Чтение онлайн

Мужчина сглотнул комок в горле, прекрасно понимая, чего ей стоило просто взять и набрать его номер. Все последнее время она держалась, и он верил — пыталась справиться без него. Единственной ее слабостью теперь осталась Ева. Впрочем, как и его…

— Дай мне ее к телефону…

Он ждал, наверное, вечность. Потом в трубке послышался заплаканный и недовольный детский голосок. Кажется, он мастерски умел только одно — заставлять женщин любого возраста проливать слезы.

— Привет… — пробурчала девочка.

— Привет, милая, — ласково промурлыкал он. — Что случилось?

— Я хочу к тебе…

— Солнышко… мы увидимся с тобой на выходных, как всегда. И пойдем в одно волшебное место…

— Почему только на выходных? — проигнорировала она его отвлекающий маневр.

— Потому что у меня слишком много работы.

— Больше, чем раньше?

— Да… — через силу выдохнул он циничную ложь.

— А мама сказала, что у тебя теперь всегда будет так, и ты больше не будешь жить с нами… — голос девочки вновь задрожал и стал тоненьким и жалобным, как мяуканье котенка.

— Мама… права… — с трудом подтвердил он. — У меня многое поменялось. Но это не значит, что я тебя не люблю и что не скучаю по тебе. Просто у взрослых очень часто много важных дел, от которых нельзя отказаться. Хочешь я в следующий раз привезу тебе какой-нибудь крутой сюрприз? Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас приехал… — срывающимся голосом пролепетала она и жалостливо захныкала в трубку. У него сердце разрывалось, особенно от осознания, что ей в принципе нельзя было нервничать.

— Я сейчас приеду, дорогая. Ты дождешься меня? Не уснешь?

— Правда?! — она даже не поверила своему счастью, но радостные нотки в ее голосе ни с чем не могли сравниться — только благодаря им на душе становилось так радостно.

— Правда, — уверенно и также счастливо подтвердил он.

— Ни за что не усну! — воскликнула его принцесса, оглушая звонким, как колокольчик, писком.

— Дай мне маму…

Теперь девочка радостно завопила на весь дом, что сейчас приедет папа, а через какое-то время в трубке вновь послышался холодный голос жены.

— Приедешь на пару часов, дождешься, когда она уснет, и уедешь.

— Конечно, — покорно согласился Лука.

Меньше, чем через час, он уже был в ее спальне, они играли, читали, болтали и смеялись, даже вполне сносно общались с женой, старательно делая вид, что ничего не изменилось. Через пару часов он вырубился в большом мягком кресле рядом с кроватью дочери в обнимку с каким-то плюшевым жирафом. Проснувшись лишь в пять утра, откинул заботливо принесенный Леной плед, встал и, пройдя в ванную, не обнаружил там никаких своих привычных принадлежностей для бритья и умывания. Достал из шкафчика новую зубную щетку и женскую одноразовую бритву. Привел себя в порядок, поцеловал в лоб свою ангельски прекрасную спящую девочку и прошел на кухню, где нашел жену, готовящую завтрак.

— Могу я выпить кофе? — на полном серьезе поинтересовался он, больше не чувствуя себя в собственном доме хозяином.

Елена молча достала чашку и сунула капсулу в кофе-машину. Раньше она всегда заваривала ему свежемолотый кофе сама. Это, конечно, не имело значения, но в общем давало прочувствовать разницу. Через пару минут чашка была поставлена на стол, а девушка отступила в дальнюю часть кухни, будто боялась даже одним воздухом с ним дышать. Лука вздохнул, взял сахар из шкафчика, но даже садиться не стал.

— Спасибо, что разрешила переночевать.

Она закатила глаза, крепко сцепив на груди руки.

— Спасибо, что приехал, но… постепенно такие визиты лучше исключить.

— Хорошо, — кивнул покорно, за пару глотков осушил чашечку эспрессо и отнес ее в раковину.

