Чтение онлайн

Поскольку по итогу уханьского инцидента была свернута активность министра МОБ Се Фучжи, можно предположить что Чэнь Цзайдо действовал в интересах Линь Бяо, поэтому и получил простое понижение, а потом и новую высокую должность в Армии, в Южном Китае при Е Цзяньине. Поскольку Линь Бяо выступал активно как против СССР, так и против США, то вероятно, что Линь Бяо был тесно связан с Е Цзяньином по вопросу сотрудничества с Великобританией.

В период активного роста влияния «хубэйской группы» за спасение Мао выступила внешняя группа шанхайцев-чжэцзянев, у которых по линии Чжоу Эньлая конфликт с «хубэйской группой» тянулся еще с периода уничтожения хубэйского генсека Сян Чжунфа, которого в руки Нацпартии Гоминьдан, по сути, сдал самый близкий подчиненный Чжоу Эньлая. Именно Чжоу Эньлай стал основным разоблачителем группы Линь Бяо, апологетом которой в армии выступил Е Цзяньин. Чжоу принадлежит идея опубликовать в «Жэньминь Жибао» план военного переворота «571», который, как утверждало высшее партийное руководство, планировал Линь Бяо против Мао Цзэдуна.

В группе хубэйских генералов, судимых, к слову, в Шаньдуне (Циндао, Цзинань) силами «шаньдунской группы», были два уроженца Цзиань провинции Цзянси и один уроженец города Ганьчжоу провинции Цзянси. Покровительство им оказывал Е Цзяньин. Эти города являются местом компактного проживания как китайского субэтноса носителей диалекта гань, так и субэтноса хакка, на основе которого и выстраивал свою линию во внутренней политике будущий серый кардинал свободных экономических зон Южного Китая при Дэн Сяопине.

Уханьский инцидент стал основанием для сворачивания красногвардейской милицейской революции Се Фучжи: по всему Китаю развернулась масштабная акция по физическому уничтожению силами НОАК красногвардейцев, напугавших Мао в Ухань. 19 августа в Гуйлин, один из важнейших городов южнокитайской Гуанси, после прорыва обороны вошли части НОАК в количестве 30 тыс. военнослужащих, в течение недели в городе уничтожили всех красногвардейцев. Мао предупреждал хунвэйбинов, что если они будут сопротивляться — они будут уничтожены. В сентябре 1967 г. основное руководство хунвэйбинов самораспустилось. Общее количество сосланных в молодежные бригады различного толка хунвэйбинов составляло около 6,5 млн. человек. В этих молодежных бригадах многие находились более десяти лет — до периода, предшествовавшего Тяньаньмэнь. Тем не менее основной эффект от действия «хубэйской группы» Мао Цзэдун получил — физически были уничтожены лидеры хунаньской оппозиции — Лю Шаоци и Хэ Лун, серьезно дискредитирован Пэн Дэхуай, покончил жизнь самоубийством один из бывших генеральных секретарей Компартии хунанец Ли Лисань (???).

Короткий период торжества НОАК над протестующими сменился новой волной прихода радикалов к власти в лице группы так называемой впоследствии «Банды четырех», состоявшей из выходцев из района Циндао провинции Шаньдун и Цзилиня (обе территории были под контролем Японии длительное время, Циндао — под контролем Германии и США). «Банду четырех» ошибочно называют «шанхайской», в связи с тем, что Цзян Цин начинала как популярная актриса в Шанхае, а в «банде» находились руководители Шанхая. При этом все они, включая Кан Шэна, биография которого подробно описана выше, происходили из Шаньдуна, за исключением руководителя второй волны красногвардейцев Ван Вэньхуна, уроженца прилегающей к Северной Корее и России провинции Цзилинь, сердца Маньчжурии. С именем простого охранника на заводе в Шанхае и связывается формирование второй волны парамилитарных отрядов красногвардейцев, имеющих уже не студенческие, а несколько другие корни. Неудивительно, что именно Цзилинь впоследствии стал не только одной из ветвей «комсомольской группы», но и дал Китаю во время правления Цзян Цзэминя такую массовую протестную организацию, как секта Фалуньдафа, и «китайского Солженицына» Лю Сяобо. Как уже было сказано, к 1978 г. планировалось слияние движения Красногвардейцев и Комсомола.

Фигура маршала Линь Бяо до сих пор в Китае является табуированной, как и в случае с Чэнь Дусю, Гао Ганом, Ху Яобаном, Чжао Цзыяном, не является предметом общей государственной пропаганды и обходится в открытом политическом дискурсе стороной.

Любопытна и стилистика последующих разоблачительных компаний: в середине 1970-х гг., когда «шаньдунская группа» Цзян Цин – Кан Шэна критиковала Чжоу Эньлая, она сделала его объектом общей критики с его же оппонентом — Линь Бяо, назвав кампанию «Критикуй Линь Бяо, критикуй Конфуция» (????; Чжоу — прямой потомок Конфуция). Такая же иезуитская тактика совмещения в критике самих оппонентов используется потом Е Цзяньином, который причислил к контрреволюционным элементам вообще всех негативных персонажей, смешав все карты в одну колоду.

В ликвидации первой волны Красногвардейской революции в 1968 г. принимали активное участие и органы государственной безопасности. Примечательно, что Красногвардейская революция, сформированная на структуре Новодемократического движения и поддержанная Министерством общественной безопасности, стала и толчком для федерализации национальных окраин: по непроверенным данным, из 348 тыс. арестованных хунвэйбинов и цзаофаней две трети были монголы, которые сегодня составляют костяк самых деликатных органов Министерства общественной безопасности и являются де-факто его ударной группой, глубоко инкорпорированной в комсомольское руководство. Также считается, что в провинции Юньнань по итогам волнений национальных меньшинств были казнены 14 тыс. человек. Во Внутренней Монголии в ходе беспорядков было убито 20 тыс. человек, ранено несколько сот тысяч. Лидерами красногвардейцев становились выходцы из национальных окраин, например, первый руководитель отрядов хунвэйбинов в Университете Цинхуа — китайский мусульманин, проведший долгое время во Внутренней Монголии — Чжан Чэньчжи (???)[7].

