Чтение онлайн

– Прошу тебя, - почти прошептал Тарик, смотря куда-то в траву под ногами.
– Я прошу тебя, Абдаллах. Не делай этого. Подожди.

– Ххорошо, - выдавил из себя аль-Мамун.
– Я подожду. Но недолго.

Тарик молча кивнул, развернулся и пошел к своему коню.

– Эта самоуверенная тварь погубит нас, о мой халиф, - горько сказал Тахир.

– Вестовой!
– раздался крик от подножия холма.
– Известия от левого крыла и Хаджаджа ибн Умара!..

Сумеречница придирчиво осмотрела шнуровку наруча - плотно ли затянуты ремешки. Госпожа Нум покосилась на Абида и слабо улыбнулась.

Говорить им было не о чем. Да и зубы стучали.

Гребни ближайших холмов тонули в желтом облаке - пылили крутящиеся в поединках всадники, далекий рев и звон железа накатывали волнами с порывами ветра.

Пощупав дрожащими пальцами головной платок, госпожа подняла и надвинула остроконечный шлем с красной обвязкой. Зазвенели кольца мигфара - защищавший шею воина кольчужный койф оказался девушке велик и свисал чуть ли не до лопаток.

– Дайте мне меч!
– ломающимся голосом потребовала госпожа.

Княгиня Тамийа - она как раз подвязывала рукава длинной белой лентой - вскинула острое лицо:

– Зачем тебе меч, Нум?

– Не хочу быть безоружной!
– топнула госпожа ножкой в новом сапожке.

– Сумеешь ударить?
– усмехнулась сумеречница.

Нум коротко кивнула - и сглотнула, серея от страха.

Ей передали короткий удобный меч. Абид сильнее вцепился в древко копья.

Рев нарастал.

– Пора, - встряхнула роскошной гривой Тамийа-химэ.

Обе они - княгиня и госпожа - полезли на хадбанов.

– Вперед, во имя Всевышнего!
– вскрикнула Нум - хрипловато и не очень громко.

Остальные сумеречницы - тоже верхами - двинулись следом за предводительницами. Длинные изогнутые лезвия их странных копий качались у самых копыт.

Абид вел в поводу хадбана госпожи Нум и боялся. Поднял глаза, посмотрел на нее - госпожа снова бледно улыбнулась. Тоже боится.

И тут со стороны ворот заорали:

– Спасайтесь, о правоверные! Нам конец! Спасайтесь!

– Да не будет у тебя матери, сволочь!
– заорала в ответ госпожа.

И дала таких шенкелей хадбану, что у ограды они оказались в один миг.

Ворота были распахнуты, и в них по одному вбегали растрепанные, уже без шлемов люди.

– Стойте!
– закричала госпожа Нум и выхватила саблю из ножен.
– Стойте, о правоверные!

На нее бежала целая пыльная толпа с перекошенными лицами.

– Благовония у наших шей! Золото на наших запястьях! Мы не пустим вас в свои постели!
– надрывалась госпожа, крутясь на своем хадбане и бесполезно размахивая саблей.

Мимо них бежали - с раззявленными ртами и стеклянными пустыми глазами.

– Нум, в бой!
– резко крикнула княгиня.

Ее отряд уже взял в галоп, Тамийа-химэ последняя задержалась на земляной перемычке надо рвом, окружающим лагерь.

– В бой, Нум, теряешь время!

И тут у Абида чуть не подкосились коленки. Он ужаса он завизжал, как резаный:

– Карматы! Карматы!

И почему-то:

– Помогите!..

С холма разгоном летел эскадрон конников. Всадники с железными лицами, кони с железными мордами - выходцы с того света! Под рубашкой потек пот, и Абид заорал сильнее.

Вокруг визжали и метались.

– Стойте! Куда вы! Сражайтесь!
– истошно кричала госпожа Нум.
– Благовония у наших шей! Золото у наших запястий! Неужели вы оставите своих жен необрезанным?!..

И тут со стороны лагеря послышался многоголосый спирепый крик женщин - который тут же сменился жалобными криками мужчин.

– Шайтан! Шайтан! Не бей меня, о женщина! Ой, больно! Нет, не бей меня!
– орала толпа на разные голоса.

Абид шарахнулся, и потащил за собой коня разом сомлевшей госпожи. На них бежала, размахивая кто чем, толпа горе-воинов. А над их головами качался лес кольев от шатров. Женщины! Они сломали палатки и преследовали бегущих с поля боя мужей!

– Я тебе покажу, о трус! Да не будет у тебя матери! Бей их! Бей их, сестры!

В небо полетели вибрирующие крики, здоровенные палки мотались в воздухе и то и дело опускались на плечи бегущим:

– Шайтан! Шайтан!
– орали мужчины, которых били собственные жены.

– В бой!
– радостно закричала госпожа Нум, и они тут же смешались с голосящей и уворачивающейся от ударов палок толпой.

Паруся абайями и головными платками, ашшаритки бежали - и на ходу умудрялись кидаться камнями. У некоторых тех камней были полные подолы!

– О незаконнорожденные! Сражайтесь! Мы не пустим вас в свои постели!

Вопя от боли и негодования, беглецы накинулись на резво бегущих с холмов карматов.

Их вынесло на склон холма. Огромная коняга в чешуйчатом панцире взвилась на дыбы, мелькнуло копье. Хадбан госпожи Нум жалобно завизжал - копье ударило его прямо в ноздри. Абид шарахнулся и заорал от страха. С отчаянным криком Нум покатилась по пыльной земле, ярко-красный шлем катился отдельно.

Оцепенев и пустив в штаны струю, Абид наблюдал, как неспешно соскакивает со своей адской коняги железный всадник. Как перехватывает копье. Как грузно шагает к мотающей длинными кудрями девушке. Заметив смерть, Нум подняла в дрожащей руке меч - тяжелый клинок дрожал, ее губы жалобно кривились: не подходи, не подходи, не подходи ко мне, о ужас... Кармат занес копье, госпожа глупо вскинула меч и завизжала. Дальше Абид ничего не видел. Потому что прыгнул на спину железному воину и со всей дури дал ему большим камнем по кольчужному затылку.

Истошный крик Нум привел юношу в чувство. Госпожа визжала почему-то прямо под ним. Оказалось, кармат упал на ее меч, неглубоко, но кроваво насадился на лезвие и опрокинулся вместе с торчащим из груди клинком набок. А Абид шлепнулся на визжащую от ужаса, обляпанную кровищей Нум.

– На ноги и в бой!
– сильнейший тычок между лопаток заставил его подскочить.

Сумеречница - в подвязанном сером платье, верховая. Серое от пыли лицо все в кровавой мороси.

– Возьми палку, сестричка, - усмехнулась она все еще всхлипывающей Нум.
– Меч тебе не по руке.