Чтение онлайн

Как и во всех остальных вопросах, в вопросе формирования рейтинга и контроля над ним единства не существует и основная конкуренция ведется между несколькими структурами – в первую очередь Народным банком Китая и Министреством гражданской администрации (традиционно под контрлем Комсомола), свою роль пытается играть Комитет по развитию и реформам Китая, связанный через руководителя Хэ Лифэна с Си Цзиньпином.

Очевидно, что наиболее вероятный претендент на роль центрального органа по созданию такого единого рейтинга является китайский центробанк – Народный банк Китая, который через введение цифровой валюты получит абсолютный прямой доступ (не через коммерческие банки) ко всем цифровым кошелькам граждан, верифицированных по сути как персональный идентификационный документ. Тестовая работа цифровых кошельков началась в середине 2020 года и в первую очередь охватила государственных служащих и бюджетную сферу.

Введение цифрового юаня – в первую очередь шаг государства, призванный вывести из серой зоны всю огромную массу денежных транзакций, которая до настоящего времени была оставлена на откуп крупнейших частным корпорациям – Tencent и Alibaba, представлюящий гуандунский и чжэцзянский капитал. Государство волевым решением готовит монополизацию рынка цифровых транзакций, что не может не нанести ощутимый удар по появишвимся недавно частным интернет-корпорациям.

Технология блокчейн делает операции цифрового юаня защищенными и как следствие более надежными с точки зрения использования в отличие от частных денег. Таким образом эра частных банков, которые на долгие два десятилетия монополизировали частные денежные расчеты уходит в прошлое – теперь кредитные карты можно заменить использованием цифрового юаня, кошелек которого можно будет хранить на любом магнитом устройстве, в том числе в мобильном телефоне или любом переносном чипе.

Вместе с введением цифрового юаня – Народный банк Китая – имея гигантскую систему цифровых кошельков – они же де факто цифровые паспорта – не только может стать гиганстким агрегатором персональных данных, но и взять на себя функции социального контроля, аккумулируя в этих же «кошельках» и сведения «социальном рейтинге» физических и юридических лиц. Функция же блокирования такого кошелька делает Народный банк настоящим и абсолютным органом власти будущего. Впрочем, на данный момент – это лишь логичное умозаключение, основанное на технологической возможности таковой реальности.

В связи с вышеописанным, наиболее вероятным следует считать возможность создания всеохватывающей системы персонального социального рейтинга именно на основе баз данных цифровых кошельков цифрового юаня. Не исключен вариант, что в Китае сложится цифровое троецарствие – когда наряду с Народным банком такие функции возьмут на себя уже упомянутый Tencent с мессенджером WeChat и корпорация Alibaba, а также другие частные корпорации, которые смогут выбить себе право и участок независимости в новом цифровом Китае. Стоит отметить, что в Китае систему социального кредита и цифрового юаня – не связывают воедино, однако очевидно, что в двух темах очевидно присутствует китайский центральный банк.

В рамках тестирования НБК прибег к использованию коммерческих банков, а также телекоммуникационных операторов – цифровой кошелек привязывался к SIM-карте.

Цифровой юань также должен будет заменить все виды токенов (и их частный вид – криптовалюты) на территории КНР: согласно проекту закона о Народном банке Китая, опубликованном 23 октября 2020 года, производство и хождение токенов на территории Китая будет запрещено.

Третьим вопросом, наряду с появлением социального заказа на ранжирование, а также функцией контролера системы, является вопрос о приведении запросов общества к единому знаментаелю в ранжировании или наличия единой этической комиссии, вырабатывающей ранги и критерии оценок. По мере сокарщения роли труда в производстве добавленной стоимости, вызванной кризисом кредитного капитализма, будет расти роль ренты в формировании прибыли, то есть по сути отката общества к форме феодальной сословности, и в связи с этим, вероятность формирования ранжирования по принадлежнсоти к сословию в прямой или завуалированной форме будет принята за основу категоризации граждан и начиселния оценок. Тем не менее, открытой дискуссии о подобном в Китае не ведется, однако по мере цифровизации общества и углубления социальных проблем, стоит ожидать, что новые обновленные планы по реализации Социального рейтинга будут содержать подобные элементы в рамках следующих пяти лет.

