Чтение онлайн

мы до сих пор удивляемся тому, как нам удавалось столько «впихнуть» в студента, и самое

удивительное – они брали!

Преподаватели кафедры имели значительную учебную нагрузку (до 24–36 часов в

неделю), добросовестно готовились к занятиям, но, несмотря на это, успевали посещать

опытных педагогов и друг друга, всей кафедрой обсуждая проведённые открытые занятия.

Кафедра, воспитанная основателями факультета, постепенно начала набирать педагогический

и научно-методический опыт. На семинарах выступала, как я уже писала, сама Тамара

Яковлевна. Особенно запомнился её доклад о структуре и унификации календарно-

тематических планов по предметам, о которых пришедшие из разных областей наук вновь

набранные преподаватели не слышали вовсе. А среди многочисленных проверочных

комиссий, которые осаждали факультет, были малокомпетентные, называвшие эти планы

«календарно-математическими». Часто делала доклады опытнейшая и дипломатичная

завкафедрой русского языка Раиса Николаевна Бедрик. Она безупречно владела русским

языком (а также французским, английским и испанским) и давала рекомендации по

разным видам работ со студентами-иностранцами и преподаванию гуманитарных,

общественных и естественнонаучных дисциплин на русском языке как иностранном.45

Ярко и незабываемо выступала эмоциональная, профессионально зрелая и

научно подкованная старший преподаватель, будущая завкафедрой «Языковая

подготовка» Ольга Мануиловна Воскерчьян. Блистая «чёрным глазом» она заставляла

восторженно и напряжённо замереть аудиторию от её докладов и сообщений

о

национально-психологических

особенностях

иностранного

контингента,

межпредметной координации и непривычном для слуха НСР – научном стиле речи.

Заслушивались и засматривались мы на удивительно тонкую красавицу, изысканнейшую

и изящнейшую женщину, «мисс факультет», факультетскую Мэрилин Монро – Нелли

Дмитриевну Габ. Она артистично и выразительно, бутоном складывая красивые губы для

произношения гласных и согласных, озвучивала созданный ею фонетический курс для

студентов. От неё трудно было оторвать взгляд не только мужчинам, но и женщинам.

Неподдельный интерес вызывали доклады профессионально грамотных,

притягательных своей компетентностью и женственностью русистов – королевы стиля

в одежде на факультете Людмилы Иосифовны Гомзы и чем-то неуловимо похожей на

актрису Ирину Муравьёву «обаятельной и привлекательной» Татьяны Владимировны

Теслюковой. От них мы впервые услышали выражения «лексико-грамматические

конструкции» и «семантизация синтагмы» (сочетаемость единиц языка в тексте) и

начали уже в зрелом возрасте осознанно повышать свою грамотность в русском языке.

Этому же способствовало общение с Ларисой Евгеньевной Лепиховой, которая

доброжелательно и с юмором отмечала ошибки ударения в нашей речи. Всё это шло на

развитие факультета и на пользу кафедре естественных наук, основная масса которой

не имела педагогического опыта и всегда в полном составе посещала эти семинары. Я же

восторженно внимала и училась всему вокруг, так как наконец, в середине жизни попала

в такое место, где всё было чрезвычайно необычно, интересно и так мне нравилось.

«НИКАНОРЫЧ»

Валентин Никанорович

Землянухин –

первый заведующий кафедрой

естественных наук

(с 1975 по 1976 год)

Первый завкафедрой естественных наук,

Личность, человек огромного масштаба.

Для женщин кафедры – защитник, друг.

А коль заданье даст: ну, надо – значит, надо!

Из посвящения Валентину Никаноровичу

Землянухину, 2000 г.

46

В 1975 году кафедру естественных наук (так она тогда называлась) возглавил доцент,

кандидат технических наук Валентин Никанорович Землянухин, пришедший, точнее,

брошенный из РИСХМа на амбразуру создания новой кафедры нового факультета. Первый

завкафедрой был личностью огромного масштаба во всех отношениях, соратником

и другом первого декана В.Д. Кишко и преподавал на кафедре математику. Валентин

Никанорович спокойно и рассудительно управлял разнохарактерным и стихийным

в своей эмоциональности женским коллективом кафедры. Но один Бог знает, какие

страсти бушевали у него внутри. И всё-таки руководство кафедрой было успешным, во-

первых, потому, что В.Н. Землянухин был великолепным специалистом, умным, глубоко

порядочным и доброжелательным человеком; во-вторых, он умел ценить чужой труд, а

работала кафедра не за честь, а на совесть. Он умел постоять за кафедру, и когда выходил,

покрытый красными пятнами, из кабинета декана после очередной рабочей взбучки, то,

окруженный взволнованными сотрудницами, только произносил: «Всё нормально, идите

работать дальше». После очередного объёма работы невпроворот и надвигающегося

следующего аврала говорил на собрании: «Просыпаюсь и не хочу идти на работу, но, когда

вспоминаю, что я не русист, вздыхаю с облегчением и иду». От русистов, которые были

основными кураторами студенческих групп и начинали обучение иностранцев, приехавших в

Советский Союз, практически с нуля, требовалось ещё больше кропотливой и неучитываемой

воспитательной и учебной работы. Но рабочие обсуждения в деканате заканчивались, а

дружба декана и завкафедрой продолжалась. Со стороны было интересно наблюдать, когда