Чтение онлайн

И Барбара почувствовала, как в сердце ее вонзился нож, потому что она знала наверняка, что "ну ... ты знаешь". Означало "детская". Слова "не тебе выбирать, мама" снова сверлили ее мозг.

– Думаю, мы хотим просить вас с папой подумать об отеле Bel-Air.
– сказала Гайдн.

Барбаре никогда не приходилось прицениваться к свадебным торжествам, но ей было

известно, что Bel-Air Hotel с его роскошными садами и прудами, в которых плавали лебеди, - высшая категория. Хотелось бы ей знать, будет ли она уважать своего будущего зятя, будет ли он обращаться с ее дочерью хорошо, и составит ли ее счастье, если она - Барбара - согласится с мыслью отпраздновать свадьбу в Bel-Air Hotel. Пойти на поводу детей и сделать так, как они хотят, вместо того, чтобы занять оборонительную позицию и раздражаться и беспокоиться по этому поводу.

"Почему так происходит", - подумалось ей, - "что именно та область, где мы можем полностью полагаться на свою интуицию, на интеллект и мудрость, накопленные годами, всей жизнью, именно эта область, по иронии судьбы, та, где мы абсолютно беспомощны".

– Внутреннее зрение - ни черта не значит, а критика - поцелуй смерти, - предупреждала ее Грейси.

– Через несколько недель мы приедем, вы познакомитесь, и мы поговорим поподробнее о дате, месте и всем остальном. Я люблю тебя, мам, - доложила Гайдн, вздохнув.

Барбара тоже вздохнула, вешая трубку, закрыла дверь, через которую выскочил ужаленный Рон Левин, и открыла фронтальную дверь для первой семьи сегодняшнего рабочего дня.

31

Давид Райзман был очень требователен, и, хотя няня заботилась о нем целый день, счастлив он бывал лишь тогда, когда папа приходил домой. Он обожал вечера, когда они вдвоем бесились на кровати, а потом, когда Рик, изнуренный рабочим днем отключался и засыпал, Давид использовал его как подушку и смотрел "Сезами стрит" на видео.

И, конечно же, они оба любили играть в бассейне: Рик держал Давида на воде, а тот брыкал, брыкал, брыкал своими толстенькими ножками. Пэти права, думал Рик, обнимая сына и через пижамку вдыхая запах детской пудры. Этот ребенок присвоил меня. Я брошусь под грузовик, чтобы спасти его жизнь, и всякий раз, когда он ухмыляется, я готов разрыдаться.

Сегодня Давид забрался ему на колени, Рик прочел ему несколько любимых книжек и взялся за сценарий, над которым работал. Поискав в ящиках и во встроенных шкафах, он нашел сокровища своей семьи: фотографии, которые хотел включить в альбом. Давид должен знать и семью, его усыновившую. Фотографии семьи Коббс, фотографии Райзманов. Рик смешал их, использую свой дар к визуальному, и альбом стал для Давида любимым времяпровождением перед сном.

Рик тоже любил это время. Каждая фотография воскрешала в памяти его Голливудское детство в большом доме в Bel-Air, отца и дядю - двух красавцев-повес, его ослепительных родителей, совершенство, которых, возможно, потускнело бы, знай он и^не только в своем детстве и отрочестве. Но такого не случилось и сейчас, когда ему 50, он сознавал, что память об их отношениях и их любви, переписанная и, вероятно, очень измененная и потому казавшаяся совершенной, во многом способствовала тому, что любые отношения с женщинами в его жизни казались бледными и несовершенными по сравнению с любовью его родителей.

– Если туфля "сидит", милый, - вот что сказала ему Пэти, когда они заговорили о тех, кто не способен к длительным отношениям, потому что в голове их сложился непоколебимый образ того, как это должно быть.

– ... Дядя Бобо, дедушка Джейк, - тыкал пальчиком Давид в любимые фотографии, - о... 0-0 бабушка Джейн, дедушка Джейк ...

