Чтение онлайн

— Езжай к отцу, — посоветовал доктор. — А я тоже попробую с ним поговорить...

То ли под влиянием Аугусто то ли немного одумавшись, Леонидас, увидев мрачного сына, начал с ним разговор. Обрадовавшийся Лукас —

он так ждал этого! — тотчас выложил, что хочет жениться на Жади. Леонидас осуждающе покачал головой.

— Влюбиться — пожалуйста, но свадьба... Я уверен, что у тебя не любовь, а простое увлечение. Таких в жизни мужчины бывает немало.

— Мусульмане не влюбляются, они женятся! — вспомнил Лукас слова Албиери.

— Они хотят провести тебя, сынок! — Леонидас начал нервничать. — А калым? Ты знаешь, что я буду должен его заплатить по мусульманским законам? Вот Диогу никогда бы так не поступил...

Он сказал это совершенно зря...

— Ты бы предпочел, чтобы я умер вместо

него! — выкрикнул Лукас и выбежал за дверь. Внизу ему встретилась Далва. Она привела Маизу, которая принесла послушать пластинки.

Зачем мне эти пластинки? Зачем мне эта девушка? — в бешенстве подумал Лукас.

Но долг хозяина дома и воспитанного человека обязывал. И он, скрепя сердце, пригласил Ма-изу к себе...

Назира вручила Сайду телефамму от Мохамме-да. пробежал ее глазами и тут же помрачнел.

Брат писал: «Твоя невеста тебя недостойна. Разорви помолвку. Позвони, я все расскажу».

— А что пишет Мохаммед? — привязалась настырная Назира.

Ей всегда все нужно знать!..

— О делах... — отозвался

— Прочитал, побледнел, убежал!
– пожаловалась Назира Абдулу.

— Успокойся! И не лезь к нему, — посоветовал дядюшка. — Ты стала чересчур нервозной после того, как Али отказался жениться снова.

}Назира прикусила губу. Дядюшка угадал... А Сайд побежал в дом Али и попросил Зорайде разрешить ему позвонить, так как у него в доме еще не провели телефон. Служанка кивнула, но осталась стоять рядом. И тактичному Саиду пришлось так взглянуть на женщину, что она сразу ушла, правда, недалеко, чтобы быть в курсе... ' Услышав от брата, что Жади не девственница, бедный Саид потемнел, лицо пошло пятнами...}

— Да правда ли это? — спросил он.

— Она сказала дяде Али, что это ложь, — продолжал Мохаммед.

Саид совсем растерялся. Кому и чему верить?.. Брат совершенно заморочил ему голову.

— Мохаммед, ничего не говори дяде Абдулу и Назире, я сам разберусь! — сказал он.

Он попробовал посоветоваться с дядей Абду-лом. В мыслях у него была только Жади, и Саид был готов простить ей все.

— Жади не знает многих наших обычаев, — задумчиво сказал дядюшка. — Я бы возражал против твоего брака, если бы на то была серьезная причина. А она есть? — словно невзначай спросил

— Ни одной, - ответил Сайд, но Абдул явно что-то подозревал. — Какое наказание заслуживает мужчина, соблазнивший женщину? — вдруг спросил племянник.

— Восемьдесят ударов плетью обоим!
– сурово произнес дядя, но Саид был другого мнения.

Он считал, что плети заслуживает мужчина, а девушка — еще ребенок, и просто совершила глупость.

Случайно Сайд подслушал слова Зорайде:

— Саид страдает из-за Жади, а Жади — из-за Лукаса...

Он удивился... Кто такой этот Лукас?.. Что скрывает от него его прекрасная невеста?..

Сайд не знал, что Али уже приехал в Рио. Дядюшку первой увидела Жади и набросилась на сестру.

— Это ты вызвала его?

— Клянусь, я не знала, что он приедет! — воскликнула перепуганная Латиффа.

Али сразу же объявил, что Жади едет в Марокко вместе с ним.

— Ни за что! Я не люблю Сайда! — выпалила

Сайд совсем растерялся. Кому и чему верить?.. Жади.

— Мужчина должен больше любить женщину,

— Мохаммед, ничего не говори дяде Абдулу и чем она его, — начал убеждать мудрый дядя Али.

Однако слезы и мольбы племянницы сломали его волю, и он все-таки согласился разорвать помолвку. Жади была счастлива. Но тут дядюшка заявил, что за Лукаса она тоже не выйдет. Разгорелся скандал, они кричали друг на друга, и каждый настаивал на своем.

— Лукас — моя судьба, и в Марокко я не поеду! — твердила Жади.

сил он. Ссору оборвал появившийся Мохаммеч,Он стал убеждать Али, что Жади что-то натворила.

— Если ты обвиняешь женщину, то должен быть абсолютно уверен в этом и представить четырех свидетелей... Иначе восемьдесят ударов плетью, — напомнил Али.

Это сразу охладило пыл Мохаммеда.

— Ладно, я ничего не утверждаю, — мрачно - сказал он, но своего мнения о распутной свояченице не изменил.

Ночью Жади тайком вылезла из окна. В машине около дома ее поджидал Лукас. Она села к нему и поцеловала его.

— Приехал дядя Али и никак не соглашается на нашу свадьбу, — сказала она. — Но он пробудет до конца месяца, и я попытаюсь его уговорить. А если не получится, я брошу все и останусь с тобой.

— Я тоже на всех наплюю... — отозвался Лукас.

Его биопсия оказалась в полном порядке, а с Маизой он решил держаться на дружеской ноге и даже рассказал ей о Жади и тех трудностях, с которыми они столкнулись.

Девушка посоветовала ему больше отвлекаться — танцы, пляжи... И предложила свою кандидатуру в качестве сопровождающего лица. И в этой милой головке тоже строились свои планы и готовились планы боев за милого человека.

А Лукас в разговоре с Маизой увлекся воспоминаниями. Он рассказывал девушке, как впервые увидел Жади, а сам вспоминал ее в зеленом костюме и ее прекрасный незабываемый танец. Его глаза светились любовью.

— Иногда бывает такое... Ты никогда не видел человека, но кажется, что знаешь его всю жизнь... У Жади такие необыкновенные глаза... А у тебя

есть парень?

Маиза покачала головой и прикусила губу. Девушка не могла забыть Диогу... Но рядом с Лукасом эти воспоминания были особенно болезненными.

Они немного помолчали.

— Я подумала, если бы Диогу был здесь, что бы он сказал? — спросила, остановившись посреди улицы, Маиза.

— Если бы Диогу был здесь, что бы ты сказала? — улыбнулся Лукас.

— Не сказала, а сделала бы...

Маиза подошла к Лукасу и поцеловала его. Мгновение они смотрели друг другу в глаза, а потом девушка убежала, оставив Лукаса в растерянности...

Жади опять собиралась потихоньку ускользнуть на очередное свидание с Лукасом. Она заперла дверь в свою комнату изнутри и вылезла в окно. Но тут как назло к дому подъехало такси, и важно вышла Назира с вещами. Жади обомлела. Уж этого она никак не ожидала... А Назира удивилась, в свою очередь тому, что Жади одна на улице в такое время, да еще без платка.