Чтение онлайн

Ли Чжаньшу — новый глава китайского парламента

После 19-го съезда КПК, который прошел в октябре 2017 г. и увенчался крупной аппаратной победой Си Цзиньпина, Ли Чжаньшу достигает вершины своей политической карьеры: в марте 2018 г. становится главой парламента страны — Всекитайского собрания народных представителей. На этой позиции Ли Чжаньшу, ранее прославившийся тем, что инициировал кампанию по признанию региональными властями Си Цзиньпина в качестве коренного лидера страны (????) обеспечивает большинство голосов по проекту новой Конституции КНР, согласно которой Си Цзиньпин может занимать неограниченное число сроков пост председателя КНР.

Ли Чжаньшу в качестве третьего номера в составе теперь уже Постоянного комитета Политбюро имеет самый широкий спектр полномочий и вовлечен в решение абсолютно различных вопросов, в том числе касающихся Корейского полуострова и Гонконга. При этом анализ биографий членов ЦК и Политбюро показывает, что выходец из быстроразвивающейся в последние годы провинции Хэбэй, которая конкурирует с Шаньдуном и примет в 2022 г. зимнюю Олимпиаду в Чжанцзякоу (бывший Калган), далеко не единственный представитель хэбэйцев в центральном аппарате и венчает целую пирамиду выдвиженцев провинции Хэбэй, хотя его связь с провинцией Шэньси, городом Сианем и вклад в укрепление личной власти Си Цзиньпина несомненен. Принадлежность «Посланца войны» к лагерю хэбэйцев не входит в противоречие с этнической платформой Си, выстраиваемой из коренных представителей ядра китайской цивилизации — района среднего течения Хуанхэ.

В пользу коллективной игры Хэбэйской группы и необходимости ее отдельной классификации и говорит острый внутренний конфликт между Ли Чжаньшу и Ван Цишанем, развернувшийся в преддверии 19-го съезда и вылившийся в завуалированную перепалку исторических статей. Ван Цишань реализовывал для Шаньдунской группы кадровую стратегию через прямую ликвидацию оппонентов, а Ли Чжаньшу через кампанию признания лояльности региональных лидеров с последующим их выдвижением наверх: в среде региональных секретарей была инициирована кампания публичного признания Си Цзиньпина «коренным лидером», то есть идеологического уравнивания его с Мао Цзэдуном и Дэн Сяопином. Острый клановый конфликт хэбэйца Ли Чжаньшу и шаньдунца Ван Цишаня длится с начала Культурной революции и связан со снятием с поста вице-губернатора Шаньдуна Ли Цзайвэня, деда Ли Чжаньшу при шаньдунце Кан Шэне.

Крутой нрав Ли Чжаньшу, который подогревается успехами выходцев из Хэбэя, может послужить основной для очередной политической коллизии в жизни политика, способного как на открытые, яркие политические кампании, так и на сильную закулисную игру. Жажда ярких агрессивных действий была замечена за Ли Чжаньшу еще в университете, когда он послал тогдашнему генеральному секретарю космольцу Ху Яобану, и приверженцу радикальных рыночных реформ, письмо с доказательством верности социалистическому курсу и с угрозой в адрес реакционеров.

Отсутствие преемника у Си Цзиньпина, который не был обозначен на 19-м съезде, формально консервирует систему, но фактически ставит ее на грань уничтожения, ведь теперь в условиях отсутствия понятных координат будущего с «вечным председателем» каждый может стать фактическим управителем дел Китая, — и битва между Ли Чжаньшу и Ван Цишанем может получить новый виток в преддверии 20-го съезда компартии в 2022 г., когда вся мощь «шаньдунской группы» подвергнется агрессивному броску хэбэйцев, которые попытаются выдвинуть Ли Чжаньшу на пост такого же вечного заместителя вечного председателя КНР, заменив там шаньдунца Ван Цишаня. Это обстоятельство усугубится напряженным отношением всех остальных региональных групп, настроенных против гегемонизма Шаньдуна: «…кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою» (Мк. 9:35).