Рик взглянул на саму любимую фотографию Давида. Это был старый студийный снимок для паблисити Джейн Грант и Джейка Райзмана - сногсшибательно красивых и элегантных. И как они смотрели друг на друга! Конечно, они были без ума друг от друга! Сегодня эта фотография наполнила его сожалениями о зря потерянном, понапрасну растраченном времени, и он про себя помолился за них обоих.

"Помогите мне", молился он, глядя на их снимок, все так же тоскуя по ним, как и 30 лет назад. "Помогите мне измениться, измениться настолько, чтобы я смог найти женщину на всю жизнь. Став отцом, я познал науку, как чьи-то интересы ставить впереди своих, как любить, понял, каково быть раненым. Это маленькое небесное создание изменило мое самосознание так, что иные дни небо кажется мне голубее голубых, музыка - самая мелодичная и никогда раньше не слышанная, и теперь я знаю, я хочу это счастье разделить с женщиной".

Давид пыхтел над каждой фотографией: - Дорин -бима, Би баба, тетечка Триш ... и пучок морковных головок, - орал он, тыкая пальчиком в детей Триш, а потом в мужа Триш - Дона.

Рик присмотрелся, потом еще раз посмотрел внимательнее. Желудок его повело.

На следующее утро Пэти забежала в его офис с пакетом покупок. Заглянув в офис, чтобы о чем-то спросить Андрею, Рик загляделся на блондинку с шикарной задницей, очень аппетитной, и поразился, когда блондинка обернулась, и оказалось - это Пэти. Выглядела она подростком в потертых, выцветших джинсах и футболке.

– Привет, - ее чудесная улыбка осветила комнату, - в отделе продаж мальчиков - распродажа, а так как ты всегда одеваешь Давида в полиэстеровые костюмчики, я решила воспользоваться своим статусом его неофициальной тети и купила ему кое-что из одежды.

Рик подошел обменяться Голливудским поцелуем - легкое касание щек - и на мгновение - он не сообразил, виной ли запах Пэти, что-то среднее: крем для загара и Sea Breeze, или же его воздержание - но ему вдруг захотелось притянуть ее ближе.

– А что плохого в этих костюмчиках?
– спросил он.

Андрея, потянувшись к пакетам, вытащила шортики, футболки и брючки, которые Пэти купила для Давида.

– Ничего, если это одежда для дяди Бобо, - прокомментировала Андрея, - и, кстати, разве вам не надо уже туда идти?

Рик взглянул на часы.

– Должен. Пойду закончу совещание в офисе, заберу Давида и отправлюсь туда.

Пэти была разочарована,

– Плохо. Я собиралась пригласить тебя на небольшой ланч, а потом помочь мне с наследием Чарли. У меня там вопросы.

– Что, если я позвоню тебе? Мы сможем сделать это в уик-энд.

– Замечательно, - согласилась Пэти.

По дороге в Калабасах Рику подумалось, что, возможно, стоит пригласить Пэти на ланч в Montia Picture Home. Бобо всегда восхищался ею: "Женщина, да еще целая половина" - говорил он о ней. "Будь я помоложе, я бы ...".

Бобо уже не поджидал у входа в дом, как бывало раньше, потому что дорога из комнаты к входной двери была для него уже слишком длинной и трудоемкой. У него был волкер, но он напрочь отказывался им пользоваться, за исключением тех дней, когда его навещали Рик и малыш. И только потому он позволял помочь ему выбраться из постели и пройти по коридору, чтобы покрасоваться перед "мальчиками" - так он называл Рика и Давида. Его ослабевшее тело цеплялось для поддержки за все в коридоре; он плелся рядом с Риком, а позади семенил Давид, чьи ножки прекрасно себя чувствовали на покрытом ковром полу. Но хотя тело Бобо теряло силу, мозг его еще работал на полную мощь.