Чтение онлайн

Теперь то, что связывало нас с Киллом, когда мы не ненавидели друг друга, усилилось в десятки раз.

Или, может, мы всё еще ненавидим друг друга, я не знаю. Но что-то изменилось, сдвинулось.

Килл изменился.

«Я в твоей крови. В твоих ладонях. Ты хочешь, чтобы я был у твоих ног, преклонив колени? Всё для тебя. Я — твой Большой Злой Волк, Красная Шапочка. Никто больше не посмеет причинить тебе боль».

Мои бедра непроизвольно сжимаются при воспоминании, и я не хочу признавать то, что творится у меня в сердце. То, как Килл держал меня близко к себе, как будто я что-то ценное для него, изменило и меня. Стыд за наше последнее столкновение удвоился. Я никогда не извинялась, хотя, возможно, мне и не нужно, но я хочу это сделать.

После душа Килл принес мне что-то из одежды, дал обезболивающие, отвел в гостевую спальню и сказал отдохнуть. Но я не могу расслабиться и отдыхать.

На самом деле, я очень далека от этого состояния.

Я чувствую себя… живой.

Не успев продумать план до конца, я срываю с себя одеяло и встаю на ноги. Открываю дверь гостевой спальни и иду по квартире Килла.

Заглядываю в комнату в конце коридора, и мои веки дрожат от концентрации его запаха. Это, должно быть, его комната. Делаю несколько шагов вперед, улыбка зарождается на моих губах, когда я осознаю, что нахожусь в его личном пространстве. Комната большая, темная, обставлена минималистично: большая кровать, две тумбочки и глубокое кожаное кресло в углу.

О, как бы я хотела порыться в его ящиках.

Интересно, что я там найду. Моя улыбка расширяется, но в этот момент я слышу, как что-то тяжелое двигается вдали. Кажется, Килл только что вошел через раздвижную дверь, и теперь я слышу как он передвигается по квартире. Тихие шаги для такого большого мужчины, что говорит о том, что он босой и не так мрачен, как обычно.

Покидая спальню Килла, я выхожу в коридор, замедляюсь на пороге, который ведет в столовую и открывает вид на общую зону.

Мои губы приоткрываются, тело напрягается при виде его обнаженной спины, а жгучее желание прикоснуться к его коже заставляет мою руку дернуться.

На его спине вытатуирован лев — глаза сведены в хмурый взгляд, пасть приоткрыта, зубы обнажены, словно готовятся вонзиться во что-то.

Татуировка покрывает всю спину, от плеч до талии. Невидимая линия по центру львиной морды разделяет ее на две половины. Одна — из плоти и крови, с живым блеском в глазу, другая половина — скелет с розой, распустившейся из пустой глазницы.

Килл склонил голову, будто смотрит на телефон. Мои глаза скользят по его расслабленному телу.

Ощущение, что я приглашена в его личное пространство, вызывает волнение. Он привел меня сюда. Мой взгляд падает на его поясницу, где тонкие штаны опускаются ниже бедер, открывая восхитительную линию над его твердым, округлым, аппетитным задом.

Что бы он там ни увидел в телефоне, ему это не нравится. Широкая спина расширяется от глубокого вдоха, и он смахивает телефон со стола, затем садится, пропуская пальцы через волосы и хватаясь за корни, словно пытаясь держаться за реальность.

Я волнуюсь о последствиях того, что он сделал.

Он убил одного из своих людей… ради меня.

Я переступаю с ноги на ногу, осознавая, что на мне только его футболка и нет трусиков. Пол слегка скрипит под моими пятками, и внимание Килла тут же переключается на меня. Он медленно, лениво оглядывает меня с головы до ног.

— Я же сказал тебе отдыхать, — его голос спокойный, но в нем явственно слышится усталость.

— Я не устала, — я делаю еще один шаг вперед, сплетая пальцы, чтобы чем-то занять руки, в то время как мое тело горит от недавних событий. От того, как Килл появился, как действовал без раздумий, без колебаний. Как он убил человека ради меня.

— У тебя тут классно, — мой голос дрожит, и я прочищаю горло. — Очень… в твоем стиле.

Уголок его губ приподнимается в легкой улыбке.

— Да? И что это за стиль?

— Темное дерево и кожа. Просто. Чисто. Мрачновато.

Его взгляд опускается, и улыбка на его лице становится шире, почти застенчивой. Что вообще происходит между нами?

— Ты теперь в беде? — спрашиваю я напрямую.

— Я же говорил тебе, Рыжая, я не попадаю в беду.

— Ладно. А какие последствия будут за то, что ты сделал?

— Просто дай мне разобраться с Шоном.

Я стою в нерешительности, разрываясь между желанием к Киллу и страхом перед ним. В горле жгут вопросы, и я знаю, что, прежде чем я смогу открыться ему, мне нужно получить ответы.

— Ты собираешься вернуть меня туда? — моя спина выпрямляется в ожидании его ответа. К счастью, он приходит почти мгновенно.

— Нет.

— Ты собираешься держать меня здесь?

Его голова наклоняется.

— Держать тебя?

— Как пленницу…

— Ты никогда не была моей пленницей, Бьянка.

Смех подступает к моему горлу, но так и не вырывается наружу.

— Скажи это запертой двери.

Он качает головой и наклоняется вперед, опираясь локтями на колени.

— Ты не моя пленница. Ты можешь уйти, если хочешь, но я бы не советовал этого делать.

— Почему? Твои люди теперь хотят убить меня?

— Не знаю, — он делает глубокий вдох, полный невысказанных слов. — Я не позволю, чтобы что-то…

— Я хочу уйти, — мои слова сорвались с губ раньше, чем я успела их обдумать. Мои глаза широко распахиваются от шока. Я удивлена собственной готовностью к свободе, хотя знаю, что быть дальше от Килла — не то, чего я хочу.

Как бы нелепо это ни звучало, рядом с Киллом — единственное место, где я чувствую себя комфортно… менее одинокой… в безопасности.

Его челюсть напрягается, губы сжаты в твердую линию.

— Я бы не реко…

— Рекомендовал, — перебиваю я. — Да, я знаю. Ты сказал, что у меня есть выбор. Я использую свое право выбирать.

Между нами повисает тишина, но в моей голове не умолкает гул. Я ерзаю, чувствуя себя некомфортно после того, как сказала эти слова, мое сердце громко стучит в груди. Разве не этого я всегда хотела — быть свободной? Я всю жизнь только и мечтала о свободе. Но если это означает быть вдали от Килла — мне это больше не нужно.

— Ты хочешь что-то доказать, Бьянка, или это действительно то, чего ты хочешь? — спрашивает он, его хмурый взгляд углубляется, огонь пылает в его глазах.

— Нет, — это не слово, а скорее выдох. — Я не хочу этого.