Чтение онлайн

— Что?

— Казума, я… Мне жаль, что у тебя больше нет зрения… Но я думаю, тебе лучше не брать в руки клинок, ведь ты же так быстро умрешь.

— Сравни себя со мной. Ты бы на моем месте и слепым бы убивал демонов, ради Незуко.

— Но это ведь я… У меня нюх настолько острый, что я знаю, где находится что-либо…

Я указал на Танджиро. Потом на Зеницу. Иноске, все это время молчавшего. На еще четверых девушек.

— К-как?!

— Вы живые. И я вас чувствую.

В итоге Танджиро не мешал мне, и я каждое утро тренировался вместе с ними. А весь оставшийся день работал вместе с Когэрасу-сан в кузнице.

Молот опустился на наковальню, выбивая искры из раскаленной заготовки клинка.

Полная концентрация.

Присутствие клинка. Казалось бы, чем одна железяка отличается от другой? Многие сказали бы — формой, остротой, весом… Но нет. У них есть… Душа? Клинок, выкованный профессионалом и тот, который был создан новичком, обычно разительно отличались.

Но не в моем случае. Я не видел изъянов. Я их ощущал. Малейшие отклонения от нормы. Неправильный состав или структура жесткости металла. Не та температура. Слишком плохая закалка. Я всегда понимал свои ошибки, и не совершал их более трех раз.

Я видел похожего кузнеца. Его называли безумцем, чудиком, помешанным на клинках. Его имя было Хаганезука Хотару, и он создавал не такие уж и хорошие клинки. Было несколько десятков кузнецов в этой деревне, опережающих его по этому ремеслу. Но я понимал, что этот человек — иной. Его клинки, хоть и имели не такое сильное присутствие, обладали "духом". Хаганезука вкладывался на полную. И у меня была похожая ситуация.

Сейчас ночь. С того момента, как начались восстановительные тренировки, прошел уже месяц. Мое тело закалилось постоянным применением дыхательной техники, а постоянные тренировки и работа в кузнице развили мою силу. Теперь я чувствовал, что могу посоперничать даже со своим сенсеем, Некуо. Это если бы у меня все еще было зрение. А так — я полностью освоился и привык к своей слепоте. Мое понимание "дыхания крови" вышло на новый уровень, ибо я применял его постоянно — особенно при ковке. Оно помогало мне выдерживать жар печи и давало ощущать металл.

Меня в среде кузнецов называли гением. "Слепой маньяк" — так говорили. Пару раз проходили какие-то праздники, и Когэрасу-сан привела меня туда, говоря, что будет весело.

Меня обманули. Все ели, пили и смеялись, но я не понимал, из-за чего вообще это происходит. Никто не сражался. Я только уловил краем уха несколько смешных шуток, да и только. Но именно там я нашел своего единомышленника, которого, как и меня, вытащили из кузницы. Хаганезука-сан, человек, помешанный на клинках. У нас нашлось много тем для разговоров и от него я почерпнул основную идею "духа" клинка. А ему я попытался объяснить "присутствие", отображающее именно мощь оружия.

Когэрасу, видимо, требовался слушатель. Часто, после нашей совместной работы, она рассказывала о своей жизни. Ее отца, кузнеца, убили демоны, и она посвятила себя идее истребления демонов. Еще она призналась мне, что ей очень нравится Хаганезука.

— В каком смысле "нравится"?

— Н-ну… А какие есть значения?

— Представь, демон говорит, что ты ему нравишься. Это может означать, что он очень доволен вкусом твоей плоти. Или, например, Иноске нравится Танджиро. Почему? Потому что он видит в нем сильного соперника. Или еще, Зеницу нравится Незуко. Вот этого я не понимаю. Зеницу — какой-то псих, который зачем-то пристает к женщинам и требует, чтобы те на нем женились.

— Зеницу — романтик… — возразила Когэрасу.

— А это еще что?

— Романтика — это когда… Тебе очень нравится человек, и ты хочешь, чтобы и ты ему тоже понравился… Делаешь всякие приятности тому…

— Хм… Не понимаю.