Второй важнейшей спецификой цифрового юаня является его технологическая конкурентность американскому доллару: для международных транзакций цифрового юаня не требуется использование систем SWIFT, что облегчает доступ к валюте со стороны всех эконономических партнеров Китая и их ускоренному вхождению в кредитную зону юаня, и выход из зоны доллара. Новые технологии, на которых построен цифровой юань, а также надежная система блокчейн, делает его технологически более привлекательным и удобным для международных транзакций, при этом их объем будет выведен из под учета и контроля США. Инфраструктура для таких операций уже создана Народным банком — банковская блокчейн-платформа Bay Area Trade Finance.

[1] ???????????? http://www.gov.cn/zhengce/content/2014-06/27/content_8913.htm

[2] Digital Currency Electronic Payment (DCEP) ????????

[3]roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Уровень жизни населения: основные социально-экономические показатели

(без изменений) Уровень жизни населения: основные социально-экономические показатели

Для сравнения жизни в России и Китае следует базово описать социально-экономические показатели двумя числами: по данным Минэкономразвития Российской Федерации, в 2015 г. средняя зарплата в Китае сравнялась с российской, в 2018 г. среднедушевой показатель ВВП в Китае приблизился к общемировому —10 тыс. долл. США на душу населения, в России аналогичный показатель составляет около 10,5 тыс. долл.

Подушевой располагаемый доход населения в III кв. 2020 года в Китае составил 2705 юаней в месяц. По октябрьскому обменному курсу этот показатель составляет 31 тыс рублей в месяц, в России этот же показатель в аналогичный период составил 35 тыс рублей в месяц. Разница в жизни между рядовым китайцем и рядовым россияниным почти нивелировалась и составляет 12-20%, однако дальнейшая девальвация рубля может сократить эту разницу и даже сделать китайский показатель (при сохранении социально-экономической стабильности в Китае) значительно выше российского.

Другим важным реальным показателем роста уровня жизни является средняя продолжительность жизни в Китае, достигшая 76,7 года в 2017 г., а также показатель младенческой смертности, который понизился в Китае до 6,8‰.

При этом, рассматривая даже эти усредненные и весьма относительные показатели, следует учитывать, что в Китае еще не закончилось формирование социально-экономической структуры общества: до сих пор здесь происходит масштабный процесс переселения многомиллионных масс населения в города, серьезной коррекции подвергается число трудовых мигрантов в крупных мегаполисах и провинциях, инициирован масштабный процесс автоматизации производства — все это коренным образом влияет на современный Китай.

За последние пять лет городское население Китая увеличилось на 80 млн. человек, общий показатель урбанизации достиг 58,5% в 2017 г. Таким образом, за 40 лет реформ «рыночного социализма» показатель урбанизации увеличился на 40 процентных пунктов и из абсолютно аграрной страны Китай приобрел статус «полуаграрной». Показатель урбанизации является косвенным показателем модернизации экономики. Тем не менее существуют оценки, по которым реальное число жителей Китая составляет лишь 42,3%. Для достижения показателя развитых капиталистических стран, который составляет около 80%, Китаю потребуется при нынешних темпах еще около 20 лет. Однако данная тенденция коррелирует с общим экономическим ростом Китая, и в случае его стагнации Китай рискует зафиксировать полуаграрное состояние на ближайшие годы, разделившись на «городскую развитую экономику» и «сельские провинции».

Объективное исследование требует изучать экономику КНР как «две экономики в одной стране» — городские агломерации и суперагломерации прибрежной зоны и внутренние аграрные районы страны с высоким уровнем влияния ВПК в экономике. «Две экономики» разительно отличаются как по социально-экономическим, так и по политическим характеристикам.

Лидером по уровню реальной урбанизации остается южнокитайский Гуандун: из десяти городов Китая с самым высоким уровнем урбанизации шесть находятся в провинции Гуандун.