В этом свете совсем по-другому представляется долгое время нахождения в руководстве Внутренней Монголии как Чжао Цзыяна, так и нынешнего лидера «хубэйской группы» в Комсомоле и названного «преемника» Си Цзиньпина — Ху Чуньхуа. Лю Хуацин (???) и Ли Сяньнянь (???)

Важным вопросом является возрождение «хубэйской группы» после длительного отстранения от власти председателя КНР Дун Би-у, фактического руководителя вооруженных сил Линь Бяо с группой его сторонников в НОАК и министра общественной безопасности Се Фучжи в середине 1970-х гг.

На период после смерти Мао и принятия новой, «рыночной» Конституции 1982 г. в составе Постоянного комитета Политбюро сохраняется только один представитель Ухань – Хубэй — Ли Сяньнянь. Ли, как и Линь Бяо, уроженец Хуангана, фактически сменщик Дун Би-у на посту министра финансов в 1950-е гг. До 1968 г. активно занимался вопросами финансовой системы КНР, и в период падения «хубэйской группы», с 1968 по 1976 г., работает на пекинском заводе в качестве меры «перевоспитания», пока финансовую систему медленно заворачивает в свое русло «шанхайская группа» Чжоу Эньлая. Однако в 1982 г. Ли Сяньнянь становится пятым членом ПК Политбюро и остается в качестве председателя КНР, как и его хубэйский предшественник Дун Би-у, до апреля 1988 г., после чего в переходный период Тяньаньмэнь занимает позицию главы комсомольского законосовещательного НПКСК, на посту главы которого, словно Дун Би-у, и умирает в 1992 г.

Второй, а возможно и первой, важнейшей фигурой, обеспечившей трансфер «хубэйской группы» в высшей политической власти, был «отец китайского авианосца» Лю Хуацин, сыгравший роль противовеса для «сычуаньской армейской группировки», стремившейся к военной диктатуре в партии, что рассматривалось китайской элитой как не менее негативный тренд, чем бунт плебса под руководством комсомольских трибунов. Интересно, что после отстранения Ху Яобана от поста генерального секретаря его обязанности исполняет Чжао Цзыян, но также и совмещая эту позицию с постом первого заместителя председателя Центрального военного комитета ЦК, который возглавляет Дэн Сяопин, не имевший на тот момент никакой власти, кроме военной. С поста первого заместителя ЦВК опальный новодемократический революционер Чжао уходит 23 июня 1989 г., то есть после активных действий армии и полиции по ликвидации протестов. С другой стороны, здесь и кроется ключ к пониманию дальнейшей новой восходящей волны для «хубэйской группы» — военной силой, которая замещает дискредитировавший себя новодемократический блок и в то же время дискредитировавшую себя «сычуаньскую военную группу», становится удобный трем силам — Шанхаю, Комсомолу и Армии, тогда представленной Сычуанью, — «хубэйская армейская группа», традиционно близкая к «аньхойской» и «хунаньской». Уже старец в Политбюро — в возрасте 76 лет, — Лю Хуацин занимает пост заместителя председателя ЦВК, фактически являясь заменой авторитету Дэн Сяопина, окончательно отстраненного и от военной власти при абсолютно не имеющем авторитета в армии Цзян Цзэмине, занявшем позицию председателя ЦВК.

Перед тем как перейти к вопросу конверсии военной власти в высшие гражданские политические посты в период SARS (2002–2004), отметим, что Лю Хуацин, боевик Комсомола в 1929 по 1935 г. в районе провинции Хубэй, после установления Народной республики — секретарь парткома Военно-морского училища в Далянь, прошел обучение в Военно-морской академии им. Ворошилова (ныне им. Кузнецова в Санкт-Петербурге) в 1954–1958 гг., после чего — заместитель командующего военно-морской базой Северного флота НОАК в Люйшуне (Порт-Артур), заместитель министра судостроительной промышленности, замглавы Комитета по оборонной науке и технике, заместитель Штаба военно-морских сил. Деятельность Лю Хуацина неразрывна связана с городом Ухань, который превращается в центр проведения оборонных исследований в сфере создания авианосцев, авиатехники, а также космической техники. С именем Лю Хуацина связано и китайское освоение космоса, которое станет важнейшей сферой деятельности политической группы Комсомола уже в настоящее время. В 1979 г. он занимает пост заместителя начальника Генерального штаба НОАК. После прихода Ли Сяньняня на пост председателя КНР Лю Хуацин становится командующим военно-морскими силами страны. В период после Тяньаньмэнь он фактически совмещает как позицию в Постоянном комитете Политбюро, так и пост заместителя председателя ЦВК, что крайне редко отмечается в новейшей истории КНР.

В период событий на Тяньаньмэнь на политическом небосклоне появляется еще одна хубэйская звезда — будущая вице-премьер по социальным вопросам, уроженка города Ухань У И (??). После длительной работы в провинции Хунань — родине Ху Яобана — У И, сделавшая карьеру в нефтяной промышленности и возглавлявшая нефтеперерабатывающий завод «Алеет восток» под Пекином (очевидно: поставки нефтепродуктов в войска и прежде всего авиацию, флот), становится вице-мэром столицы в период конфликта «армейской» и «комсомольской» группировок, курирует промышленность и внешнюю торговлю китайской столицы.