Чтение онлайн

Мейбл дернула плечом.

— Причем тут родственники? Не будь у меня таланта, ничего не было бы.

Ральф рассмеялся.

— Мы даже не знаем, есть у нас талант или нет. И никогда не узнаем! Все ли твои подружки из колледжа стали известными художницами, Мейбл? Или только те, у кого есть богатые и влиятельные родственники?

Она замолчала. Видимо ему наконец-то удалось ее задеть. Некоторое время они ехали молча, и Мейбл отчаянно давила на газ, обгоняя всех, кто встречался на пути. Наконец показался их съезд, и Мейбл свернула, чуть не проскочив поворот. Город замелькал перед глазами, с его высотками, людьми, фонарями... Наконец она завела машину в паркинг и выключила мотор.

— Каково же твое истинное призвание, Ральф? — спросила она, — то, которое ты не реализовал, став журналистом известной газеты и заработав кучу денег? Все мечтали бы о такой карьере, но ведь не ты?

В голосе ее был сарказм. Золотые волосы немного растрепались, и плотными локонами ей падали на плечи.

— Я хотел стать морским котиком, — усмехнулся он, — но твоя бабушка предложила мне идти в Гарвард вместо тебя. И у меня не хватило сил отказаться.

Повисло молчание. Мейбл смотрела вперед, на пустую парковку и сонные ряды машин, стоящих стройными рядами.

— Получается, я мешаю тебе стать тем, к чему у тебя призвание? — наконец сказала она.

Лицо ее приняло жесткое и холодное выражение, которого Ральф никогда до этого у нее не видел.

— Ты — нет.

— Но ты делал все это для меня, — воскликнула она, — и отказался от того, чего так желал?

Ральф испугался. Казалось, ему удалось на самом деле обидеть ее. Казалось, она не расстроена, она в бешенстве.

— Я всегда желал только быть с тобой, — примирительно сказал он, беря ее руку, — просто... это все не я, Мейб... Это все какая-то чуждая мне жизнь. Мне даже нечем занять себя, и я не знаю, имею ли я достижения. Или я просто функция с красивым лицом, которое не стыдно показать рядом с заголовком.

Мейб отняла руку.

Губы ее были сжаты в тонкую линию, а глаза расширились.

— Возможно, ты прав, — проговорила она, открывая дверцу и поднимаясь на ноги.

Ральф тоже вышел из машины. Они стояли друг напротив друга. Ральф засунул руки в карманы, и смотрел на Мейбл, боясь, что наговорил лишнего.

— Ты абсолютно точно прав, — добавила она.

Она пошла вперед, а он следом, смотря на ее уверенные красивые движения успешной женщины.

— Мейбл!

Она обернулась.

— Я совсем не хотел тебя обидеть. Я люблю тебя. Но меня постоянно гложет эта мысль. Я ли это?

Мейбл остановилась.

— А как узнать? — спросила она, — как узнать, хороший ли ты журналист, и имею ли я талант?

Она замолчала, крутя ключи от машины на пальце.

Поднявшись к себе, оба долго стояли у окна, смотря на море. Мейбл была задумчива.

— Ральф?

Он вздрогнул, выплывая из своих мыслей.

— Мы ведь можем попробовать себя. Испытать, — глаза ее засияли.

— Как?

— Завтра я закрываю студию. Я... я буду учиться рисовать! А ты... — она положила руки ему на плечи и заглянула в глаза, — а ты можешь осуществить свою мечту так, как пожелаешь. Я уверена, мы оба способны на большее!

Паника накрыла его, когда он сел в самолет. Он и его оператор Джон Мигл оказались в первом классе, если так можно было назвать эти места. Смех солдат, крики сержанта, какие-то рюкзаки в проходе... Ральф вжался в кресло. Сумку и оборудование они оставили где-то, что называлось багажом, но теперь не были уверены, что поступили правильно.

