Чтение онлайн

— Не понял. Что ты задумал? — Такэда забеспокоился.

— Еще парочку убийств, на этот раз гражданских чинов.

— Я тебе не позволю! Спасибо, конечно, что спас мою шкуру, но бесчинствовать я тебе не дам. Я полицейский!

— Вы понимаете, что будет, если представитель императорского дома получит от Хоммы информацию вашего расследования, но не ликвидирует "Тору"?

Он остановил фургон на краю промышленной зоны и поднял в воздух дрон с камерами ночного видения. Такэда посмотрел на экран и увидел Хомму, ожидающего у своей машины прибытия представителя императора. Через минуту рядом с Хоммой остановился робокар представительского класса, из него вышел сорокалетний мужчина в костюме.

Ронин спокойно взял арбалет, вышел из фургона и вскинул оружие к плечу. Раздался хлопок тетивы, затем сдавленный хрип метрах в пятидесяти от фургона, а следом крики, приказы, беспорядочная стрельба. Хомма упал, раскинув руки. Ронин вернулся, достал из-под сиденья гранатомет и разметал машину представителя одним реактивным снарядом. Затем выхватил пистолет из-за пояса и тремя короткими очередями добил уцелевших агентов секретной службы. Под прицельную планку опустевшей трубы гранатомета Ронин сунул визитку "Торы" и двинулся с ней к догорающему лимузину. Пламя плясало в его глазах.

Под машину Хоммы Ронин метнул ручную гранату, затем швырнул на асфальт опустевший гранатомет с зажатой в прицеле визиткой, и спокойным шагом вернулся за руль фургона.

— Вы стали свидетелем эпохального события, господин инспектор, — с усмешкой произнес он. — Впервые камера засняла одного из боевиков "Торы".

— Ты с ума сошел? — Такеда вытаращил глаза. — Выдав себя за них, ты сделал себя их мишенью!

— Именно. Потому что мы с вами, господин инспектор, их никогда не найдем. А вот они нас теперь — запросто.

Говно — это такая сложная субстанция, с которой надо обращаться очень осторожно. Если накинуть его на вентилятор, то будь готов, что забрызгает и тебя. А если вентилятор остановится, оставив все вокруг в мелкую коричневую крапинку, то оно по закону всемирного тяготения начнет стекать с лопастей, и не факт, что именно под сам вентилятор. Вот, похоже, добрая часть дерьма потекла и на нас.

— Да что же это такое? — Хитоми в раздражении прибавила звук голостены на кухне. Хотя у нас и был свой оперативный центр, кухня как всегда место сбора, привычное большое и уютное. К тому же всегда есть, что пожрать и чем запить.

— Похоже то, что рано или поздно должно было случиться, — сказал я, слушая срочный репортаж о зверском убийстве, устроенном боевиками клана «Тора-кай» в центре Токио. Точнее, бойне. А точнее, боен было две, друг за другом. Сначала расстрел нито-рикуса и сопровождающих его солдат охраны, а затем в нескольких районах от него другое массовое убийство. Что добавляло пикантности, жертвами были якудза и один из секретарей императора, что репортеры смаковали с эротическим причмокиванием и придыханием. — Под нас начали работать.

— Но это же не мы! — возмутилась Мизуки.

— Только мы знаем об этом, — сказал я. — И никто другой. А так — мы удобная страшилка для всех, и на нас можно повесить всех собак. Все нас боятся и ненавидят, и списать на нас можно все, ведь никто нас не видел, и не знает.

— А это еще что за хрен с горы? — возмутилась Хитоми, рассматривая предполагаемого боевика «Торы», во всей красе снятого камерами «Реми». Хищное лицо, орлиные глаза. Пластика движений мастера боевых искусств.

— Самозванец, как я и предполагал. Но опасный, судя по внешнему виду и сноровке, не дилетант. Скорее всего, один из наемников якудза, и не из рядовых.

— Эх, найти бы его, — мечтательно сказала Кошка. — Да побеседовать по душам…

— От нас того и хотят. Чтобы мы сейчас засветились, сделали несколько публичных заявлений и начали открещиваться от всего. А тем временем, нам дали жирную наживку, на которую мы должны клюнуть и прийти за самозванцем, чтобы мягко и ненавязчиво объяснить ему с помощью мясорубки и лопаты, что так себя вести нехорошо, очень нехорошо. Не дождутся.

