Чтение онлайн

Жади знала об этом со слов Лукаса, простодушного и искреннего. И не придавала большого значения спорам в семье. Ее беспокоила лишь судьба их отношений с Лукасом.

Назира тем временем требовала, чтобы брат рассказал ей о содержании телеграммы Саиду.

— Если с ним что-то случится, ты будешь виноват во всем! Это харам, грех!

Мохаммед молчал. Назира злобно ушла на кухню, где заметила неаккуратно сложенные Латиф-фой кастрюли. То ли желая отвлечь Назиру от этих кастрюль, то ли не желая совершить грех, но Мохаммед все-таки нехотя признался Назире, что Жади не хочет замуж за Саида, так как влюбилась в бразильца.

— Ах, вот оно что! Чуяло мое сердце!
– заголосила старшая сестра. — Этой свадьбы не бывать, или я не Назира!

Мохаммед молчал, чувствуя себя кругом виноватым... Разве он имел право вмешиваться в судьбу брата?.. .

— Я еду в Фес! — объявила Назира. — Мне нужно поговорить с Саидом!

Мохаммед, Латиффа и Али, удивленный быстрым отъездом Назиры, взяли такси и уехали, оставив Жади одну. Она возликовала и набрала но мер Иветти. Та сказала, что давно не видела Лукаса. И Жади попросила о встрече и стала записывать ее адрес...

На самом деле Иветти было не до Жади, но отказать она по доброте душевной не могла.

Вчера из клуба Иветти позвонила ее подруга Норма и сообщила, что Леонидас пришел в их клуб. Вот он, совсем близко, сидит в зале... И разъяренная Иветти вместе с Лауриндой бросилась в клуб. Иветти вошла туда одна, поскольку Лауринда не успела одеться для выхода и постеснялась. Иветти успела. Спустившись по лестнице, она сразу увидела Леонидаса, танцующего с молодой девушкой. Туг, откуда ни возьмись, к ней подошел высокий красивый брюнет и предложил выпить. Иветти вспомнила, как они со «львеночком» ездили в Марокко. Она уже готова была расплакаться, но, все-таки взяв себя в руки, взяла стакан из рук молодого человека и, видя, что «львеночек» ее заметил, пригласила на' танец брюнета. И тотчас демонстративно поцеловала его. Красавчик подвернулся ей под руку очень вовремя. В ней горело желание расплатиться за пощечину и отомстить за все свои муки. Леонидас смотрел на нее и тоже вспоминал поездку в Марокко. Иветти была довольна — Леонидаса задело ее поведение, он собирался уйти и еще раз бросил грустный взгляд на Иветти...

— Сегодня он для меня умер! — подумала она.

— Что случилось, девочка? Проходи, — встретила Иветти Жади.

— Он все время проводит с Маизой, — начала гостья. — Я звоню ему, а служанка радостно со-

общает мне, что они опять ушли вместе... Что мне делать?

— Отомстить! — выпалила Иветти, переполненная гневом на мужчин-обманщиков.

— А как? — изумленно спросила Жади. — Я через неделю уезжаю в Марокко...

— Ну и дурацкие у вас, мусульман, обычаи! — возмутилась Иветти. — А знаешь что, уходите из дома вы оба! И наплюйте на все! Вы любите друг друга, а это главное!

– Жади подняла на нее удивленные глаза. Да, это выход...

— А где нам жить?

— Да у меня, пока вы не найдете работу! — махнула рукой Иветти.

И Жади почувствовала себя по-настоящему счастливой.

Лукас тоже пытался что-то предпринять. Он уговорил крестного поговорить со своим другом Али. Однако разговора не получилось — Али остался непреклонен.

Аугусто начал беседу издалека, рассказывая, что женился на своей секретарше. Она замечательный человек, но не смогла заполнить пустоту его души. И ведет себя так странно... Вот, например, заменила фотографию бывшей невесты Албиери на свою. Доктор вернул фото невесты на рабочий стол, поставил рядом с фотографией Эдны. И объяснил жене, что эта девушка — часть его жизни. Но Эдна расплакалась и ушла.

Потом профессор приступил к разговору о Лукасе, пытаясь объяснить Али, что его крестник — хороший парень.

— Человек Запада! — воскликнул Али. — Он никогда не сможет быть настоящим мусульманином!

Начался спор о религиях и отношениях к индивиду. Но доктор ничего не смог доказать свое-му «упертому» другу.

После ухода ученого Али начал разыскивать пропавшую племянницу. У торговавшего на базаре Мохаммеда ее не было. Куда же она девалась?..

А Латиффа быта счастлива, что Назира уезжает.

— Ты должна вести себя уважительнее с сестрой мужа! — напомнил ей дядя.

— Да она злится на всех из-за того, что хочет за тебя замуж! — засмеялась Латиффа.

И тут вошла Жади.

— Ты где была? — схватил ее Али за волосы. Он был в бешенстве и потребовал немедленно

собирать чемоданы. Они улетают завтра.

— Уезжаем пока не поздно, надо предотвратить беду!

— Я с удовольствием собираюсь, — сказала Жади сестре с загадочной улыбкой.

Латиффа осталась в полном недоумении.

После неудачи у Али Албиери попытался поговорить с Леонидасом.

— А что бы ты почувствовал, если бы Диогу родился снова? Если бы можно было сделать клон Диогу? — вдруг спросил он.

— Почему ты спрашиваешь? — взволновался Леонидас.

Но Аугусто уже пожалел о своих вопросах и перешел на разговор о Лукасе. Старший Феррас хотел, чтобы сын работал с ним, а не уехал жить в Марокко и стал мусульманином.

— Так. и только так! — резюмировал он. — И никакого другого варианта я не представляю! Какие еще женитьбы на мусульманке? Чепуха!..

Лукас выслушал крестного мрачно. Встретившись с Жади днем на пляже, он грустно сообщил ей все последние печальные известия. Зато она теперь ликовала: Иветти предложила им квартиру, и они едут туда. Влюбленные договорились встретиться на этом же месте вечером.

Жади знала, когда ей можно улизнуть. Али уже собрался в дорогу и ненадолго оставил племянницу, чтобы выпить чаю. Довольная Латиффа, что Жади наконец успокоилась, вышла умыться. И тогда Жади схватила чемодан и бросилась вихрем из дома. С улицы она позвонила Иветти и сообщила, что они с Лукасом придут через полчаса. Как было условлено, Жади ждала Лукаса на пустынном берегу.

А ее любимый торопливо собирал вещи и думал о Жади. Но в это время на глаза ему попалась их фотография с братом... Он задумался, постоял на месте и начал вновь собираться, только намного медленнее. Сложив все, он стал не спеша спускаться по лестнице. Мелькали непрошеные воспоминания о Диогу, об отце... Лукас начал сомневаться в правильности своего поступка.

Ему было жалко и страшно покидать этот дом и все, что его окружало столько времени. Он остановился, опять постоял и стал медленно подниматься по лестнице в свою комнату...

Жади рисовала на песке сердечко и с грустью понимала, что Лукас не пришел и не придет... Она, вытерев слезы, поднялась и, едва волоча ноги, двинулась с пляжа...

Сестра первой обнаружила исчезновение Жади. Латиффа стояла рядом с Али на улице и ждала Жади и Мохаммеда.

— Я не знаю, как это вышло, дядя, — начала она, но тотчас заметила вяло плетущуюся сестру.

— Я готова, дядя, — покорно и безнадежно произнесла Жади.

— Пока ты не узнаешь, что такое ад, рай не будет тебе казаться раем, — отозвался мудрый дя-дюшка. — Прозрение болезненно...