Кинжал во тьме
Шрифт:
Плут, внезапно услышав резкий грохот и шум, приказал лошади оставаться на месте, а сам же побежал на доносящиеся чуть дальше по тропе звуки.
– А если это снова та тварь? Нет, я так не думаю…
Деревья разошлись в стороны. Перед его взором пала огромная холмистая поляна, разнообразившая скучные километры бескрайней дороги. Прогремел очередной грозный грохот. Огненные шары устремлялись далеко вверх и тухли, падая маленькими горячими осколками и пеплом наземь. Хартинсону не по себе. Подбежав чуть ближе, Эйлу лицезрел удивительную битву: два неизвестных отбивались от полчища восставшей нежити. Луны освещали поле боя в эту ночь.
– Эй вы! Держитесь, я уже бегу! – кричал плут.
Он не знал, что движет им в этот роковой момент, ведь куда легче было обойти это всё или же, просто на просто, наблюдать в предвкушении исхода со стороны, но герой решил помочь.
– Берегись, мальчишка! – предостерёг волшебник. – Эти твари тебе не по зубам!
Он чересчур высокий. Под его синей робой виднелся едва заметный кольчужный табард. Через плечо волшебника закинута сумочка с книгами, а за спиной красуется изящный посох. Рядом с ним бился огромный, полностью облачённый в позолоченные доспехи, воин йот-норд, наплечники которого выполнены в форме головы дракона. На правом из них виднелись рога, куда большего размера. Посредине одетого поверх кольчуги нагрудника был изображён дракон, чем-то напомнивший герб Империи. Орудовал здоровяк большущим и неподъёмным для многих людей двуручным молотом, легко держа тяжесть в одной руке. Ударная верхушка его выполнена в форме головы приоткрывшего рот архакина.
Волшебник с лёгкостью сжигал мертвяков очень мощным пламенем магии восстановления. Один огненный булыжник сметал с ног с десяток ходячих трупов, а «Исцеляющий Луч» резал их, как нагретый нож режет масло. Но не все твари удосуживались пасть так просто. Молот озарили луны, показав его тёмную сталь. Как оказалось позже, его приятель – воин, сражался даже не специальным, покрытым серебром, молотом, а обыкновенным эбонитовым, но даже это не мешало одним ударом отрывать мертвецам головы или полностью ломать их в труху. Поляна под ярким свечением Мару и Кросиса, отныне источала запах гнили и горелой кожи.
«Нельзя медлить… Давай… давай!»
Герой выхватил Сумрак из ножен и поспешил на помощь незнакомцам. Он стиснул зубы и прищурил глаза, ему было страшно. Нанеся левый рубящий удар снизу, Эйлу, не прилагая особых усилий, сумел отсечь мерзкой твари руку и часть черепа. Алемрак не обладал подобными зачарованному или обычному серебру свойствами, но даже при этом меч способен нанести им увечья.
Время спустя, совместными усилиями, троица смогла окончательно одолеть полчище неживых. Волшебник произнёс после заклинание Школы Восстановления, освободившаяся волна которого – сожгла по сию пору извивавшиеся куски гнилой плоти, оставив лишь ржавые доспехи и оружие.
– А ты не промах, мальчишка, откуда ты? – сказал, будто посмотревший на героя свысока, волшебник.
– Эйлу Хартинсон, – он опять обратил внимание на изображение дракона на груди воина. – беженец Восточной Коалиции, противник тамошней власти. Сейчас просто путешествую по миру. А ты кем будешь?
– Эйстеннерус Арбаль Сиренсен, правая рука и главный помощник архимага Коллегии Магов Тау’Элунора. Можно сказать, что я тоже сейчас… – немного задумался. – Путешествую.
Герой сильно удивился. Внезапный страх, источаемый потенциально более сильным противником, овладел им. У плута такое было впервые. Он протёр меч и убрал его за спину.
