Чтение онлайн

— Духотища, — уронил Пол и попросил счет.

Еще не выходя на улицу, они успели загладить ссору взаимными извинениями. Дженнифер торжественно, как для благословения, поднесла руку к лицу.

— Пол, я хочу сегодня быть с тобой.

Он понял. Секс выполнит роль магического ритуала, который сгладит и принизит значение их размолвки.

— Я тоже.

— Зачем мне возвращаться в отель? Могу спать в твоей пижаме. У тебя найдется лишняя зубная щетка?

— Что-нибудь придумаем.

Кровать с утра осталась незастеленной. Дженнифер расправила простыни и взбила подушку, а Пол метался по гостиной: взял с дивана брошенный журнал, подобрал с пола газету, выковырял фисташковую шелуху с подставки для ночника и, главное, убрал подальше от глаз Дженнифер копию рекламной брошюры «Конфиденциальных кассет». Интересно, как реагировала бы Дженнифер, узнав правду о его работе? Впрочем, он не солгал: он действительно выполняет задание. Просто…

Она вышла к нему в гостиную, и он поцеловал ее. Пальцы нашли молнию у нее на спине; она крепко прижалась к нему, бормоча:

— Я все думала о нашей последней встрече. Каждую ночь вспоминала…

Да. Это она, его Дженнифер. Теплая, душистая. Пол уверенно расстегнул на ней лифчик.

— Ты — самая красивая девушка в мире.

Он на руках отнес ее в спальню, положил на кровать и в мгновение ока освободил от оставшейся одежды. Застеснявшись, она прикрыла ладонями интимное место. Пол погладил кудряшки у нее на затылке. Он не спешил: ждал сигнала ее готовности. Бережно раскрыл нежные створки раковины. С неиспытанной прежде чуткостью продвигался шажок за шажком, пока они не слились воедино. Мозг с предельной четкостью фиксировал ощущения. Ее хрипловатое дыхание. Тиканье будильника. Хруст накрахмаленных простыней. Далекий визг автомобильной сирены…

Потом она лежала, положив голову ему на грудь. Пол смотрел на потолок и спрашивал себя: почему образ Шейлы Томкинс вырисовывается перед ним в темноте гораздо отчетливее, чем лицо доверчиво прильнувшей к нему женщины?

Статус Пола в фирме неуклонно повышался — об этом говорило множество мелких признаков. Его перевели в более просторный кабинет, поближе к Фаллону. Тот завел привычку заглядывать к Полу, чтобы посоветоваться насчет сценариев, не имеющих никакого отношения к «Истории». Даже дал ему «полистать на досуге» несколько таких сценариев, чем существенно осложнил его работу над циклом газетных статей для Притчетта.

Отношение к нему Макса Рэнда также стало более теплым.

— У меня был разговор с Ивеном Хендершотом, — сказал он однажды вечером, когда они вместе дожидались лифта. — Он предсказывает тебе большое будущее.

— Спасибо. Приятно это слышать.

— Том Фаллон нам все уши прожужжал на заседаниях редсовета: мол, ты — единственный, кто выдвигает стоящие идеи.

Стремясь приносить пользу, Пол затеял сам с собой игру: старался представить себе сценки, которые могли бы заинтересовать их клиентов. Что способно после дневной тягомотины повергнуть их с потрохами к ногам невидимого рассказчика? Чтобы удовлетворить их тайные желания, нужно было только проникнуть в свои собственные. Пол взывал к самой темной части своей натуры и, махнув рукой на бессмертную душу христианина, озвучивал то, от чего ранее отрекался, вкладывая эти мысли в уста персонажей своих сюжетов.

Как ни странно, ему становилось все труднее сбывать свои идеи Фрэнку Мердоку. Пол метался по комнате, бурно жестикулируя, а старший товарищ, развалясь в кресле, смотрел на него усталым, откровенно циничным взглядом. Пол всегда с благодарностью принимал замечания режиссера, сделанные на ранних стадиях работы над фильмом, но вклад Мердока становился все менее значительным.

