Чтение онлайн

– О чем ты говоришь только, - Лаула, счастливо улыбаясь, сжала мощную шею еще крепче, а потом обратила внимание на спутницу отца.
– Привет, Мария!

Эту худощавую женщину никак нельзя было назвать красавицей, но у нее был свой, особенный шарм. Даже бесформенные серые одеяния не могли скрыть ее ужасной костлявости. Недлинные волосы ее, по обыкновению, были собраны в пучок. Первым настоящим ее украшением были умные глаза стального оттенка. И сейчас эти глаза приветливо улыбались счастливой от встречи Лауле.

– Привет, Лаула, - поздоровалась женщина, раскрывая свое второе украшение - хрустальный и чистый голос.

Это звучание больше подошло бы знаменитой певице, собирающей огромные стадионы слушателей, а не Персту Указующему - Марии Хистори, в прошлом бывшей настоятельницей Боевого Храма.

Эта пара была неразлучна с тех самых пор, как Григорий стал Темным.

– Другими словами, - нарушил семейную идиллию ехидный голос Стикса.
– «Тот дерзкий мужик, и та страшная баба.»

Отец Лаулы осторожно снял с себя дочь и вплотную подошел к ее Клинку. Он выглядел угрожающе, и он и был угрожающим. Именно Григория и Марию всегда считали непреодолимой величиной пары Перста и Клинка, а теперь, по иронии судьбы, его сместила с поста первенства собственная дочь. Благодаря, как раз, Стиксу.

– Помню, как ты пришел в Анубис в цепях, - улыбался Клинок Лаулы.
– Гордый и сумасшедший. Тебя все так боялись... И все не хотели рассказать мне, что такого случилось. Чем ты был такой особенный. Теперь, поиграв с твоей дочкой, я начинаю понемногу понимать...

– Яскер и Миша, должно быть, сошли с ума, - тяжело роняя слова, Григорий не мигая смотрел в лицо древнейшего Темного.
– Поставили такую тварь в пару с величайшим сокровищем просвященного мира.

– Папа!
– занервничала Лаула.

– Я - Темный, и говорю о Церкви все, что хочу, - отрезал мужчина.
– И делаю, что хочу. Маша, пожалуйста.

Перст послушно пожала плечами и навела на своего Клинка указательный палец.

– Первое, - спокойно скомандовала она.

Мощнейший удар с правой Стикс предвидел, но он и представить себе не мог каким тяжелым он окажется! Великого Темного отбросило прочь, и он позорно грохнулся спиной оземь, несмотря на попытку сопротивления.

– Папа! Не смей!
– крикнула Лаула, уже ни капельки не счастливая приятной встрече.

– Ослабь свои Печати, дочка, - только и сказал Григорий, неспешно идя вперед.
– Или я сделаю работу за двух лентяев и сам его убью.

Лаула знала своего отца. Знала, каким он был упрямым, даже когда был Светлым. И помнила, как изменило его падение на сторону Тьмы. Стикс назвал его сумасшедшим и был прав. Григорий Минастинг - один из самых ненормальных людей в просвященном мире.

Скрепя сердце, Лаула скомандовала древнейшему Темному в мире:

– Стикс, активируй тысячу... нет - две тысячи убийств. И не умри.

Удар Тьмы по площади двора был таким мощным, что любой человек, окажись он там, мгновенно умер бы от разрыва сердца. Тем не менее, простых людей здесь не было, а идущему к Стиксу Григорию, казалось, было все равно.

– А ты даешь жару, девочка!
– восхитился Стикс, чувствуя возросшую мощь в своих руках.
– Не боишься, что я сожру твоего старика с потрохами?

– Много болтаешь, - сказал Максимус, размываясь в воздухе.

Следующая атака была уже в полную силу, но и силы Стикса возросли. Он заблокировал первый кулак, отвел локтем второй и сам поставил подножку, дезориентируя противника. Тем не менее, Григорий даже не пошатнулся, и древний Темный все таки удивился теплившейся внутри этого мужчины мощи.

А потом Мария сказала:

– Второе.

Мгновенно отрастив крылья, Стикс еле успел закрыться. Отец Лаулы материализовал в руках огромный черный молот и молниеносно, без замаха, атаковал им. Такой удар сотряс весь двор особняка, а ведь его хозяин только разогревался.

Стикс хохотнул, превращаясь в Женщину и, танцуя, отходя подальше. Одним движением он вскрыл себе вены, и яркая кровь, полившаяся из них, алыми хлыстами бросилась связывать Григория по рукам и ногам.

Тот успел лишь бросить свой молот в вампиршу, прежде чем ее кровь полностью его обездвижила. Но Стикс легко уклонилась от массивного оружия и победно ухмыльнулась:

– Функционала тебе не хватает, сопляк!

В следующий миг Григорий исчез с того места, где она его связала. И появился, мигом позже, рядом с ней - в том месте, где упал его молот.

Не ожидавшая телепорта, Стикс пропустила тяжелейший удар, буквально взорвавший ее, будто бомбу с кровью.

Но взорвалась она специально, тут же собравшись в единое целое из капель, подальше от противника. И тут же перевоплотилась, становясь Юношей.

– Палладинские штучки, - фыркнул он, разминая костяшки пальцев.
– Это становится все интереснее. Не думал, что ваш тупой орден еще жив.

Григорий нахмурился.

– А теперь ответь мне, Темный, - сказал он, поднимая свой молот.
– Зачем ты вылез из своей норы?

– Меня, вообще-то, на казнь твоя дочка повела, - невинно заметил Стикс.

– И ты пошел за ней. А теперь таскаешься по всему миру и убиваешь с ней Темных. Почему?

– Мне так сказал ваш главный делать...

– Не ври.

Стикс шаркнул ножкой и тут же демонически оскалился, демонстрируя отцу своего Перста нечеловеческие пугающие клыки.

– Развлеки меня, бывший палладин, и я скажу!

– Третье, - послышался голос Марии.

Тьма Григория приняла форму массивного доспеха. Но он не стал медленнее.