– Я Торальдус Олафсон, прозванный Отступником. – подняв забрало тяжёлого шлема с рогами, начал говорить воин в доспехах. – Бывший ярл Ёрдрингхельма, единственный достойный и законный правитель этих земель в будущем.
– Помощник архимага и именитый бывший ярл Ёрдрингхельма, одолевший целый отряд орков-берсерков в одиночку… Но почему вы здесь, как вы вообще могли тут оказаться? – спросил ошарашенный плут.
– Долгая и не имеющая значение история, Эйлу. Но… – задумался. – Я чувствую энергию твоего оружия, это ведь далеко не обычные куски стали, не так ли? Она могущественна и свирепа, отчего даже блёкнет меч эфира. Кинжал теперь движет тобой, верно? Ты не первый, кто попадает в эту ловушку, парень. – подметил Эйстенн.
– Что? Откуда ты…
– Мы опаздываем, маг! – грозным голосом перебил, вытирающий с молота останки нежити, Торальдус. – Нужно выдвигаться.
Герой не стал отвечать на такую дерзость и просто промолчал.
– Удачи, Эйлу Хартинсон! Возьми это в знак нашей благодарности. Я чувствую, что судьба сведёт нас с тобой ещё не один раз. – на прощание сказал волшебник, перекинув герою необычную коробочку с неизвестным содержимым.
«Судьба… Да будь проклята эта судьба!», – злобно думал Хартинсон.
Воин на прощанье махнул помогшему им герою рукой, после чего они ушли, смиренно растворившись во мраке ночного леса. Плут, шокированный подобной встречей, махал в ответ. Опустив глаза, он открыл обитый кожей тубус. На землю сразу выпала монетка, а внутри обнаружился непонятный волшебный свиток, содержание которого показалось нелепой бессмыслицей и простым набором каракулей. Монета та представляла собой необычный серебряный юстиан с гербом и золотой гравировкой – «Святая Империя. Святой Закон. Святая Вера», а на реверсе красовалось обременённое оливковыми ветвями число, указывающее на цену, – двадцать пять. Эйлу сжал её в кулаке.
– Чёрт… Да мне везёт.
Плут, не ожидая такого, немножко улыбнулся, отложив свиток в лямку на правом боку, а монету – кинув в кошель. На месте битвы, благодаря мощному заклинанию, выросли красивые дивные цветы и высокая неестественно зелёная трава. Он свистнул скакуну, и, когда Бурогрив шустро прискакал, улёгся спать на холодную, пропитанную кровью и волшебством, землю, укутавшись своим тёплым плащом.
Лошадь, фыркая, начала подталкивать героя головой. Около шести часов спустя, парень проснулся уже под ветвистым деревом, что пробилось от воздействия магии. Валяясь в траве и глядев на его густую крону, он заметил, как осыпаются уже жёлтые листья, а появившаяся ночью растительность потихоньку увядает.
«Скорее всего, это из-за постоянной потребности в магическом поддержании. Невозможно взять и вырастить что-то из нечего». – предположил поймавший лист Эйлу.
Поляна на глазах мрачнела. Остатки ржавых доспехов, неестественно повёрнутые и разложенные ровно вокруг героя, вынудили его продолжить путь прямо сейчас. Что-то следило за ним, что-то наблюдало ночью издали. Погладив скакуна и взяв поводок в руки, Хартинсон направился в сторону ведущей в тёмный лес едва мреющей дороги.
Очередные двадцать вёрст оказались позади, а Светило находилось в зените, но вечнозелёные кроны до сих пор, местами, перекрывали его. Несмотря на это, впереди тропы уже виднелись маленькие просветы – долгожданный выход был близок.
Эйлу покинул владения леса и остановился на небольшом холме, находящимся справа от дороги. Бурогрив проголодался и пошёл немного вглубь зелёной равнины жевать траву, ведь в задний раз лошадь насытилась на лесной поляне, что нельзя сказать о герое. Он даже не помнил, когда в последний раз ел, но в мешке ещё что-то оставалось, до Риверхолла этого должно хватить.
Конец ознакомительного фрагмента.