Чтение онлайн

— Это полезный талант? — спросил он.

— Его применение ограничено. — Девушка села на подлокотник софы, сунула руки в карманы и начала объяснять. — Я работаю для Департамента Полиции в Россе. Меня посылают на тяжелые дорожные происшествия. Можешь смеяться, но это действительно помогает. Я возвращаю время к моменту перед катастрофой, а если уже слишком поздно, если прошло более пяти минут, порой могу вернуть жизнь человеку, который только что умер. Понимаешь?

— Угу, — ответил он.

— Платят за это немного, но, что хуже всего, я должна быть готова все двадцать четыре часа в сутки. Меня извещают, и я мчусь на место происшествия суперскоростным реактивным прыгуном. Смотри. — Она повернула голову, показывая правое ухо, и Чак увидел в нем небольшую капсулу — полицейский приемник. — Меня всегда могут вызвать. Это значит, что я всегда должна быть в нескольких секундах от транспорта. Мне можно ходить в рестораны, театры, к знакомым, но…

— Ну что ж, — заметил Чак, — может, когда-нибудь ты спасешь жизнь и мне.

«Если бы я прыгнул, — подумал он, — она могла бы вернуть меня к жизни. Какая огромная услуга…»

— Я спасла уже много людей. — Джоан протянула руку. — Не угостишь сигаретой?

Он угостил ее и закурил сам, как обычно, чувствуя себя виноватым.

— А что делаешь ты? — спросила она.

Поколебавшись, — не потому что стыдился, а потому, что занятие его имело довольно низкий рейтинг в общественном мнении, — он описал свою работу для ЦРУ. Джоан Триест слушала внимательно.

— Значит, ты защищаешь правительство от падения? — с довольной улыбкой спросила она. — Это здорово!

— Спасибо, — робко поблагодарил он.

— Подумай только: в эту минуту сотни симулакронов во всем коммунистическом мире повторяют твои слова, останавливая людей на углах улиц и в джунглях. — Глаза ее сверкали. — А я просто помогаю Департаменту Полиции.

— Есть такой закон, — сказал Чак, — который я называю Третьим Законом Риттерсдорфа, Законом Убывающего Значения. Он гласит, что в зависимости от продолжительности работы, профессия становится для тебя все менее важной.

Он вернул девушке улыбку. Ее сверкающие глаза и лучезарная улыбка помогли ему забыть отчаяние, только что давившее на него.

Джоан прошлась по комнате.

— Ты собираешься переносить сюда свои вещи или будешь жить, как сейчас? Я могу помочь тебе, да и Лорд Раннинг Клэм охотно присоединится. Дальше по коридору живет существо из жидкого металла, оно родом с Юпитера. Его зовут Эдгар. Сейчас он гибернирован, но когда вернется к жизни, вероятно, заглянет сюда. А в комнате слева живет мысле-птица с Марса, знаешь, с такими разноцветными перьями. У нее нет рук, но она передвигает предметы с помощью психокинеза. Она тоже могла бы помочь, но сегодня занята — высиживает яйца.

— О боже, — сказал Чак. — Что за полигенный дом. — Он слегка обалдел от всего услышанного.

— Этажом выше живет ленивец с Каллисто, который обертывается вокруг обычной лампы… Когда зайдет солнце, он проснется и отправится за покупками. А студняка ты уже видел. — Она энергично, хоть и неумело, затянулась сигаретой. — Мне нравится это место, здесь можно встретить почти все формы жизни. До тебя эту комнату занимал мох с Венеры, и я спасла ему жизнь, когда он высох… им нужна влага, а в Мэрион-Каунти для них слишком сухо. В конце концов он перебрался в Орегон, где постоянно идут дожди. — Она умолкла и внимательно посмотрела на Чака. — Ты выглядишь так, словно у тебя масса проблем.

— Настоящих нет, только надуманные. Такие, которых можно было бы избежать.

«Неприятности, — подумал он. — Если бы я поработал головой, я никогда бы в них не впутался. Незачем было мне жениться».

— А как зовут твою жену?

— Мэри, — ответил он, слегка удивленный вопросом.

— Нельзя же кончать с собой только потому, что вы расстались. Несколько месяцев, может, недель — и ты снова придешь в себя. Сейчас ты чувствуешь себя… неполным, а это всегда болезненно. Я знаю, потому что раньше здесь жила некая протоплазма… Она страдала каждый раз, когда делилась и все же была вынуждена это делать, чтобы расти.

— Да, рост — штука болезненная, — Чак подошел к окну и еще раз взглянул на скоростные тротуары, машины и. реактивных прыгунов. Он подошел так близко…

— Здесь можно жить, — сказала Джоан. — Я знаю, потому что жила уже во многих местах. В Департаменте Полиции хорошо знают «Убежище Использованных Ручек», — добавила она откровенно. — У нас было здесь много работы: мелкие кражи, драки, даже убийство. Это не самое тихое место.

— И все же…

— И все же я считаю, тебе стоит здесь остаться. У тебя будет компания, в основном ночью, когда начинают проявлять активность внеземные существа. Сам увидишь. А Лорд Раннинг Клэм может быть по-настоящему хорошим другом. Он помог уже многим людям. У ганимедийцев есть то, что святой Павел назвал caritas [1] … и помни, святой Павел говорил, что caritas — это высшая добродетель. Сейчас, кажется, используют термин «эмпатия».

Дверь квартиры открылась, и Чак резко повернулся. Появились двое мужчин, обоих он хорошо знал: его шеф Джек Элвуд и Пит Петри, тоже сценарист. Увидев его, мужчины вроде бы успокоились.

— Черт побери, — сказал Элвуд, — мы уж думали, что явимся слишком поздно. Мы заглянули к тебе домой, надеялись застать тебя там.

— Я из Департамента Полиции в Россе, — вмешалась Джоан Триест. Голос ее звучал холодно. — Можно взглянуть на вашу идентификационную карточку?

Элвуд и Петри показали удостоверения ЦРУ, потом повернулись к Чаку.

— Что здесь делает городская полиция? — спросил Элвуд.

— Это моя знакомая, — ответил Чак.

Элвуд пожал плечами, его явно не интересовали подробности.

— Ты не мог найти себе квартиру получше? — Он с брезгливой миной оглядел комнату.

— Я здесь временно, — буркнул Чак.

— Смотри, не скатись, — вставил Петри. — А кроме того, твой отпуск отменен. Начальство считает, что ты должен быть на работе… ради твоего же блага. Тебе нельзя оставаться одному, нельзя погружаться в размышления.

— Он разглядывал Джоан Триест, явно подумывая, не она ли помешала Чаку совершить самоубийство. Никто не собирался его просвещать на этот счет. — Так ты вернешься с нами в контору? У нас масса работы, на всю ночь.

— Спасибо, — ответил Чак, — но я должен перевезти свои вещи. Нужно устроиться, хотя бы кое-как.

Он по-прежнему хотел остаться один, хотя и был им благодарен. Однако инстинкт толкал его к бегству, он хотел спрятаться.

— Я могу остаться с ним, на какое-то время, — сказала Джоан Триест, — пока меня не вызовут. Обычно меня вызывают около пяти, когда начинается интенсивное движение на улицах. Но до тех пор…