Чтение онлайн

И еще пару лет назад Лаула бы точно донесла бы на них в ближайшую часовню или даже отделение полиции. Даже сами мысли об этом вызывали бы у нее жесточайшее непонимание и осуждение. Теперь же, глядя на Стикса... да и вспоминая об одиноком и постоянно корящем себя отце - Лаула просто не могла ответить, как прежде.

– Если все... по взаимности...
– скрепя сердце, Перст кивнула.
– Можно. Но только без детей!

Девушки рассыпались в благодарностях и заверениях, что все это чисто с теоретической точки зрения, а сами они бы никогда!.. Но уже через минуту их и след простыл, и простыл он как раз в направлении одного из трейлеров, куда Алан увел любопытствующего Стикса показать «что-то крышесносное».

– Мой милый друг, вы скучаете?
– раздалось прямо над ухом девушки неожиданное, заставляя ее подпрыгнуть.

Обернувшись, Лаула столкнулась взглядом с моложавым мужчиной в строгом костюме и высокой цилиндрической шляпе. Импозантный, немного загадочный и харизматичный даже на вид, он почти сразу понравился девушке, не сумевшей найти себя на этом осколке веселья и праздника.

Ко всему прочему, она знала, кого встретила. Перед ней, во всей своей красе, стоял директор Талантов Треанта и самый популярный, на сегодняшний день, ведущий - Горацио Нобель. Этот мужчина являлся основателем Талантов и долгие годы являлся их стержнем, пока, наконец, слава и успех не нашли своих героев.

Лаула улыбнулась, не забыв перед этим быстро просканировать его. Без спроса, разумеется.

– Господин Нобель! Как можно заскучать в таком месте?
– вполне искренне ответила девушка.
– Но я, признаться, несколько выбилась из... компании.

– О, в нашем теплом кругу это называется «тусовкой», - преувеличено бодро произнес Горацио, галантно беря Лаулу под руку.
– Словечки, Алана приживаются у нас феноменально быстро. А ведь именно благодаря ему мы сейчас так популярны. Юноша - талант! И я горд, что именно мне удалось разглядеть его среди бесчисленного множества, э-э-э...

– Посредственностей?
– подсказала Лаула.

– Да-а-а... Но я думал, что учения Света не одобряют таких резких высказываний.

– Свет справедлив. Есть люди с талантом, а есть - без. Но это верно только в случае одного ремесла. Ведь, согласитесь, не может быть Алан талантливым гончаром, к примеру?

– А даже гвоздь вам в стену не забьет, - кивнул головой Горацио.
– Тогда вы правы, мисс. По сравнению с Аланом, любой человек из современной музыки будет посредственностью. Но мастер-электрик окажется куда талантливее нашего самородка во всем, что касается уже его ремесла.

– Лаула, - запоздало представилась девушка.

– Невероятно приятно, Лаула!
– голос Горацио был бодр, но улыбаться он перестал.
– Прошу вас, ответьте - зачем вы здесь? Вместе со своим Клинком.

«Год назад. Концертная арена Талантов Треанта. Епископат Рим.»

Огромная толпа народу собралась перед открытым стадионом в славном и древнем городе Риме. Огромное количество - пятьдесят тысяч человек! Местные и приезжие, все они пришли, чтобы посмотреть представление самой популярной группы артистов во всем просвященном мире.

Таланты Треанта сегодня давали большой концерт, и весь Рим (а за ним и мир - с экранов телевизоров) хотел это видеть.

– Можно сказать, они - наша паства, - голос Горацио снова застал Лаулу врасплох, но на этот раз она не стала подпрыгивать.
– Мой милый друг, я не хотел вас напугать.

– Вы очень тихо ходите, - заметила девушка и, получив улыбку в ответ, тоже улыбнулась.
– А паства... да, это похоже. Но эти люди приходят сюда, потому что они любят вас. А к священникам люди приходят, потому что они любят Бога.

– Вот как?
– удивился директор Талантов.
– Тогда вам, наверное, непросто. Ведь люди почитают Бога, но не почитают вас. А вы служите и Богу и им.

– Я не думала об этом так, - Лаула пожала плечами и обвела рукой всю огромную толпу зрителей, собравшихся на стадионе.
– Будь мы в Храме, и я была бы спокойна, ведь чаяния этих людей были бы возложены к Богу. И он бы, несомненно, услышал бы каждое из них. А вы? Способны ли вы угодить всем?

Горацио в голос рассмеялся и три раза уважительно хлопнул в ладоши.

– Вы - очень проницательная девушка, мисс Лаула, - мужчина поклонился ей в пояс, сняв шляпу.
– Действительно, тут сходства с Церковью исчезают. И нам непросто, ведь всем угодить мы - люди, не способны. Тем не менее, мне кажется, что сегодняшний концерт будет поистине... особенным!

– Вы о Стиксе? Я уверена, он не подведет.

– Тогда я буду уверен в вашей уверенности. А теперь - прошу простить, мой милый друг. Мне нужно подготовить сцену.

Сверкая улыбкой и остроносыми туфлями, директор Талантов Треанта направился к подиуму. Разогревочное выступление местной, Римской, группы прошло успешно, ведь артистов в городе знали и любили. Но теперь необходимо было убедиться, что для главных звезд вечера не возникнет никаких внезапных помех.

Лаула посмотрела на часы и кивнула самой себе. Все шло в соответствии с графиком, составленным Горацио. И выступление Стикса будет через полтора часа.

И именно столько времени потребуется штурмовой группе Светлых и Перстов с Клинками Рима, чтобы полностью оцепить место проведения концерта, незаметно для обывательских глаз.

Лаула все еще сомневалась в плане Стикса. Они действовали так открыто только потому, что ее Клинок был убежден - только так можно будет сорвать с противников маски инкогнито. Но пока что Лаула подвижек не видела.

Если не считать подвижкой то, что Таланты Треанта радостно приняли Перста и Клинка в свою группу, не особенно интересуясь, зачем Светлой и Темному вообще участвовать в концерте. А именно эту причину Лаула назвала Горацио, когда тот спросил ее, почему они пришли.

Так и сказала: «Древний Стикс хочет выступить на глазах у всего просвященного мира.» Директор Талантов тогда натурально хрюкнул, сильно удивившись, но, сославшись на волю Господа и прямой приказ не чинить им трудностей от Архиепископа, одобрил мероприятие. Взяв, конечно же, с Лаулы клятву никоим образом не вредить артистам и зрителям.

Лаула могла это обещать, ведь доверяла Стиксу. А Стикс старался оправдывать ее доверие. И даже с блеском прошел «кастинг» руководителей групп талантов, выступив перед ними с песней «Вечно молодой». Как сказал Темный, это была композиция из его юности, отражающая его молодость и безнадежную тоску.