Мейбл... Она не приехала проводить его. Две недели назад Мейбл собрала вещи, бросила ключи от квартиры в почтовый ящик, и ушла. Ральф боялся, что она ушла навсегда. Вернувшись домой и не обнаружив ее вещей, он упал на кровать и лежал, боясь разрыдаться, как мальчишка. Мейбл отпустила его.

Голос ее в телефонной трубке был веселым. Она рассказала, что улетела домой, где не была уже много лет. Улетела к бабушке, которую видела в последний раз пять лет назад у себя на свадьбе.

— Бабушка очень рада, — резюмировала она, — и я пока поживу у нее.

— Что ты будешь там делать, в этой дыре? — Ральф боялся, что начнет кидать предметы в стену, и сжал пальцы в кулак, — возвращайся.

Мейбл засмеялась.

— Знаешь, Ральф... Ты говорил, что нужно проверить себя. Узнать, на что ты способен. Ты сам говорил это!

— Но я не хотел, чтобы ты уходила!

Она помолчала.

— Но я и не ушла. Я временно уехала к бабушке. Чтобы ты мог делать все, что угодно. Начать с нуля. Стать военным. Сменить имя и попробовать устроиться в газету в Лондоне... Ты — свободен.

Губы его дрожали, когда он бросил телефон. Бросил в стену, понимая, что потерял Мейбл. Нужно было срочно ехать в Денвер и просить прощения, умолять ее вернуться, унижаться и рыдать у ее ног. Он прошелся по пустой квартире, ставшей холодной и серой в тот момент, когда Мейбл покинула ее.

Он не станет унижаться перед ней.

Если она хочет, чтобы он доказал ей, что и без ее денег способен что-то создать, стать кем-то, не просто игрушкой, не приложением к ней, у него есть шанс.

Ральф спустился вниз и купил новый телефон, набрал номер знакомого корреспондента.

— Милтон, вам не нужны люди в Афгане? Сирия? Можно Сирию. Я свободен. Да, захотелось пощекотать нервы...

Трубка запищала, и он сел на кровать. Вылет через три дня и у него куча дел.

Утром он пошел в банк и перевел все свои деньги на счет миссис Линден. Она когда-то дала ему в долг, чтобы заплатить за обучение в Граварде. Ральф усмехнулся. Значит все, что он имеет — принадлежит ей. Без нее он бы так и остался никем. Или стал бы сержантом морских котиков. Пусть считает, что отдает с дивидендами. Раздавшийся после этого звонок он не взял. Мейбл звонила еще много раз, но он не хотел с ней разговаривать. Пусть забирают свои деньги. Он оставил себе совсем немного, столько, сколько покрыло его расходы и сборы. А дальше... А дальше он узнает, что представляет из себя. Узнает, сможет ли заработать сам хоть что-нибудь. Хоть цент.

Самолет разбежался и быстро оторвался от земли. Взмыл в воздух, рассекая пространство. Мейбл осталась далеко внизу. Ральф смотрел в окно, вспоминая, как летал в Париж на каникулы. Сейчас каникулы его будут поопаснее любого Парижа. И он не уверен, что Мейбл пожелает дождаться его.

— Как ты? — Джон тронул его за плечо, — на тебе лица нет. Укачивает?

Ральф кивнул, не желая делиться с приятелем своими проблемами.

— Да, укачивает. Скоро пройдет.

Небеса приняли самолет, внизу плескался океан, и редкие облака позволяли видеть корабли, спешащие через Атлантику к берегам Африки и Европы. Маленькие, как игрушечные, они ползли где-то внизу. Ральф боялся, что сойдет с ума. Что он наделал? Но вспоминая свою собственную свадьбу, понимал, что все сделал правильно. Мейбл не понимает его. Она никогда его не поймет. Ей слишком легко все давалось в жизни. Не важно, есть ли у нее талант, если у нее есть дядя-герцог, и куча родни, умеющей поднимать трубку телефона... Он докажет им всем, что представляет из себя больше, чем просто ее игрушку.