Клятва на мизинцах
Шрифт:
Нет никаких сомнений в том, кем я должна быть. Стейт взбесится, если я пошлю ему
фотографию. Я думаю об этом с минуту, но потом решаю не делать этого. Его лицо будет
бесценно, когда увижу его.
Я вхожу в комнату походкой сексуального долматинца, чтобы привлечь внимание
Шейн. Мы перед ее зеркалом в пол делаем несколько селфи и, прежде чем уйти, обмениваемся пятерней, как маленькие дети.
Спортивное тело Шейн покачивается в коричневом трико и колготках. Ее кошачий
хвост плавно скользит позади нее, когда она идет, в то время как ее уши котенка со
стразами блестят. Мы получаем несколько свистков, когда выходим на улицу. Шейн
заставляет их замолчать средним пальцем. Но далее, мы получаем гораздо более странные
взгляды.
— То, что надо, — хипстер из колледжа останавливает нас на тротуаре. — Обожаю
эти наряды, девочки.
— Спасибо, — Шейн лучезарно улыбается ему в ответ.
— Это круто, выражать свою любовь друг к другу соответствующими костюмами.
— Прошу прощения? — спрашиваю я.
— Лесбиянки горячие, — отвечает он.
— Я люблю сосиски. Очень много большой и толстой колбасы, мудак, — Шейн
уходит прочь, и я следую за ней.
— По-моему, ты только что размазала того парня.
— Он этого заслуживает, — отвечает она.
— Он просто был милым.
— Это не поможет моему самолюбию. Я имею в виду, что даже не могу заставить
парня, который утверждает, что влюблен в меня, влюбиться в меня. Господи, садись за
руль.
— Я просто напьюсь сегодня вечером, — она вскидывает руки вверх.
— Боже милостивый, — шепчу я.
Я пытаюсь сосредоточиться на том, чтобы стоять прямо на этих чертовых каблуках.
Неровный тротуар не очень помогает делу. Слава богу, у меня есть немного координации.
Я смотрю на солнце и прикрываю глаза рукой. Вдалеке, высокий, красивый мужчина
заполняет мое поле зрения. Когда я подхожу ближе, то замечаю его обтягивающую белую
майку и подтяжки, прикрепленные к оливковым холщовым брюкам, с желтой шляпой
пожарного на макушке.
Жемчужные белки Стейта начинают гореть, когда мы приближаемся к нему. Затем я
замечаю, что его глаза изучают меня целиком. Да, это была его идея — стать дуэтом
пожарного и долматинца на ежегодной вечеринке в честь Хэллоуина в студенческом
общежитии, где живет большинство его приятелей. Он утверждает, что это была детская
фантазия. Для меня это чертовски нелепая фантазия, но я согласилась на нее.
— Эй, капитан, — мурлычу я, когда он оказывается в нескольких шагах от меня.
— Мы никуда не пойдем, — рычит он. Он хватает меня за плечи и разворачивает к
себе. — Тащи свою задницу обратно в общежитие и переоденься.
— Стейт.
— Ты не будешь в этом, — говорит он мне в шею.
— Но почему? — мне удается повернуться и посмотреть на него.
— Вот почему, — он хватает мою руку и тянет ее к своей эрекции.
— Кажется, у вас в штанах пожар, который нужно потушить, капитан, — я хватаю
его за нижнюю губу, а Шейн хватает меня за запястье.
— Мы уходим, голубки. Вы можете потушить этот огонь позже.
Стейт стонет, но в конце концов сдается. Райдер стоит у машины Стейта, одетый так
же, как и всегда, футболистом. У меня возникает непреодолимое желание пнуть его по
яйцам и заорать, чтобы он взял себя в руки. Но у меня и так достаточно проблем в жизни, и раз уж все наконец-то наладилось, это не мое дело.
Сексуальный и теперь разозленный котенок забирается на заднее сиденье вместе с
футболистом. Сегодня вечером мы не будем слышать чмокание губ.
Поездка проходит довольно в неудобной обстановке без какого-либо разговора, поэтому я поворачиваюсь к Стейту.
— Тебе действительно не нравится мой костюм? — я провожу рукой по чулкам в
сеточку, чтобы свести его с ума.
— Мне он чертовски нравится. Нужно было предложить тебе наряды священника и
монахини.
— Я чувствую себя в нем прекрасно.
— Ты выглядишь как гребаный грех на палочке, который я хочу проглотить.
— Именно такой реакции я и ждала.
— Если кто-нибудь сегодня посмотрит на тебя или хотя бы задержит взгляд, я
разорву им глотки.
— Остановись.
— Я серьезно. Повсюду будут кобели.
— Я вся твоя, — я сжимаю его руку. — Давай просто насладимся ночью.
— Я сделаю это после того, как возьму тебя. Когда мы туда доберемся, я найду
комнату.
— Эм, извините, капитан. Эти чулки не снимутся до конца ночи. Я должна буду
получить золотую медаль за то, что натянула их на себя.
— Чертовы блокаторы членов, — остановившись на светофоре, он пристально
смотрит на них.
Стейт выполняет свое обещание, рыча на каждого, кто смотрит в мою сторону.
Шейн также, как и обещала, наполняется алкоголем, стоящий везде, а Райдер просто
работает своей ослепительной улыбкой и дурацким характером. Они действительно
показывали безразличие друг к друге.
Я по-прежнему уютно устроена подмышкой у Стейта, избегая столкновения с
другими. Он предлагает несколько напитков, но сам не берет ни одного. Он сказал мне, что не пьет. Я знаю, что причина была в нашем детстве и вреде, причиненного алкоголем.
Трехэтажный дом братства заполнен телами, одетыми в разные костюмы. Впервые я
вписываюсь в компанию других женщин в распутных нарядах. Единственная разница в
том, что я нахожусь рядом со своим мужчиной, а не на охоте за ними. По всей комнате
гремит музыка, а трущиеся тела находились во всех направлениях.
Стейт замечает, что я зеваю, когда он смотрит на меня после разговора о футболе с
тремя другими крупными мужчинами. Я узнаю два лица с вечеринки в честь футбола, но