Чтение онлайн

Когда я заговорил, из моего горла раздалось кваканье, которому позавидовали бы лягушки.

– Я нахожу, что это здорово и следовало бы повторить. Она перебросила ноги через парапет и встала. Ее маленькая темноволосая головка едва доставала мне до плеча. Держалась она вызывающе и прямо.

– Может быть, - сказала она, удаляясь.

Я посмотрел ей вслед.

Фигура была грациозной и стройной.

Веда ни разу не обернулась. Я наблюдал за ней до тех пор, пока она не скрылась в доме. Тогда я сел и закурил. Мои руки дрожали, как листья на ветру. Все остальное время я провел возле бассейна.

Ничего больше не произошло. Никто ко мне не подошел, никто не наблюдал из окна. У меня было достаточно времени, чтобы все продумать перед ночным заданием: как избавиться от сторожей и собаки, как спуститься со стены незамеченным, как открыть сейф. Но мысли мои все время возвращались к этой загадочной женщине - Веде Руке. Я думал о ней даже тогда, когда солнце погасило последние лучи и на лужайку опустилась темнота. Я продолжал думать о ней и тогда, когда Паркер подошел ко мне. Я смотрел на него невидящим взглядом, словно его и не было.

– Вам лучше вернуться, - сухо заметил он.
– Нам необходимо все окончательно оговорить. Лучше всего отправиться в девять часов вечера, когда будет светить луна.

Мы вернулись в дом. Веды не было ни в гостиной, ни в холле. Я напряженно ждал какого-либо звука, который сигнализировал бы о ее приходе, но дом молчал, напоминая своим безмолвием морг.

– Доминик подаст вам кинжал, - сказал Герман, - когда вы залезете на стену. Будьте с ним осторожны.

Паркер дал мне ключ, который, по его словам, открывал служебную дверь, и мы снова занялись изучением плана.

– Я хотел бы получить еще двести долларов, - сказал я.
– Вы должны их дать мне прямо сейчас.

– Доминик вручит их вместе с кинжалом, - ответил Герман, - у вас и так уже достаточно денег, хотя вы еще ни цента не заработали. Я хочу видеть результат, прежде чем вручить вам остальную сумму.

Я улыбнулся:

– О'кей. Но без гонорара на стену не полезу. Я ожидал увидеть Веду перед обедом, но ее нигде не было. Примерно в середине обеда я вдруг понял, что мне необходимо знать, где она находится. Как бы между прочим, я сказал, что видел девушку в саду и это, без сомнения, могла быть только Веда Руке. Так почему она не обедает вместе с нами?

Паркер стал зеленовато-белым. Он сжал пальцы с такой силой, что они чуть не продырявили кожу на ладонях. Он что-то проговорил срывающимся голосом, но Герман быстро успокоил его:

– Не горячитесь, Паркер.

Мне не понравилась физиономия, которую он скорчил, и я резко отодвинул стул. Вид у него был разъяренный. Он даже хотел меня двинуть, а я не люблю, когда в меня тычут кулаком, даже такой педераст, как Паркер.

– Вам заплатили за работу, Джексон, - прошипел Паркер, - а не за то, чтобы вы совали свой паршивый нос туда, куда не следует. Мадемуазель Руке не желает иметь ничего общего с таким жалким пройдохой, как вы. Я хотел бы, чтобы желание ее было исполнено, И не надо вмешивать ее в это дело.

– Не хотите объяснить, - обратился я к Герману, - откуда взялся этот субъект в коричневых штанишках, с тетушкиным чепчиком на голове?

Я поставил каблук на перекладину его стула и уже готов был двинуть хлыщу в морду, как вдруг обнаружил девятимиллиметровую пушку полицейского образца, которая плясала перед моим носом. Макс говорил, что Паркер, похоже, знает, как с ней обращаться. Кроме как в вестернах с Юлом Бриннером, нигде не видел, чтобы в игру вступали с такой быстротой.

– Доминик!
– сказал спокойно Герман.

Я не двигался. Блеклые глаза Паркера были пусты и лишены всякого выражения. Я понял, что он может убить. Дуло пистолета было длинным, как бруклинский тоннель, и это была паршивая минута.

– Доминик!
– крикнул Герман, двинув кулаком по столу. Пистолет опустился, и Паркер удивленно посмотрел на меня, словно не мог понять, что произошло. От его пустого и потерянного вида у меня по спине пробежали мурашки. "Этот парень - сумасшедший", - подумал я. Такое же выражение лица я видел у некоторых типов в тюремной больнице. Увидев раз - не забудешь, это было лицо убийцы-параноика.

– Не нервничайте, Доминик, - сказал Герман своим пронзительным голосом.

Он даже пальцем не шевельнул, чтобы успокоить Паркера, и я понял почему. Достаточно было вовремя сказать ему "не нервничайте, не горячитесь", и это действовало на него магически.

Паркер медленно встал, удивленно посмотрел на пистолет, словно не понимал, как он мог оказаться у него в руке. Затем неспеша вышел из комнаты.

Я вытер носовым платком вспотевший лоб.

– Вам следовало бы присмотреть за этим парнем, - проговорил я как можно более инертным тоном, - он вскоре свихнется окончательно.

– Лучше возьмите себя в руки, мистер Джексон, - сказал Герман со все той же холодностью во взгляде.
– Если вести себя с ним надлежащим образом, то все будет в порядке. Ему кажется, что вы все время ищете ссоры. Хотите кофе?

Я улыбнулся:

– В данный момент я бы выпил что-нибудь покрепче. И не рассказывайте мне сказок - он хотел меня убить. Пока не поздно, заберите у него оружие.

Глядя на меня, Герман наполнил стакан.

– Не принимайте этого всерьез, мистер Джексон. Он очень привязался к мадемуазель Руке. На вашем месте я не стал бы касаться этой темы.

– А как она к этому относится?

– Не понимаю, почему вас это интересует? Я выпил и вернулся к столу.

– Может быть, вы и правы, - согласился я. В девять часов Паркер подогнал машину к входной двери. Он был замкнут и спокоен. Казалось, он полностью преодолел неприязнь ко мне. Герман спустился с лестницы, чтобы проводить нас.

– Желаю удачи, мистер Джексон. Паркер даст все указания в машине. К вашему возвращению деньги будут приготовлены.

Я посмотрел на темные окна в надежде увидеть ее силуэт и почти не обратил внимания на его слова. Веды нигде не было.

– Мы, если все будет хорошо, должны вернуться около двух часов, - сказал Паркер дрожащим голосом.

– Если мы не вернемся, вы знаете, что делать.

– Вы вернетесь, - заверил компаньона Герман.
– Мистер Джексон не допустит промаха, - заявил он и помахал нам рукой.

Я очень хотел на это надеяться.

Когда мы тронулись с места, я еще раз оглянулся, но так ее и не увидел.

Глава 4

Мы сидели в машине возле забора дома Бретта. Вокруг было спокойно и темно. Мы не видели ни машины, ни стены, ни друг друга, словно находились в абсолютном вакууме.