Чтение онлайн

Их ноги приземляются в конечной зоне, и он сажает ее, чтобы она исполнила свой

собственный победный танец. Остальная стартовая команда окружает их в победном

танце. Роу заканчивает свои движения и прыгает прямо в руки Стейта. Он спас ее, так же, как и меня.

По моему лицу катятся бессовестные слезы. Я думала, что испытывала уже радость, но все это слишком сюрреалистично, чтобы переживать. Стейт бежит прямо к нам, и я

остаюсь на месте, позволяя Роу самой к нам вернуться. Она испытала ужас, а теперь

посмотрела ему в глаза и победила.

Все, кто ниже нас, помогают ей перепрыгивать через спинки стульев. Она могла бы

подняться по проходу, но по истинной манере Роу она сама устраивает себе испытание.

Роу встает на свое кресле, уперев руки в боки и говорит:

— Мы сделали это. Мы только что провели победную игру.

Все вокруг нас разражаются радостными возгласами, одаривая ее ударами в ладонь.

Я возвращаю взгляд на ограждение и вижу, как мой номер семь улыбается мне в ответ. Он

произносит одними губами: «я люблю тебя», прежде чем выбежать обратно на поле.

Роу ест свой корндог, ожидая, пока хозяева поля вернутся к своему официальному

представлению. Ее синие с оранжевым наушники лежат под сиденьем, пока она болеет

вместе с остальной толпой. Наше нападение выходит на поле первым из-за чего она

хлопает уже сильнее вместе с остальными болельщиками.

Совсем другое дело, когда на поле выходит Стейт. Роу запрыгивает обратно на свое

место, чувствуя головокружение от возбуждения. Мне приходится бороться с желанием

утешить и предупредить ее о том, что вот-вот произойдет. Наш нежный великан

собирается измучить свое тело на поле.

Я держу руки прямо перед собой. Центровой передает мяч квотербеку, и тот бежит

со своей линии. Это похоже на волшебство, когда он понимает, какой будет игра, прежде

чем мяч покинет руки квотербека. Он проходит через линию и находится примерно в трех

шагах от того, чтобы сбить защитника.

— О нет, Шрек, — кричит Роу.

Я смотрю на нее, стоящую на стуле и жду ее реакции. Ее лицо искажается от боли, и

я могу только представить, как Стейт только что раздавил квотербека. Великолепная

улыбка появляется на ее лице, и она начинает хлопать, а затем сразу же закрывает уши.

Нагнувшись, я хватаю ее слуховой аппарат, но не предлагаю его ей, когда стадион

взрывается аплодисментами. Она выхватывает его из моих рук, и сама надевает себе, что

заставляет меня с гордостью улыбнуться.

Роу в своем состоянии до конца игры болеет с включенным слуховым аппаратом.

Она предлагает дать ей пять окружающей толпе и почти выпрыгивает из своего места, когда Стейт, наконец, завершает игру принцесс. Я действительно понятия не имею или

даже не могу точно определить в чем суть. Это их секрет, что заставляет ее сиять от

гордости.

Я не первая, кого он подхватил на руки за пределами раздевалки. Мы двое были его

принцессами, что было даже милее, чем я могу себе представить. Стейт представляет Роу

и мисс Тами своему отцу. Его матери нигде нет, и я не задаю никаких вопросов. Подражая

Стейту, Роу также энергично заказывает себе еду, что выступает в качестве отвлекающего

маневра.

По дороге домой мисс Тами и Роу спят на заднем сиденье. Стейт удерживает на

консоли мою руку.

— Ты сделал ее день.

— Нет, Королева, это она сделала мой день.

ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Я принимаю горячий душ, зная, что он принял душ в раздевалке, но я не скучаю по

его мышцам, зная, что он укладывает Роу в кровать, накрывая одеялом. Прежде чем уйти, он убедится, что она спит.

— Эй, милый, — я хватаю его за бедра, когда он входит в мою ванную.

Он целует меня, прежде чем раздеться догола, чтобы принять душ.

— Ты присоединишься ко мне?

— Нет, милый, наслаждайся горячей водой.

— Ладно, только не засыпай, хорошо?

— Конечно.

Как только он заходит в душ и пар покрывал стекло, я сразу хватаюсь за рубашку, которая была на нем. Я позволяю ему не торопиться, чтобы смыть всю игру и расслабить

все больные мышцы. По тому, как он ведет себя на поле, я понимаю, что это почти

невозможно.

Когда он выходит и вытирается, я приседаю на край кровати, делая вид, что читаю

журнал. Стэйт выключает свет в ванной, шагает ко мне, затем осторожно ложится на

кровать. Его тело покрывает мое. Я целую его душистую кожу и перекатываюсь на него

сверху.

— Ты значишь для меня все, — я покачаю бедрами по его боксерах.

Я чувствую, как он твердеет подо мной.

— И ты тоже, — он берет мою руку и целует кольцо.

Мои руки скользят по его груди к животу. Я просовываю руку под его боксеры и

поглаживаю член от основания до кончика, а затем протягиваю руку и включаю лампу на

ночном столике. Стейт закусывает губу, когда я кручусь на его бедрах. Повернувшись к

нему спиной, я медленно стягиваю его рубашку через спину и потираю свой центр о его.

Он понятия не имеет, что я без трусиков.

Мои ладони давят на его бедра, затем я сажусь обратно, и он полностью заполняет

меня. На этот раз нет его рта, чтобы заглушить мой стон. Это чистая самоотдача. Мои

зубы впиваются в нижнюю губу, пока не становится больно. Мне требуется вся моя сила, чтобы сесть прямо.

Я слышу его громкий вздох и знаю, что он воспринял сообщение громко и ясно. Мои

ногти впиваются в его плоть. Я поднимаюсь и падаю в свое наслаждение. Темп набирает

обороты. Это занимает долгие противоречивые моменты, пока я не чувствую, как его

пальцы впиваются в мою плоть. С этого момента он руководит нами, и мы падаем вместе.

ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Его лицо то появляется, то исчезает. Я стою рядом с маленькой девочкой, которая

снова и снова выкрикивает его имя. Она падает, ударяясь коленями о холодную плитку