Чтение онлайн

Комната была обставлена двумя глубокими кожаными креслами, стоявшими перед камином. На вощеном паркете лежали персидские ковры. Вдоль стены, перед окном, стоял длинный резной стол с батареей початых бутылок и кучей немытых фужеров. Худощавый, элегантно одетый мужчина неожиданно возник из кресла.

– Доминик, это мистер Джексон, - сказал Герман.
– А это - мой компаньон, мистер Паркер.

Мое внимание было приковано к бутылкам, но я кивнул, чтобы показаться любезным.

Паркер ответил мне тем же. Он изучал меня, и недовольная гримаса явно свидетельствовала, что мой вид ему не по душе.

– Ах да, детектив!
– сказал он с усмешкой и посмотрел на свои ногти, как это делают женщины, когда посылают вас.., погулять.

Я устроился в кресле и тоже принялся изучать его в свою очередь. Он был высок. Волосы цвета меди прилизаны назад. Длинное, узкое лицо, блеклые синие глаза и нежный подбородок, который скорее подошел бы женщине. Морщины у глаз и кожа, свисающая с подбородка, говорили, что ему давно перевалило за сорок. Те, кто предпочитают холеных щеголей, нашли бы его привлекательным. На нем был костюм из фланели жемчужного цвета, шелковая бледно-зеленая рубашка, бутылочного цвета галстук и туфли ему же в тон. Белая гвоздика украшала его бутоньерку. В тонких губах дымилась сигара с золотым ободком, Герман расположился перед камином. Он смотрел на меня отсутствующим взглядом.

– Хотите выпить?
– спросил он и посмотрел на Паркера, словно ожидал от него разрешения.
– Как вы думаете, дать ему виски?

– Сам себя обслужит, - сухо заметил Паркер.
– Я не обслуживаю слуг.

– Вы имеете в виду меня?
– поинтересовался я.

– Вас бы здесь не было, если бы не зелененькие, а тот, кого покупают, слуга.

– Точно.

Я подошел к столу и обслужил себя таким количеством жидкости, в котором можно было утопить лошадь. В данном случае - белую <Намек на известный сорт виски "Белая лошадь".>.

– Закройте рот, когда вас не спрашивают, - отозвался Доминик, и лицо его перекосилось.

– Не горячитесь, Доминик, - сказал Герман. Хриплый, резкий голос возымел действие на Паркера, и он успокоился.

Наступила пауза.

Я взял стакан, отсалютовал Герману и выпил содержимое.

Виски было того же качества, что и бриллиант.

– Когда займемся делом?
– внезапно спросил Паркер, не поднимая глаз.

– Завтра вечером, - ответил Герман.
– Введите его в курс дела, а я пойду лягу.

Потом он обратился ко мне, подняв толстый, как банан, палец:

– Мистер Паркер расскажет вам, что надо делать. Спокойной ночи.

Я пожелал ему того же.

Подойдя к двери, он повернулся и посмотрел на меня еще раз.

– Мне бы очень хотелось, чтобы вы поладили с мистером Паркером. Я ему доверяю. Он объяснит вам все, что нужно, и каждое его слово равносильно моему приказу.

– Идет, - согласился я.

Мы слышали грузные шаги Германа, поднимающегося по лестнице. Комната, казалось, опустела.

– Ну что ж, - сказал я, - мое доверие тоже куплено.

– Мы здесь не развлекаться собрались, мистер Джексон. Паркер сидел в кресле выпрямившись, словно аршин проглотил.

– Вам заплатили за работу и заплатили хорошо, так что не потерплю наглости с вашей стороны. Понятно?

– Я пока получил лишь двести долларов, - сказал я улыбаясь.
– Если я вас не устраиваю, отправьте меня обратно. Задаток, полученный мною, возместит время, которое я потерял, приехав сюда. Выбирайте.

В дверь постучали, и это дало ему время подумать. Он сказал "войдите" злобным голосом и спрятал сжатые кулаки в карманы.

Шофер в белой куртке, на пару размеров больше, чем требовалось, внес блюдо, на котором лежали сандвичи, нарезанные толстыми кусками.

Теперь, когда на нем не было фуражки, я его узнал. Он работал в порту. Коротыш с печальными глазами. Он был таким же новичком в своей работе, как и я. Войдя, он бросил на меня быстрый взгляд, и на его лице промелькнуло удивление.

– Что это значит?
– спросил Паркер, указывая на блюдо.

Голос его был сухим, как стук бревна.

– Мистер Герман приказал принести сандвичи, сэр. Паркер встал и исследовал закуску, пренебрежительно приподняв один из ломтей с видом крайнего отвращения.

– Уж не думаете ли вы, что мы будем есть всякую дрянь! Почему вы не можете уяснить, что сандвичи должны быть тонкими, как бумага, темный вы кретин. Убирайтесь и принесите другие.

Он швырнул содержимое тарелки прямо в лицо слуге. Хлеб и курятина облепили лоб и щеки бедняги.

Он побелел, но остался неподвижным.

Паркер быстрым шагом отошел к окну. Резким движением отдернул занавеску и уставился в ночь, пока шофер не привел себя в должный вид.

– Мы не хотим есть, старина, - сказал я.

– Могли бы не отдавать приказы моим слугам, - бросил он через плечо вне себя от ярости.

– Если вы будете вести себя как старая неврастеничка, я пойду спать, а если хотите что-то сказать, то валяйте.

Паркер резко отошел от окна. От злости он почернел и подурнел.

– Я предупреждал Германа, что с вами будет тяжело, - сказал он, подавляя в себе эмоции.
– Я говорил ему, чтобы он оставил вас в покое, - мелкий мошенник вашего сорта не принесет пользы в нашем деле.

Я ответил обезоруживающей улыбкой:

– Меня наняли, чтобы я сделал дело, и я его сделаю. Если вы хотите обсудить детали, давайте обсудим. К моему удивлению, он успокоился.

– Ладно, Джексон, спорить не буду. Он подошел к столу, вынул ящик и извлек из него рулон голубой бумаги. Слава богу, не туалетной. С него станется.

– План дома Бретта. Взгляните!

Я налил еще виски, выбрал из сигар на столе самую толстую, развернул рулон и принялся изучать.

Паркер склонился со мной рядом и показал служебный вход и место, где находится сейф.

– К сожалению, дом стерегут два охранника. Они бывшие полицейские, и у них отменная реакция. Кроме них есть еще и сигнализация, но она подведена только к окнам и сейфу. Я устрою так, что вы спокойно проникнете через служебный вход. Вот отсюда, - его палец уперся в план, - пройдете по коридору, подниметесь по лестнице к кабинету Бретта. Красным крестиком отмечен сейф.