Чтение онлайн

Утром 17 марта 2018 года на встревоженных лицах 2970 народных представителей Всекитайского собрания, только что единогласно выбравших новым председателем КНР Си Цзиньпина, читался едва уловимый трепет. За спинами делегатов слышался нарастающий звук чеканного шага отборных бойцов НОАК, тремя потоками стекавшихся по ровным рядам здания парламента.

Бойцы трех родов войск китайской армии словно стальной стеной огородили от трех тысяч парламентариев трибуну, на которой лежал обновленный Основной закон страны — новая «красная книжица», согласно которой каждый вновь вступающий в должность гражданин страны обязан прочитать клятву на Конституции. Первыми тремя, защищенными армейской стеной, стали новый глава страны — пошедший на второй и не последний срок Си Цзиньпин; спутавший все карты глава самых масштабных за 50 лет чисток в стране Ван Цишань, неожиданно занявший пост заместителя председателя КНР; и глава парламента Ли Чжаньшу.

Бессрочное правление Си Цзиньпина стало не единственной «сенсацией» в области китайского государственного управления. Сразу после голосования в ВСНП оставшийся на посту, вопреки растиражированным в российской прессе слухам, «либеральный» премьер Ли Кэцян провел через парламент еще более масштабные изменения в структуре правительства, сократив число министерств и ведомств до 26, упразднив 15 оргструктур Госсовета.

На фоне разгорающейся торговой войны между США и Китаем, а также ареста главы CEFC из «команды Си», участвующей в покупке доли «Роснефти», потерялась новость об избрании на пост главы новой ветви власти — Государственного комитета контроля — уроженца Шанхая Ян Сяоду. Назначение не только стало сюрпризом для наблюдателей, но и не вписывалось в логику ни кадровых перестановок, ни последовательного отстранения от власти «шанхайской команды», которую проводил Ван Цишань, «вдруг» официально ставший «вторым после Си» человеком в стране.

Новую, контрольную ветвь власти, которую, как ранее считалось очевидным, готовил «под себя» главный борец с коррупцией Ван Цишань, даже не вошедший в состав политбюро, по логике, должен был возглавить человек из команды Си Цзиньпина — преемник Ван Цишаня на посту главы Центрального комитета контроля Чжао Лэцзи. Однако эта должность, которая позволяла бы контролировать всю хозяйственную деятельность страны, не только не осталась за Ван Цишанем и не отошла к «команде Си», но, более того, отошла к их политическим конкурентам — «шанхайской команде». Теперь, когда контрольная власть «разделилась сама в себе» — между шанхайцем Ян Сяоду и главой партконтроля Чжао Лэцзи, — «устоит ли царство» Си Цзиньпина?

Если прибавить к этой странной рокировке тот факт, что большинство постов в «обновленной структуре» правительства осталось за либеральным блоком китайского комсомола, то власть Си Цзиньпина в стране не кажется такой уж абсолютной.

Лакмусовой бумажкой того, что в стратегии концентрации власти в руках группы нового главы страны Си Цзиньпина, опирающегося на армию и вооруженную полицию, происходят сбои, стал арест «таинственного» миллиардера Е Цзяньмина, энергетическая компания которого CEFC должна была провести в самое ближайшее время крупную сделку по покупке значительной доли в компании «Роснефть».

Чистки среди миллиардеров, которые ранее касались только политических оппонентов генсека, вдруг затронули самых, как считается, его доверенных лиц, создающих транспортно-энергетическую империю вдоль сухопутного Шелкового пути.

Дело Е Цзяньмина, судя по всему, напрямую связано с арестом бывшего крупного гонконгского чиновника Патрика Хо, который попал в машину американского «правосудия» и стал первой значимой жертвой в «санкционном списке Си Цзиньпина», работу по которому в США запустили еще в преддверии 19-го съезда Компартии Китая, ставшего «съездом победителей» для группы Си Цзиньпина.

Советник Земана и Эрдогана, частый гость России, «появившийся из ниоткуда» миллиардер, принадлежащий к клану маршала Е, арестован, а активы его компании распределены между «шанхайскими» корпорациями, с которыми южный клан ведет непримиримую борьбу за «глобализацию с китайской спецификой» еще со времен Культурной революции. Арест Е Цзяньина стал знаковым событием и показал серьезную потерю позиций группы Си Цзиньпина и, по сути, начала самостоятельной политики Ван Цишаня, который обменял пост главы Государственного комитета контроля, сдав его «Шанхаю», на пост заместителя председателя КНР и самоустранился от борьбы Си Цзиньпина с «шанхайской группой».

