за их труд лупят палками и заставляют спать в вонючем сарае. А ты согласился бы таскать плуг и спать в сарае?

– Причем тут я?

– Притом, что ты, как и я, умеешь мыслить, а значит, можешь возмутиться… можешь быть недоволен чем-то… желать лучшего…

– Ты спал бы не в сарае, – уступил я. – А в своем замке.

– Хорошо; но ты – ты! – согласился бы таскать плуг, если бы тебе это было по силам? Согласился бы? А-а, вижу, что нет. Потому что такой унизительный – животный, – труд задевает твою человеческую гордость, порожденную великим разумом. Так почему же мне ты предлагаешь такую работу? Или ты думаешь, что у меня нет гордости? Чем ты лучше меня? Почему ты ставишь себя выше меня – неужели лишь потому, что я похож на глупых ящериц, которые греются на солнце в лесу на камнях и которых без труда ловят сопливые карапузы? И вообще – где твое почтение, принц Дракона?! Отец мой, что за мысли бродят в головах людей?! С каких это пор они стали думать о том, что благородного Дракона можно использовать как безмозглое животное?! Да за одни эти речи тебя полагается съесть – за что, говоришь, Алкиност приблизил тебя? Ты же варвар, варвар и есть, кто ж еще? – впрочем, он уже не злился; видимо, ему уже полегчало, и он был настроен вести философские беседы. Да и вообще – сдается мне, что «съем я вас!» – это у него просто такое ругательство. Любимое.

Белый моментально уловил это благодушное настроение, смачно облизал свою ложку, вытер остатки подливки из котелка кусочком хлеба и смело уселся по-турецки прямо перед мордой Дракона.

– Но люди-то на тебя работают! – обвинительным тоном заявил он. – Чем же они хуже тебя?

– Хуже? Я сказал – хуже? По-моему, нет. Если б я считал людей хуже себя, разве бы я платил им зеленым металлом за их услуги, и за еду, которую они мне дают? Конечно, нет. Твой друг справедливо заметил – я сильный, куда сильнее любого из людей, и я мог бы использовать свою силу, чтобы добыть себе все, что необходимо. Это единственная работа, на которую я годен. Ею ты предлагаешь мне заняться? Кстати, этим я и собираюсь отплатить Императору Чету… зажарить Императора… сожрать его дочку… – промурлыкал он, щуря злые глаза. – Это весьма приятная идея!

– Давр, – укоризненно покачал головой Белый, – Алкиност не ест людей, а ты…

– А я ем людей. С удовольствием! – он посмотрел на нас и мне стало неуютно под его взглядом. – Я далеко не так добродетелен, как Алкиност. И потом, я же не Император. Мне не нужно подавать серым людишкам пример мудрости, царственного величия и прочей ерунды, и являть собою средоточие всех добродетелей, известных разумным существам.

– Как не стыдно! – сказал Белый и повернулся к нему спиной. Давр громко расхохотался:

– Я пошутил! Кто бы мне позволил? Чтобы отомстить Чету, я с утра разослал почтовых голубей ко всем членам Большого Совета, и с места не двинусь, пока это разрешение не придет, хотя я точно знаю, что оно будет.

– Ого! Какие строгости! – удивился я.

– Да, чужак… ты ведь Чужак? – я не стал уточнять, что он подразумевает под этим словом, но думаю, он был недалек от истины. – Неужели ты думаешь, что Дракон, символ мудрости, просто так, по собственному капризу, нарушит равновесие между Летающими и людьми, чем доведет до войны и убийств? Люди глупы, но нельзя же их за это убивать.

– Глупы?! Кто это сказал?! – возмутился Белый.

– Я сказал, – отрезал Давр. – Да, конечно глупы. Они хотят много всего, что им совсем не нужно. Например – зеленый металл. К чему он им?

– Чтобы обменять на что-то.

– Ерунда! Я знаю, что такое торговля. Но почему бы им просто не обменивать хлеб на сапоги, горшки на ткань? Зачем они копят зеленый металл в сундуках?

Я его понимал – в самом деле, если разобраться, то зеленый металл, да и вообще все драгоценные металлы, по большому счету, людям не нужны. Но нужно понять и людей, и об этом я честно сказал Давру.

– Видишь ли, – миролюбиво произнес я, – если я, к примеру, сапожник, и произвожу свой товар, то ничего другого я делать не умею. В том числе и печь хлеб. А если мне приспичит поесть булок, а булочнику, как на грех, сапоги не нужны? И он откажет мне? Вот люди и придумали универсальную вещь – она всегда и всем нужна… даже если и не нужна совсем. Это называется «деньги». Или твой зеленый металл, если пожелаешь.

Давр прищелкнул языком.

– Хорошо сказано! – похвалил он. – Ты умнее, чем кажешься на первый взгляд, ибо ты зришь в корень всех вещей. С этой точки зрения я с тобой согласен. Но и ты согласись со мной – чтобы жить в достатке, людям не нужно так много денег, как они собирают порой в своих сокровищницах. Они же набивают ими сундуки, и золото лежит там, никем не востребованное! Я говорю о жадности, мой друг. Зачем золото людям?

– Оно красивое и им просто любуются.

– Трижды ерунда! Если уж так хочется полюбоваться – пусть приходят в мой подвал и смотрят сколько влезет! Но ты же знаешь, что произойдет если я сюда пущу хотя бы сотню человек – я обнищаю, а эти мелкие пройдохи вынесут отсюда все до крошки, хотя им в жизни не истратить столько денег. Люди жадны; они хватают золото, несут, прячут его… оно нужно лишь самкам Драконов, чтобы нести яйца, да залечивать раны!

– А разве Драконам не нужно ничего лишнего? – удивился притворно хитрый Белый. – Посмотри-ка вокруг – ты тоже любуешься драгоценными камнями, спишь на подушках, куришь благовония…