Чтение онлайн

— Он высокий, красивый и мускулистый, — хихикала я. — Отличный пловец и великолепный писатель. У него сияющие темные глаза, золотисто-каштановые волосы и загорелая кожа. Он правда очень красивый.

— Ну, а поцелуи? Расскажи мне о них, прошу тебя. Я просто умираю, как хочу узнать. Каково это?

— Девочки! — прогремел голос миссис Келлер снизу.

София выскочила и бросилась к двери.

— Завтрак! — она повернулась в дверном проеме. — Мы должны спуститься. Обещай, что расскажешь мне после школы!

— Обещаю.

Внизу меня поджидали новенькие рюкзак и свитер.

— Тебе это подойдет? — спросил мистер Келлер, стоя, как статуя, у входной двери.

— Да, они чудесны, спасибо.

Он кивнул:

— Тогда бери и ступай завтракать.

Мы заглатывали французские тосты за большим овальным столом, в то время как мистер Келлер выкрикивал поминутный обратный отсчет. Томас несколько раз повторял за ним голосом маленького робота.

— Десять минут до отбытия машины. Десять минут, девочки, — повторял Томас снова и снова, соскребая с тоста подгоревшие кусочки и выкладывая их на салфетке.

После трехминутного предупреждения Томас спрыгнул со стула и подошел ко мне, его лицо было в нескольких дюймах от моего.

— Три минуты до отъезда. Три минуты, Эмерсон. Тебе лучше идти.

Он выглядел напуганным, хотя и не смотрел в глаза. Брэндон и Дэниэл тихо сидели по другую сторону стола. Из-за взлохмаченных волос и пристальных взглядов, когда они наблюдали за Томасом, близнецы выглядели так, словно были персонажами одной из тех картин с «большими глазами». Два маленьких оборванца с гигантскими инопланетными блюдцами вместо глаз.

Дэниэл выпалил:

— Он так ведет себя, потому что не любит, когда люди опаздывают.

— Все в порядке, — сказала я, наклонилась и приподняла лицо Томаса за подбородок, чтобы наши лица оказались ближе. — Томас?

— Да.

Он все так же не смотрел мне в глаза. Его взгляд бегал от пола к потолку и к стенам, но не задерживался на мне.

— Посмотри на меня, пожалуйста, — сказала я, и он послушался, но явно чувствовал себя при этом крайне некомфортно. — Все будет в порядке. Мы с Софией приедем в школу вовремя, — я улыбнулась.

В его глазах вспыхнуло безмятежное выражение. Он улыбнулся в ответ, а затем посмотрел в пол и пробормотал.

— Хорошо, но теперь у вас осталось только две минуты. Лучше вам поспешить.

Мы все засмеялись, кроме Томаса, который вернулся за стол и схватил свой тост.

Когда до выезда осталась всего минута, мы с Софией уже шагали по дорожке к микроавтобусу.

— Хорошего дня, девочки, — пожелала миссис Келлер, стоя в дверях.

Мистер Келлер уже сидел за рулем. Он не произнес ни слова, пока мы не въехали на парковку Нью-Клейтонской школы.

— Тебе нужно будет зайти в канцелярию за расписанием, Эмерсон. Потом консультант покажет тебе все, что нужно.

— Ладно, понятно.

Он взглянул на меня в зеркало заднего вида.

— После школы пойдешь прямо в библиотеку в центре города, там вы встретитесь с Софией. Она выйдет к тебе, так что подождешь на ступеньках. Миссис Келлер заедет за вами, девочки, в четыре часа дня. К тому времени домашняя работа должна быть сделана.

— Поняла, мистер Келлер. Спасибо за все. Пока, Софи.

— Пока! — она потянулась ко мне и прошептала. — Я хочу услышать подробности о поцелуях. Потом, после школы. Не забудь.

— Уверена, ты мне обязательно напомнишь.

Мы засмеялись. Я выпрыгнула из микроавтобуса, и, прежде чем успела закрыть дверь, мистер Келлер оглянулся и напомнил.

— Не забывай о правилах, Эмерсон.

— Не забуду.

Я втянулась в жизнь Келлеров, своеобразную версию стэпфордских роботов24, с Дэниэлом и Брэндоном, прекрасными брошенными косоглазыми близнецами, с аутистом Томасом и его одержимостью кусочками тостов, и с Софией — милой, милой Софией. А еще там была я, Эмерсон, новенькая девочка в Нью-Клейтоне, с новым рюкзачком, новым лиловым свитером, с подбитым глазом и зашитой губой.

Я даже не попыталась завести друзей в свой первый день в Нью-Клейтонской школе. У меня не было ни малейшего представления, сколько времени я проживу с Келлерами. Пока мы ехали, Паула сказала мне, что собиралась подыскать ещё семьи, которые могли бы взять меня. У меня промелькнула мысль, что это просто эпично, учитывая, что моя родная мать бросила меня.

Стоя в начале дорожки, ведущей в кампус, и глядя, как мимо меня проносились другие ученики, я задавалась вопросом: «Кто я? Узнаю ли я это когда-нибудь? Может ли моя дерьмовая жизнь и мои дерьмовые родители определять, кто я? Почувствую ли я себя нормально когда-нибудь?».

К счастью, в моей предыдущей школе я была одной из лучших в классе, поэтому все, что услышала в тот день на уроках, было повторением. День пролетел быстро и незаметно.

После школы я сделала то, что и обещала: направилась в библиотеку ждать Софию. Она помчалась мне навстречу, стоило ей заметить меня, ее огромный черный портфель подпрыгивал вверх и вниз за спиной. Когда нас разделяло около двадцати шагов, она заорала.

— Поцелуи! Сейчас ты расскажешь мне все о поцелуях!

— Тс-с, София, не так громко!

— А что? Здесь проблем у тебя не будет, мы абсолютно свободны до четырех.

— Но у нас всего час.

— Ну, я свою домашку сделала еще во время ланча, так что мы можем поболтать и поискать книжки, а еще ты расскажешь мне о поцелуях с Джексоном.

Я фыркнула.

— Что ж, по правде говоря, мы с Джексоном и целовались-то всего пару раз.

Это ее не удовлетворило.

— И каково это было? Расскажи, ну расскажи!

Я закрыла глаза и подумала о нашем поцелуе. Покалывание пробежало по телу.

— Вот как это было: он закрывает глаза и наклоняет голову, я делаю то же самое, и наши губы соприкасаются, и, ну, м-м… это все, что тебе можно знать, пока не подрастешь.

Она зачарованно посмотрела в небо.

— Ух ты-ы… Я определенно хочу поцеловать мальчика.

— В твоем возрасте я считала мальчишек отвратительными. Даже Джексона.

— Ты знала его, когда тебе было восемь?

— Ага, я знаю его всю жизнь.

— Значит, он тебе вроде как брат?

— Нет! Фу, это отвратительно. Он был соседским мальчишкой, потом стал моим лучшим другом, а потом, когда мы выросли, между нами зародилось… нечто гораздо большее.