Чтение онлайн

Вот теперь забеспокоились и Кэтти и и Мари-Каталина. Митч - единственный в семье, кто передавал имя Де Нардо. Все три сестры знали, что однажды он влюбится, женится и народит миллион детей.

– Может, это мимолетно. Может, он на ней не женится.

Но это было далеко не мимолетно. Элейн и Митч поженились и прилипли друг к другу, и никогда между ними не было произнесено ни одного грубого слова. А разница в их происхождении и личностях казалась экзотичной и еще больше воспламеняла их. Ее интриговал страстный, сумасбродный мужчина, орущий, жестикулирующий, плачущий, подсмеивающийся, хохочущий, неистово сражающийся со своими сестрами по телефону, бросающий с яростью трубку, а потом, по размышлению, извиняющийся перед ними, ласкаясь и заискивая, как щенок. "Я - дрянь. Беру свои слова назад. Я люблю тебя". Так ведут себя только в кино.

А Митч нашел женщину, о которой любил говорить: "она знает дорожные правила". Потому что Элейн интуитивно знала, как вести себя в любой ситуации. Она была грациозна и вежлива. "Моему действию она придает класс", - признавался он.

Он сделал ей предложение, став на колено, и очень романтично, как он делал все. Но прежде, чем сказать "да", Элейн решила, будет честно, если она расскажет ему о предупреждении доктора из Панорама Сити об опасностях беременности у диабетиков. Слишком большая нагрузка на почки, и случись что, ей придется быть на диализе до конца своих дней. Хуже того, ребенок диабетика может родиться деформированным или слепым. Митч немного побледнел, выслушав ее, но он произнес слова, о которых она молилась: "Это меня не беспокоит. Единственное, чего я хочу - быть с тобой до конца дней моих".

Когда бухгалтер сообщил, что они переросли магазин над рестораном, они стали проектировать новый магазин - магазин их мечты, и они наблюдали за его рождением: кирпич к кирпичику, вешалка к вешалке. Он будет 2-х этажный, с баром на каждом этаже, просторными примерочными, одеждой новых калифорнийских дизайнеров, одеждой для коктейлей и повседневной, обувью и аксессуарами. Основные закупки они будут делать сами, но им нужен большой штат продавщиц, эксперт по подгону одежды и армия уборщиц.

За несколько недель до гранд открытия Митч потянул Элейн за руку, оторвав от разговора об окраске стен, вывел на улицу к своей машине:

– Садись, - сказал он.

– Куда мы едем? У нас тысяча дел ...

– Садись.

Она села и он повез ее на запад по Ventura Boulevard.

– Куда мы едем, милый?

Митч протянул руку и похлопал по ее ноге:

– Сюрприз для моей девочки.

Митч остановил машину напротив старого магазина.

– Зачем мы здесь остановились?

– Вот зачем, - и Митч указал на окно выставочного зала BMW.

Машина впереди, белый 7351, был увенчан огромным красным бантом, и на дощечке рядом с ее именем стояли слова: "Я тебе так обещал. Я тебя так люблю""-. М.

Прошла минута, прежде чем Элейн поняла:

– Митч, ты сумасшедший. Мы не можем себе позволить эту машину!
–

– Можем. Благодаря твоей работе, и тому, что ты оставалась в магазине по 12 часов. Ты - мой партнер, и я хочу подарить тебе эту машину, чтобы ты знала, как я тебя ценю. Дай мне испытать удовольствие, когда ты поведешь машину. Пожалуйста.

– Ты ... абсолютно ...

– Самый восхитительный и великодушный мужчина на земле?
– спросил Митч, открывая для Элейн дверцу.

– Да, - согласилась она, и он повел ее в выставочный зал забрать ее новый автомобиль.

Две недели спустя, когда последний из армии уборщиков вывез из нового магазина

промышленный пылесос на колесах и погрузил в свой грузовик, пожелав им спокойной ночи, Митч выключил весь свет и привлек Элейн к себе:

– Наверное, так чувствует себя продюсер на Бродвее перед премьерой, - сказал он.