— И что, мы это просто так и оставим? — сказала Хитоми.

— Ну почему же? — сказал я. — Мы будем делать то, что диктует нам оперативная необходимость, не руководствуясь эмоциями. Мы же люди военные, а не банда байкеров, которая сломя голову мчится устраивать разборки. Этого хрена надо убрать, чтобы не портил нам репутацию, так топорно и в центре города мы зачисток не устраиваем. Но сделать это тогда и там, где нам это выгодно. Оставим несколько хлебных крошек, пусть сам лезет в подготовленную нами ловушку. А пока займемся другими делами.

Я отхлебнул из стакана ледяной, до боли в зубах, апельсиновый сок. Да, вот что получается, когда слава, пусть и дурная, начинает бежать впереди тебя. И сразу же появляются желающие подставить, воспользовавшись твоим именем. Не удивлюсь, если в скором времени на «Тора-кай» начнут вешать всех собак — от разборок якудзы до не вставшего поутру у министра внутренних дел. Во всем виновата неуловимая «Тора» — вот именно, что неуловимая, невидимая и неслышная. И без нужды не разбрасывающаяся своими визитками. Кто же это такие? Якудза? Возможно, списать с себя на чужие грехи у них в порядке вещей, если, конечно, речь не идет о акциях устрашения, когда нужен хороший перформанс. Полиция? Менее вероятно, хотя кто его знает. Выбить под это дело фонды можно хорошие, особенно если раздуть проблему до вселенского масштаба. Спецслужбы? Это еще вероятнее, эти вообще всегда используют прикрытие, чтобы сделать вид, что их там не было и вообще они не при делах. Да и вообще что тут гадать, тут местная политика замешана так круто и с такими ядовитыми добавками в виде «подарков» друг другу, что может хорошо пронести.

Я еще раз полюбовался «совершенными» нами преступлениями. Ну чисто нарезка мяска на публику, со свидетелями, со съемками на камеры, с бубном и плясками. Еще бы цирковое шествие устроили, а впереди знаменосцев с бунчуками и девочек-барабанщиц в анимешных костюмах пустили. Клоунов? Не, клоунов не надо, один вон засветился специально на камеры. А вот директоров цирка можно. В виде чучелок, выпотрошенных и набитых соломой. Кстати, а что у нас по поводу директоров цирка, кто у нас на очереди? Я только собрался встать со стула и пошарить в оперативном центре, как неотслеживаемый дешевый смартфон начал отбивать джигу. Только тебя к ёкаю не хватало, подумал я. Этот номер был только один.

— Что? Да, я понял. Где и во сколько? Буду.

— Он? — спросила Хитоми.

— Ага. И что-то ему надо от нас прямо сейчас, дело какое-то срочное. Аж бежать, роняя кал.

— Смотри, аккуратнее. Не попадись. Сейчас везде усиленные патрули, вот-вот введут чрезвычайное или военное положение.

— Я? Да не попадусь. Не родился в полном смысле еще человек, который может меня поймать. Да и с нашей боевой магией почти любой клиент — гарантированный труп.

— Вот этого я и боюсь, — сказала Хитоми. — Что рано или поздно нас именно по этому признаку и вычислят.

— Ну это для нас уже закон — не использовать здесь магию, если можно обойтись подручными средствами, чтобы не насторожить местных. А вычислить — ну вычислят, до этого времени мы успеем много сделать, а там посмотрим по обстановке, — пожал я плечами. — Такая наша жизнь.

— И все же, будь осторожнее, — сказала она.

— Буду, — меня тронули ее слова. — Обязательно.

На этот раз аватар назначил место встречи в людном месте, почти в самом центре Токио, точнее, его историческом центре — Уэно. Дело в том, что в Токио не существует префектурального центра как такового, на его роль могут претендовать аж целых пять — район станции Токио, Синдзюку, Сибуя, Роппонги и Уэно. Ну и соответственно любой из этих районов и будет считаться центром с точки зрения говорящего.