— Поклянись, что никогда ее у меня не заберешь?! — вдруг резко окликнула она его. Лука вскинул на нее удивленный взгляд. Лена затравленно кусала губы, ее глаза снова были полны слез, а пальцы были сцеплены в кулаки, будто она готова была его избить, изорвать в клочья, исцарапать и уничтожить. — Поклянись! Иначе я собственноручно тебя убью! Найду возможность! — озвучила она то, что выражало все ее физическое состояние. Он даже пришел в замешательство. Наверное, до сих пор не осознавал до конца, какую боль ей причинил и какую ненависть вызвал тем самым. Лука облизал пересохшие губы.

— Я никогда не собирался этого делать, Лен… — несколько рассеянно произнес он. — Ева останется с тобой. Ты нужна ей больше. Только в свою очередь хочу попросить не разлучать нас с ней и не настраивать ее… — Договорить не успел.

— Уходи… — выпалила она, судорожно вобрала ртом воздух и тут же выдохнула. — Не могу больше…

Он не стал испытывать ее терпение, развернулся и вышел, от внутреннего напряжения и какой-то неконтролируемой обиды хлопнув дверью. Похоже, теперь он полное ничтожество в этом доме… Если не Лена, то ее родители обязательно когда-нибудь постепенно, медленно и неотвратимо, внесут свою лепту. Что ж, поделом ему. Слишком долго он не ценил никого и никем не дорожил. Слишком долго и правда вел себя, как последняя сволочь. А, может быть, он был слишком несовершенным для этой во всем совершенной добродетельной особы, и поэтому ему все осточертело? Сейчас ему больше не хотелось об этом думать.

После эфира Кристина вошла в гримерную, закрыла за собой дверь и рухнула в кресло. Она все еще чувствовала себя не в своей тарелке на этом месте. Не в ее привычке было так обращаться с людьми, даже если они того заслуживали или даже если это было прописано сценарием с их согласия. Иногда она в любом случае от него отходила, и тогда недовольства была масса. Девочки-гримеры и кое-кто из коллег тоже были здесь, готовились к следующей съемке другой передачи, но ей не хотелось никакого общения. Хотелось домой, расслабиться и отключиться…

Вдруг обратила внимание на цветы на собственном столике. Три букета. Как мило… Только, если честно, они уже не вызывали тех же ярких эмоций, что в самом начале. Она и так-то до сих пор не успела понять, нравится ли ей быть знаменитостью, да еще эти постоянные знаки внимания от совершенно незнакомых людей… Иногда ее останавливали на улице, ей даже стало страшновато ездить на метро, хотя часто это было удобно… Просто периодически к ней подходили какие-то люди, признавались, что любят ее шоу и просили автографы. Это было так странно — ставить свои подписи на всяких книжках и журналах с ее фотографиями… Как-то старомодно и неловко. А еще ей приходилось делать совместные селфи с незнакомцами… Один раз к ней даже пристал с нападками какой-то полусумасшедший на выходе из телецентра, и обвинял бог знает в чем. Она тогда сильно перепугалась. Хорошо, охранник на КПП заметил и вовремя поспешил на помощь.

Впрочем — все это были мелочи… В целом ей нравилась ее работа, общение с интересными людьми и гонорары. Отказываться ото всего было бы крайне глупо.

Кристина потянулась к букетам и развернула их к себе, чтобы рассмотреть. Тут сердце сделало предательский кульбит. Верхний букет был точно таким же, какой она уже получала однажды — алые розы и спелая клубника, залитая белой и шоколадной глазурью, украшенная съедобным декором в виде жемчужных и золотых бусинок. Во рту тут же пересохло. Она ничего не слышала от Луки уже больше двух месяцев и только-только начала немного смиряться с тем, что он исчез из ее жизни. Так ведь было правильно. Она сама оттолкнула его, не пожелав выслушивать и мириться с его беспринципностью. Она сама боялась попасться в его паучьи сети вновь. Она поверила, что он решил поступить честно на этот раз и хотя бы не мучить ее больше…