Элейн обняла его шею и запустила пальцы в его роскошные густые кудри. Митч крепко прижал ее к себе, глядя в ее чудные глаза:

– Надеюсь, этот парень с большим пылесосом хорошо почистил ковер, - глаза его плясали.

– И почему это?
– Элейн знала, каков будет его ответ.

– Потому что как только этот грузовик отчалит, мы с тобой начнем кататься по этому

полу.

Даже истощенный кропотливой работой, не упускающий ни одной детали в новом магазине в течение нескольких недель, он хотел ее немедленно, прямо сейчас, на полу магазина. Большая зала была приглушенно залита светом уличных огней и проезжающих машин.

Митч целовал ее страстно и нетерпеливо. Элейн воспламенилась тоже, к тому же, ее распирало от новости, которую она приберегла для него. Все мысли об окнах, о том, что их МОГУТ увидеть, улетучились, как и ее блузка с помощью Митча. Потом лифчик, потом он расстегнул на талии ее юбку, и она упала, нежно снял ее трусики, позволив им соскользнуть к ее лодыжкам, и в считанные секунды она стояла обнаженная в огромном зале, окруженная манекенами в элегантных одеждах, вечерних туалетах, а на одном манекене, тоже голом, рядом с ней была надета длинная нитка жемчуга. Митч, все еще одетый, снял с манекена жемчуг и надел на шею Элейн, целуя и обвивая каждый из твердеющих ее сосков холодными бусинками жемчуга, вдавливая их пока не стало больно, а потом опустил нитку, и она упала до ее бедра. Лаская ее рот языком, он вдавливал пальцы и жемчуг внутрь ее, в вагину. Новизна эта возбуждала ее все сильней, когда Митч двигал жемчуг внутри нежных стенок, а потом медленно вынимал его и снова вдавливал и пальцы и жемчуг, и опять вынимал.

Через какое-то время он вдавил весь жемчуг внутрь ее так глубоко, насколько мог и, наконец, полностью вытащил его. Потом заложил руки Элейн за спину, нежно связал запястья жемчугом, опустившись на колени. Его пальцы твердо сжимали ее соски, а язык исследовал вспухший ее клитор, который ломило от боли и желания. Он двинулся вверх, руками сжимая ее ягодицы, притягивая ее с силой, покрывая поцелуями все ее тело, прижимая крепче и крепче. Когда боль достигла предела, когда она испугалась, что вот сейчас подкосятся колени, и когда жар внутри ее достиг такого накала, что она боялась, что закричит, он на минуту остановился, выскользнул из своей одежды и потянул ее вниз на ковер. Снимая жемчуг с ее запястий, он произнес полузадушено:

– Завтра тот, кто купит жемчуг, заплатит 1000 баксов экстра.

– Митч..- голос отказывал Элейн, она не могла говорить.

Она соскользнула рядом с ним на ковер. Он лег на нее и умелыми движениями бедер пенис его нашел теплоту, алчушего его места внутри нее. Она подняла бедра, потом вместе с Мит- чем, двигающимся внутри нее, опустила вниз и потом снова и снова. Она любила его, любила, как его движения контролировали жар их соития, она чувствовала, он становился тверже, горячее, когда ее оргазм сотряс ее тело за секунду до его стона.

Потом жар их страсти улегся, они обнаружили себя на ковре своего нового магазина, все еще дрожащие, задыхающиеся, мокрые, и они расхохотались. Элейн решила, что пришло время сообщить ему хорошую новость.

– Я была у нового доктора, - она покрывала его лицо нежными поцелуями.
– Услышала о нем от женщины в моем классе современного романа. Он - эндокринолог и постоянно лечит диабетиков, и он сказал, что если я буду постоянно контролировать себя, следить за собой и делать вее необходимые анализы, у меня может быть нормальная беременность и здоровый ребенок.