Сейчас он с расхолаживающим безразличием слушал, как Пол излагает свое видение фильма о маркизе де Саде. Они взяли за основу инцидент в марсельском публичном доме, где маркиз затеял оргию с поркой проституток, предварительно дав им сильное возбуждающее средство. Кульминацией стало истязание распятой на кровати женщины. Маркиз пырял ее ножом и лил в раны расплавленный воск. За что и угодил в Бастилию.

Мердок вздохнул.

— Мы прогрессируем. Скоро в запасе не останется ничего такого, что могло бы повергнуть зрителя в шок. Разве что выручат Жиль де Рей, сатанизм и поедание младенцев. Думаю, в свое время мы дойдем и до этого.

— Все зависит от того, как подать. Пока ты стоишь у руля, дело в надежных руках.

Пол покривил душой. Мердок уже не был тем человеком, который водил дружбу с Капрой, Кингом Видором и Уайлдером, посещал грандиозные приемы в роскошных особняках и нежился в плавательных бассейнах с подводной подсветкой. Прощай, блистающий мир Голливуда — волшебная страна, откуда уже никто не возвращается с горящим взором, чтобы взахлеб поведать менее удачливым о сбывшемся чуде!

Рано утром, спеша на заседание редсовета, Пол столкнулся в коридоре с Шейлой Томкинс. Она тепло улыбнулась. Он прошел мимо, но в кабинете Фаллона не мог думать ни о чем другом. На Шейле было платье персикового цвета, с тугим поясом на талии; волосы она распустила по плечам.

Его вернул на землю резкий голос Фаллона:

— Тоже мне оригинальная идея! Такие продаются на каждом углу — двадцать центов дюжина!

Пол поднял голову как раз вовремя, чтобы встретить инквизиторский взгляд Тома.

— Ну, Пол, а ты чем порадуешь?

Все головы повернулись в его сторону.

— Есть одна мыслишка. Работая для взрослой аудитории, мы ограничиваем свой арсенал выразительных средств традиционными формами. Но существуют и другие.

— Например?

— Мультипликация. Недаром комиксы пользуются таким успехом. Матт и Джефф. Мэгги и Джиггс. Пусть знакомые рисованные персонажи занимаются тем, что волнует нашу аудиторию.

— Дальше.

— Можно было бы выпустить шестидесятиминутный мультфильм из пяти-шести рисованных эпизодов и на пробу использовать в качестве премии постоянным подписчикам. Если реакция будет положительной, мультяшки могут составить отдельную серию.

Фаллон пометил у себя в блокноте.

— Пожалуй, здесь есть рациональное зерно. Не зря говорят: в каждом взрослом сидит ребенок.

По окончании редсовета Фаллон попросил Пола остаться. И, когда все разошлись, похвалил:

— У тебя есть чутье на то, что будет пользоваться спросом. С этого дня будешь получать лишнюю сотню в неделю.

Пол залился краской.

— Спасибо.

— Это еще цветочки. Продолжай в том же духе — и станешь одним из тех, кто здесь все решает. Со временем мне понадобится человек, на чьи плечи я смогу переложить часть бремени.

Пол предпринял попытку избежать бесповоротного закабаления:

— Я не представляю себя никем, кроме сценариста и редактора.

— Ты парень с головой, быстро схватываешь. Многие приходят к нам в ореоле былых заслуг, а на поверку оказываются мыльными пузырями. Я строг с халтурщиками. Но если кто-то показывает класс — получает соответственно.

— Чего еще желать.

— Макс Рэнд говорит, ты немного сечешь по части управления бизнесом. Уважаю людей с амбициями. Прямо скажу: у тебя есть все данные стать в нашем деле хозяином, а не рабом пишущей машинки. Лишняя сотня в неделю — капля в море. Тьфу!