Каково реальное распределение долей в корпорации «Красный Китай» после такого количества радикальных изменений в «структуре правления совета директоров»?

Си Цзиньпин и его команда

Группа генерального секретаря, судя по всему, «играет вдолгую» и на ближайшие пять лет займет оборонительно-выжидательную позицию, сдав даже крупных союзников, в том числе сильно потрепанный клан Е, который объединяет китайцев-хакка, или древний субэтнос «безземельных», сосредоточивших финансовую власть в материковом Китае, Сингапуре и странах ЮВА. Сегодня в руках Си Цзиньпина половина «акций» НОАК, в том числе глава Генштаба Ли Цзочэн, Народная вооруженная полиция, а также новое приобретение — парламент страны и руководство партийным контролем. Армия, партия и парламент — этим, по сути, ограничиваются владения Си Цзиньпина, ведь все хозяйственные органы даже после масштабной реорганизации остались под либеральным комсомолом. Контрольный пакет корпорации «Красный Китай»

Вне армии и партии у Си Цзиньпина лишь несколько позиций — сильно потерявший в весе Комитет по реформам и развитию Хэ Лифэна и чжэцзянский министр коммерции Чжун Шань. Только эти две фигуры можно назвать относительно лояльными Си Цзиньпину в хозяйственном блоке новой китайской власти. Судя по всему, им будет отдана роль «подрывников» американо-китайских связей: на любую провокацию Трампа они ответят еще большими санкциями, которые ударят в первую очередь по «шанхайским» и «комсомольским» корпорациям. Этому будет способствовать слабая власть китайского ЦБ — бессменный шанхаец Чжоу Сяочуань уступил место малоизвестному пекинцу И Гану, не имеющему за собой мощной группы политического влияния, который «продолжит старый курс». Судя по всему, китайский ЦБ распилили между основными группами игроков, устранив монополию Шанхая на ведение банковских дел.

На Си Цзиньпина тем не менее играет время: в условиях развернувшейся торговой войны с США пострадают прежде всего приморские провинции и интегрированные в евро-атлантическую экономику силы.

Второй группировкой «силовиков» остаются шаньдунцы, на вершине которых теперь уже официально находится «заместитель» Си Цзиньпина — Ван Цишань. После многочисленных кадровых перестановок шаньдунцам принадлежат посты в Центральной военной комиссии — коллективном органе управления армией, вновь назначенный уроженец «царства Ци» министр обороны Вэй Фэнхэ, шаньдунцы с пусть и комсомольской ориентацией — новый глава Верховной прокуратуры Чжан Цзюнь и руководитель Министерства общественной безопасности (аналог МВД) Чжао Кэчжи. Если не забывать, что уроженцами Шаньдуна являются и супруги председателя КНР и премьера Госсовета, а также добрая половина секретарей парткомов и губернаторов, можно считать, что абсолютную власть в стране сосредоточил именно Ван Цишань и в последний момент разыграл карту противостояния Си Цзиньпина с прозападными силами. Ван Цишань, которого большинство наблюдателей называло «человеком Си», больше не является членом общей команды и выводит свою группу на самостоятельную «траекторию». «Группа пяти» в Комсомоле

Четырем ставленникам группы интересов провинции Шэньси: Си Цзиньпин, замглавы Центральной военной комиссии Чжан Ю-ся, спикер парламента Ли Чжаньшу, руководитель Центрального комитета контроля Чжао Лэцзи — противостоит такая же группа сил в ориентированном на США Комсомоле, почти полностью контролирующем новый состав правительства: вновь назначенный премьер Ли Кэцян, глава Народно-политического консультативного совета и его земляк Ван Ян, переизбранный на новый срок председатель Верховного суда Чжоу Цян и восходящая звезда комсомола (некогда его первый секретарь, как Ли и Чжоу) Лу Хао, неудавшийся «преемник» Си Цзиньпина Ху Чуньхуа. Особняком стоит ведущий переговорщик с США вице-премьер Лю Хэ.

Лу Хао доверено в правительстве новое ведомство — Министерство природных ресурсов. Лу Хао, весьма своеобразно налаживавший связи с Россией в бытность губернатором приграничного Хэйлунцзяна, теперь управляет всей земельной собственностью и может по праву считаться «главным девелопером страны», влияющим не только на гигантский сектор строительства, но и косвенно на объем кредитов, выделяемых Народным банком Китая регионам через специальные финансовые механизмы, главным критерием выделения которых является цена на землю. Масштабная реформа Госсовета КНР после внесений изменений в Конституции