— Где ты вообще до этого жил, раз не знаешь настолько простых вещей?

— У меня умерли родители и я год жил в подвале у демона. Ел людей, затем еще полгода ел демонов. Вместе с этим ели и меня. Особенно ноги. Тот демон, Тэнока, ему очень нравились мои ноги и он обо мне хорошо заботился — таскал мне игрушки, вкусную еду.

— Ха-ха-ха! Казума, не знала бы я тебя, то подумала бы, что ты говоришь правду. С таким серьезным лицом нести такой бред…. Это талант.

— Это правда.

— … Ладно, я думаю, на сегодня уже хватит. Пошли спать.

— …

Мне не поверили. Я обиделся и с тех пор никому больше не рассказывал свою историю.

Кстати, ночевал я у Когэрасу в доме, ибо до кузницы оттуда было намного ближе. Из-за этого Зеницу впадал в угрюмое состояние, при виде меня.

Для меня — все было хорошо. Ковать клинки было интересным занятием, а красоту девушек я так и не понял. Ведь даже увидеть их не мог. Многие знакомые при виде меня спрашивали, как там Когэрасу, при этом ехидно так посмеиваясь. Я не понимал, чего это они.

— Казума-кун, как дела?

— Все в порядке.

— А у Когэрасу-тян?

— Не знаю.

— Как же так?

— Я не ощущал ее сегодня.

— Даже утром?

— Да.

— Но ведь вы спите вместе…

— Она встала раньше меня.

— Ясно, ясно…

Это отрывок из разговора с одной старушкой, которая знала много бесполезных историй про жителей деревни. Один раз я решил ее послушать и узнал о том, что Хаганезука один раз пошел на свидание с девушкой и отказал ей, еще о том, что на соседнем кладбище кто-то орудует по ночам, что сталь нынче недешева и еще очень много бесполезной информации.

В тренировках мне помогала механическая кукла, подобие человека, только выполненное из стали, дерева и механики. И имеющая шесть рук. Это было наследие старых кузнецов, прообраз Ёриичи Цугикуни, создателя дыхательных техник. Он владел "дыханием солнца", которое впоследствии разделилось на пять основных дыханий — ветра, камня, пламени, воды и грома.

С этой куклой было неимоверно сложно справиться. Шесть рук, вооруженных клинками, постоянно препятствовали моим действиям и не давали провести атаку, двигаясь с огромной скоростью. Поначалу я получал порезы, и мне даже говорили не подходить к этой кукле, но это была единственная моя отдушина. Я ведь все еще был не уверен, что могу сражаться с демонами, но бои с этой куклой постепенно дали мне уверенность в этом. В этих тренировках я отточил свою реакцию и скорость и под конец уже мог победить эту куклу.

Мне не было скучно в этой деревне. Но. Что-то внутри меня тосковало по сражениям, адреналину, крови. Я не наедался рисом, и хотел отведать плоти… лучше демона. Некоторое время я думал съесть Когэрасу, но потом решил, что это именно здесь приведет к множеству проблем. Да и очень хороший это человек, Когэрасу-сан. Лучше есть незнакомых или плохих. А лучший вариант — есть демонов, ибо те — наивкуснейшее блюдо для меня, после риса.

И потому сейчас, ночью, я ковал себе клинок Ничирин. Тот, что был у меня, удовлетворял всем моим требованиям, однако в начале лезвия, около гарды, там было высечено три иероглифа — "уничтожать злых демонов". Я был полностью несогласен с этим и потому, выковав себе клинок, нанес на него только иероглиф "убивать".

И когда я закончил работу над своим новым клинком Ничирин, то его "присутствие" было… голодным. Может быть, это потому, что я закалял его в своей собственной крови. Может быть, потому, что я мыслил во время ковки лишь о том, как разлетаются ошметки плоти и разбрызгивается кровь. Может быть, из-за того, что я забыл поужинать.

Я не знал, какого цвета стал мой новый клинок после того, как я взял его в руки. Но он определенно был сильнее, чем тот, что два месяца назад выковала мне Когэрасу.