Чтение онлайн

И, долго слушая, скажите: это он;

Вот речь его. А я, забыв могильный сон,

Взойду невидимо и сяду между вами,

И сам заслушаюсь, и вашими слезами

Упьюсь... и, может быть, утешен буду я

Любовью…

Александр Сергеевич Пушкин

Когда Людмилы Алексеевны не стало, иностранные студенты горевали вместе с нами

и говорили нам: «Вы даже не представляете, кого вы потеряли», имея в виду любимого

ими и, самое главное, понятного им и понимающего их педагога и человека. А я думаю,

как хорошо, какое счастье, что в те времена были регулярные взаимные посещения занятий

и часть кафедры могла перенять бесценный опыт Людмилы Алексеевны. По существу,

она была прародительницей созданных гораздо позднее на кафедре информационных

аккумулятивно-адаптационных технологий, которые позволяют за короткий период обучения

интенсифицировать учебный процесс с иностранцами на научной основе. В настоящее

время эти технологии являются визитной карточкой кафедры и основой её педагогической и

методической работы.

Нынешняя заведующая кафедрой С.Б. Калашникова не только освоила методику Л.А.

Толстых, но и усовершенствовала её, а доцент Н.Е. Драпкина, последователь, до сих пор хранит

записи посещения ее занятий и методические разработки по физике как напечатанные, так

и написанные легко узнаваемым незабываемым почерком. Невероятно приятно было читать

в юбилейных анкетах С.Б. Калашниковой, О.А. Игнатовой, Н.Е. Драпкиной, что именно

Л.А. Толстых сыграла значительную роль в становлении их как личностей и педагогов. При

её чёткости и таланте организатора Л.А. Толстых любила всё планировать. Она записала в

своей деловой книжке, кому и когда из 30-40-летних преподавателей кафедры, в том числе

и ей, исполнится 50 лет, чтобы отметить с размахом замечательную дату – свои юбилейные

полвека и уважаемых ею коллег. Она ушла из жизни, когда ей было всего сорок шесть…

Мы часто вспоминаем Людмилу Алексеевну по самым разным поводам, связанным с

делами на кафедре или на секции физики, и просто как человека и друга. Но больше всего

в связи с тем, как бы она, честный и ответственный коммунист, приняла наше неспокойное

время, выбросившее на поверхность жизни много негативного. Не знаем, как бы она к этому

отнеслась, смогла бы адаптироваться, пережить. И теперь уже никогда не узнаем.

63

Секцию физики в конце 70-х годов ХХ столетия представляли также молодые

преподаватели Лидия Николаевна Гончаренко, Софья Алексеевна Урурова и преподаватель

средних лет Светлана Ивановна Проценко, которая много лет назад ушла с факультета, но все

эти годы звонит, поздравляет кафедру со всеми праздниками и говорит добрые и приятные

слова в адрес преподавателей.

ЛЮБОВЬ НИКОЛАЕВНА

Любовь Николаевна

Леваденко

Судьбы иной не представляем,

Ошибка ж в том,

Что не живём, а оставляем

Всё на потом.

Так, мельтеша, и существуем:

Сквозь слёзы – смех,

О главном – походя и всуе,

А это грех! Анатолий Яровой

Заведующей секцией математики

была пришедшая чуть позже

из мединститута опытнейший

преподаватель

и

математик,

мудрый человек Л.Н.Леваденко.

На переднем плане справа

Л.Н.Леваденко и Л.Б.Олехнович

(1978 г.)

Она была старше всех на кафедре, понимала многое в работе и жизни лучше всех нас, видела

наши ошибки и просчёты и не боялась говорить о них прямо в глаза хоть заведующему

кафедрой, хоть вышестоящим чинам. Я помню, как она заходила ко мне в кабинет (когда уже

я стала завкафедрой), закрыв за собой дверь и, поблёскивая стёклами очков, выдавала мне

мои недоработки, раскладывая их по полочкам. Я одномоментно обижалась, но, ворочаясь

вечером с боку на бок и вспоминая её замечания, признавалась себе в том, что она была

права, старалась прислушаться к её словам и исправить ошибки. Любовь Николаевна

обладала врождённым чувством собственного достоинства. Уже в те времена, задолго до

перестройки и демократии, она говорила, что преподаватели не должны застилать постели

студентам и встречать их чаепитием в общежитии по приезде, что это унижает достоинство

преподавателя, что советские педагоги должны себя ценить и отдаваться тому делу, которому

предназначены, – преподаванию. Я писала в те годы к капустнику один из вариантов романса

«Калитка»:

Лишь только вечер затеплится синий,

В общежитье дежурить иду.

Все студенты меня кастеляншей

Называли в прошедшем году.

64

Постелю мавританцу простынку,

Нигерийцу заклею окно,

Принесу я из дома им коврик –

Дома я не живу всё равно.

Лишь только утро в окошко заглянет,