Клятва Грейсона
Шрифт:
Песня закончилась, и я медленно отошла от него, не в силах оторвать взгляд от мужа, который смотрел на меня сверху вниз, и в его выражении лица было что-то такое, чего я никогда раньше не видела. Он поднял руку, чтобы коснуться моей щеки, как вдруг мы услышали аплодисменты. Я оглянулась и увидела, что на танцполе были только мы, а гости хлопали, как будто мы только что выступали перед ними. Я засмеялась, тепло разлилось по щекам, когда я сделала небольшой реверанс, а Грейсон поклонился, выглядя немного смущенным.
К нам подошла женщина, слегка прихрамывая, с доброй улыбкой на лице.
— Это было прекрасно, — сказала она, протягивая руку. Я взяла ее в свою. — Я мать Верджила, Труди Поттер.
— О! — сказала я. — Очень приятно познакомиться. Верджил стал здесь частью семьи.
Она вздохнула и, пожав руку Грейсону, заплакала.
— Я не буду вас задерживать, но я, — она резко вдохнула, словно пытаясь не заплакать, — просто хотела поблагодарить Вас, мистер Хоторн. — Ее слова оборвались на шепоте.
— Не за что, — мягко сказал Грейсон. Она кивнула ему и повернулась, исчезая в толпе.
— Я только дал ему работу, — пробормотал он.
— Наверное, — ответила я, — но, думаю, что для нее это значит очень много.
Я подняла на него глаза. Его благодарный взгляд поймал мой, и он издал тихий вздох. Вдруг справа от меня раздался негромкий топот приближающегося к нам человека, и я, улыбаясь, повернулась, чтобы увидеть своего отца. Моя улыбка померкла, а сердце заколотилось в груди, когда Грейсон схватил меня за руку.
— Привет, Кира, — сказал мой отец.
Я настороженно посмотрела на него и быстро оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что никто поблизости нас не слышит. Он стоял в тени, и, очевидно, никто его пока не узнал. Не то чтобы это было неожиданно, я предполагала, что мой отец будет на вечеринке, которую я устраиваю, но определенно не хотела, чтобы он оставался здесь.
— Какого черта ты здесь делаешь? — прошипела я.
— Я планировал навестить тебя в твоем новом доме. Прости за вторжение. Понятия не имел, что буду мешать вечеринке, но мне не понравилось, как мы закончили наши отношения в Сан-Франциско. Хотел узнать немного больше о человеке, за которого ты вышла замуж, — он вдруг посмотрел на Грейсона. — Похоже, ты оказался намного большим, чем Кира заставила меня поверить, — сказал он. — Любой отец будет беспокоиться о своей дочери при таких обстоятельствах.
— Мы можем обсудить это в более уединенном месте? — спросил Грейсон, шагнув вперед, его челюсть была напряжена, слова отрывисты. — Это вряд ли подходящее место, — он кивнул на людей вокруг, которые потягивали шампанское, смеялись и начали заполнять танцпол позади нас.
Мой отец сузил глаза, но кивнул один раз, и Грейсон, не отпуская моей руки, повел меня в свой кабинет. Когда он закрыл за нами дверь, его тон был суровым:
— Позволь дать тебе совет — никогда больше не заглядывай к нам в гости.
Мой отец повернулся к нему, его глаза были такими же холодными.
— Ты, конечно, поймешь, если я решу не принимать никаких советов от убийцы, — он говорил сквозь зубы, его губы едва шевелились.
Грейсон смотрел на него, на его лице не отражалось никаких эмоций.
— Чего ты хочешь? — удрученно спросила я. Эта ночь была так полна волшебства, пока он не появился. От отчаяния у меня заныло сердце.
Он смотрел туда-сюда между нами двумя, разглядывая наши костюмы, но, очевидно, решил не комментировать.
— Мы с тобой не часто виделись, Кира. Но очевидно, что я не хочу, чтобы моя дочь была замужем за убийцей и бывшим заключенным, — сказал он.
— Не надо, — ответила я. — Ты ничего не знаешь о том, кто он такой.
Тошнота подкатила к моему горлу, и я поднесла руку, чтобы сдержать ее.
— Кира, — сказал Грейсон, в его голосе звучали предостерегающие нотки, но выражение лица оставалось неизменным. — Тебе не нужно сражаться в моих битвах. Позволь мне поговорить с твоим отцом наедине, пожалуйста.
Я схватила его за руку.
— Грейсон, ты не знаешь, что он…
— Думаю, это хорошая идея, — сказал мой отец. Улыбка, которую он бросил в мою сторону, выглядела такой же неубедительной, как и его предвыборные обещания.
Грейсон посмотрел мне в глаза.
— Я справлюсь сам, маленькая ведьма, — его голос стал нежным. — Возвращайся на вечеринку, пожалуйста.
Я разочарованно вздохнула, на мгновение посмотрев на отца, а затем снова встретившись взглядом с Грейсоном. Мое сердце упало, в животе поселилось чувство ужаса.
Что теперь будет?
— Хорошо.
Я согласилась, не зная, что еще можно сделать. И вышла из комнаты, сжав руки в кулаки, чтобы свести дрожь к минимуму.
***
Сверху светила золотая луна, а снизу туман огибал мои ноги легкими клубами. Я сидела на скамейке рядом с лабиринтом из живой изгороди — той самой, на которой мы сидели с Шейном, казалось, так давно, но на самом деле прошла всего неделя. Я сняла перчатки, затем булавки, удерживающие шляпу, и положила их на скамейку рядом с собой, пальцами приподнимая волосы.
Ужас, который я испытывала в кабинете Грейсона, превратился в одинокий комок холодного страха. Я с трудом могла перечислить множество тревог, которые роились внутри меня при мысли о том, что мой отец и Грейсон разговаривают наедине.
Почему отец здесь и что ему нужно? Что он знает? Не было похоже, что он помнит Грейсона… хотя он явно искал информацию о нем. Что он попытается контролировать теперь? Смогу ли я когда-нибудь освободиться от него?
Услышав приближающиеся шаги, я встала и повернулась, чтобы увидеть Грейсона, появившегося из-за поворота тропинки. Он снял свою маску. Я выдохнула, чувствуя вспышку паники.
— Что случилось? — спросила я. Он слабо улыбнулся.
— Твой отец предложил мне целую кучу денег, чтобы я ушел от тебя навсегда, даже больше, чем оставила твоя бабушка.
Комок, до этого стоявший у меня в горле, опустился в желудок. Я резко выдохнула и отвернулась, обхватив себя руками. Хорошей новостью было то, что он, очевидно, верил в реальность нашего брака.
— Он ушел?
— Да.
— Тебе стоит принять его предложение, — сказала я. — Мы все равно разводимся. Ему не обязательно знать, что это уже было запланировано, — я старалась говорить искренне. Я только надеялась, что шероховатость моего голоса не выдала меня полностью.