Всекитайское собрание народных представителей после прихода Ли Чжаньшу к власти приобрело новый оттенок — это не только орган, фиксирующий решения Госсовета КНР, который находится под значительным контролем Комсомола и его лидера премьера Ли Кэцяна, но и новая структурирующая сила для региональных обкомов партии — практически все первые секретари провинций являются и главами местных законодательных собраний. Эта политическая комбинация стала более распространенной в период после 18-го съезда (2012), когда Ли Чжаньшу стал главой Секретариата партии и заведовал техническими аспектами этого «новшества». Таким образом, местные законодательные органы власти стали в еще большем числе вотчинами секретарей обкомов Компартии. Данные изменения позволили лояльным секретарям обкомов, оттесняемых партийно-хозяйственным аппаратом Комсомола, окопавшегося в центральных органах власти, быть инкорпорированными в повестку решения центрального правительства через их присутствие в качестве членов Посткома ВСНП на ключевых ежегодных «Двух сессиях» — Всекитайского собрания народных представителей и Народного политического консультативного совета Китая. В рамках «Двух сессий» партийные региональные руководители — выдвиженцы Ли Чжаньшу не только имеют право блокировать инициативы Госсовета КНР по различным аспектам экономической и социальной жизни Китая, но и, что не менее важно, имеют дополнительную возможность провести коллективное совещание весной, вне рамок Пленума ЦК, который обычно происходит в октябре-ноябре. В условиях строгого запрета горизонтальных связей между региональными руководителями такая площадка, созданная Ли Чжаньшу, — важный фактор объединения регионалов вокруг главного хэбэйца страны. Особо подчеркнем еще раз тезис, изложенный в подробном описании «шаньдунской группы»: присутствие шаньдунцев в руководстве парламента страны — выразительно ничтожно мало.

Тем не менее даже на новом высоком посту Ли Чжаньшу проявляет значительное внимание к России, в которой его встречают на беспрецедентном уровне, а он отвечает беспрецедентной откровенностью и взаимностью: «У нас имеются многие общие интересы. Жизнь говорит о том, что наша дружба, сотрудничество являются искренними и надежными. Сегодня США осуществляют двойное сдерживание в отношении Китая и России, а также пытаются рассорить нас. Мы это хорошо видим, и мы не попадались на их удочку. А самая главная причина — в том, что у нас имеется прочный фундамент политического взаимодоверия»[4], — отметил Ли Чжаньшу в сентябре 2019 г. на встрече с президентом РФ, закрепив за собой статус принадлежности к немногочисленной группе политиков, открыто демонстрирующих антиамериканские настроения в Китае.

[1] По материалам http://south-insight.com/lizhanshu

[2] У премьера Ли Кэцяна в фамилии другой иероглиф, который означает «грушевое дерево».

[3] В период правления Ху Цзиньтао, глава парламента У Банго занимал вторую позицию в ПК Политбюро, а премьер Вэнь Цзябао – третью. Во время правления Си Цзиньпина, вторую позицию занял премьер Ли Кэцян.

[4] kremlin.ru/events/president/news/61642 roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Обзор проблем развития китайского НИОКР

(без изменений) Обзор проблем развития китайского НИОКР

Согласно Совместной публикации Госстата КНР, Миннауки и техники КНР, Минфина КНР 27.08.2020[1]:

В 2019 году расходы на НИОКР в КНР составили 2,214 трлн юаней (около 316 млрд долл) – рост на 12,5% (по сравнению с 2018 годом

Это составило 2,23% от ВВП КНР, рост на +0,09 процентных пункта.

Расходы в среднем на одного сотрудника в год – 461 тыс юаней (65 тыс долл), рост на 12 тыс юаней (около 1.8 тыс долл), рост на ок. 2,5%.

Из них на «фундаментальные исследования» — 133,6 млрд юаней (6% от всех расходов, рост 22,5%), «прикладные исследования» — 249,9 млрд юаней (11,3% от всех расходов, рост 14%), расходы на НИОКР – 1,831 трлн юаней (82,7% от всех расходов, рост на 11,7%).

В расходах НИОКР – на предприятия приходится 76,4% (рост на 11%), на правительственные исследовательские центры – 13,9% (рост на 14,5%), на высшие и другие учебные заведения – 8,1% (рост на 23,2%).

Лидерами по объему НИОКР являются – электронная, автомобильная промышленность, производство электрических машин и оборудования, химическая промышленность.

Регионами-лидерами по НИОКР являются Гуандун – 310 млрд юаней, Цзянсу 280 млрд юаней, Пекин – 223 млрд юаней, Чжэцзян – 167 млрд юаней, Шанхай – 152,5 млрд юаней, Шаньдун – 149 млрд юаней. (эти же регионы можно обозначить как самостоятельные базы для научных школ)

По интенсивности инвестиций в НИОКР выделяются семь регионов: Пекин, Шанхай, Тяньцзинь, Гуандун, Цзянсу, Чжэцзян и Шэньси. (последний регион является догоняющим центром Западного Китая, местом рождения нынешнего лидера Си Цзиньпина и близких к нему высших руководителей КНР).