Книга Азраила
Шрифт:
23. Дианна
– За твою голову обещана награда.
– Отпусти меня.
– Никогда.
– Каден хочет вернуть свою суку.
Мои глаза наотрез отказывались открываться, даже когда я с трудом приняла сидячее положение. На меня нахлынула волна тошноты, и я извергла содержимое желудка прямо на пол. Я почувствовала, как кто-то держит меня, сжимая руками волосы на затылке. Когда мое тело попыталось снова упасть, сильные руки меня поддержали. Что-то теплое омыло мои губы и лицо, прежде чем меня мягко уложили обратно. Все тело болело, и даже с закрытыми глазами мир вокруг меня кружился с бешеной скоростью.
Густая, сладкая жидкость заполнила мое горло, сняв боль, и я снова провалилась в сон. Больше не было ни боли, ни головокружения – только темнота, заполнившая все вокруг.
Мои глаза распахнулись, и я замерла.
– Я мертва. Я, черт возьми, мертва.
Передо мной возвышалась огромная золотая дверь с гигантскими факелами по бокам. Пламя мерцало и танцевало на невообразимой высоте. На поверхность двери была нанесена искусная резьба, изображающая неизвестную мне битву. За этой дверью должен пройти последний суд, после чего меня отправят в Ясулин.
Посмотрев вниз, я увидела, что на мне все еще белая майка, темные джинсы и туфли на каблуках. Я оттянула край майки, чтобы посмотреть на свою грудь, но не увидела там никаких следов нападения Софи. Странно. Ну, если я и правда мертва, по крайней мере, я буду стильным призраком.
Стоп, а как же Габби? Я огляделась, пытаясь найти выход. Мне нужно вернуться к Габби. Если я умру, она останется одна и наверняка ужасно разозлится. Что, если Лиам не выполнил свою часть сделки, потому что мы не нашли Книгу?
Я обратила внимание на резьбу на стенах. Она сочеталась с резьбой на двери и изображала множество разных сцен. Сражения, люди, бытовые сюжеты. Факелы простирались до самого конца зала, длинные малиновые гардины развевались на ветру. Вокруг было темно, если не считать слабого мерцания пламени.
– Эй? – крикнула я. – Тут кто-нибудь есть? Мне нужно дождаться окончательного приговора или я просто останусь тут навечно? Если вы все-таки здесь, то отзовитесь!
К моему удивлению, никто не ответил. Удивительно, что такое большое место, как это, не кишит людьми.
Разочаровавшись, я уже собиралась выкрикнуть ругательства, чтобы посмотреть, вызовет ли это реакцию, когда услышала приближающиеся шаги. Судя по всему, это был всего один человек, и шел он очень быстро.
Что ж, отличная работа, Дианна. Кажется, ты разозлила древнего зверя.
Я вскочила, отчаянно разыскивая место, чтобы спрятаться. Кто бы ко мне ни приближался, он сильно спешил.
Я продолжила пятиться назад, боясь повернуться спиной и пытаясь нащупать стену позади себя. Сделав последний шаг, я моргнула. Когда я открыла глаза, передо мной оказалась стена с резьбой.
Я только что прошла сквозь стену? Что происходит?
Я развернулась, чтобы осмотреть просторную комнату, и у меня перехватило дыхание. Я сделала один шаг, затем другой, заметив, что мои каблуки не издают ни единого звука. Тишина была оглушительной. Я остановилась посреди комнаты, чтобы оглядеться. По углам стояли массивные золоченые колонны, с резных окон свисала прозрачная ткань, обдуваемая легким ветром. Я запрокинула голову, уставившись в ночное небо, и почувствовала, как все перед глазами кружится.
Вот дерьмо.
Я определенно больше не была в мире смертных. Галактика, которую я видела сквозь полуразрушенную крышу, состояла из миллионов звезд и планет, не принадлежащих моему миру. Небесные тела освещали холодное небо всевозможными цветами – от алого до пурпурного и синего. Метеоры проносились сквозь иссиня-черную гладь, туманности медленно вращались вокруг своих орбит. Это был самый прекрасный вид, который мне когда-либо доводилось видеть. Никакая картина или фотография не могли с ним сравниться.
Крики и стоны оторвали меня от размышлений, и я поняла, что нахожусь не в каком-то причудливом мавзолее, а в спальне. Какой придурок захочет жить в комнате с открытым потолком, демонстрирующим чертову галактику?
Голоса стали громче, и я двинулась по направлению звука. Из темноты возникла кровать с тонким полупрозрачным балдахином. Мои глаза остановились на парочке, и я замерла, боясь выдать свое присутствие. Гладкие женские ноги были перекинуты через массивные мужские плечи, ее лодыжки сцепились за его головой. Он вошел в нее, вызвав целую симфонию криков и стонов – как женских, так и мужских.
Ногти царапали мускулистую спину, оставляя после себя маленькие розовые царапины. Он зарычал и сжал ее запястья над ее головой. Я почувствовала острую вспышку желания, наблюдая за тем, как этот мощный торс врезается в ее тело. Она выкрикнула имя, и жар, накопившийся в моем сердце, мгновенно погас, словно кто-то вылил на меня ведро холодной воды.
Я должна была заметить раньше – все его тело покрывали светящиеся серебряные татуировки, хотя я никогда не видела его голым. Я знала, что эта сцена навсегда останется в моей памяти. Вместе с осознанием ко мне пришло разочарование.
Чертов Лиам.
– Пожалуйста, не останавливайся, – простонала женщина.
Последовал грубый ответ, от которого меня едва не стошнило.
Я умерла, и это мое наказание. Это хуже, чем Ясулин. Я вскинула руки и отвернулась, чтобы не видеть очередной толчок его бедер. Не знаю, как я оказалась в воспоминаниях Лиама. Это невозможно, если только не…
Я замерла. Осознание происходящего молниеносно пронзило мой разум. Я в чертовом «кровном» сне! Я отчаянно мотала головой, закрыв глаза руками.
– Нет, нет, нет, нет…
Я опустила руки, глядя на шрам на своей ладони. Небольшой тонкий след пересекал ее наискосок, и я знала, что у Лиама был точно такой же. Но если бы это было причиной, я бы попала в его память раньше, тем более что я вздремнула во время поездки в конвое. Что, если он покормил меня? Моя грудь сжалась. Неужели я была так близка к смерти? Он накормил меня, чтобы я осталась в живых?
– Ты идиот! – я пнула кровать, на которой Лиам и эта загадочная женщина, кем бы она ни была, меняли позицию. – Зачем ты так поступил? – прошептала я, выдавливая слова.