Чтение онлайн

Потребность в таком чередовании, говорит за то, что сам человек сотворен не одной целостной силой, а по крайней мере двумя, которые были противоположны и соперничали друг с другом. О том, что это за соперничество, носило ли оно характер творческого состязания богов — творцов человека, или оно носило конфликтный характер с рождением Мирового Зла — мы поговорим ниже. Здесь, мы воспринимаем это как имеющий место факт: человеку, для счастливой жизни, надо чередование некоторых противоположных явлений. Это чередование, иными словами, равновесие и характеризует состояние дарна.

В состоянии дарна нет места абсолютному злу, но есть место тьме и разрушению отжившего. Смерть в дарна как насилие не рассматривается. Человек знает время, когда он умрет и спокойно приглашает по этому поводу родственников.

У человека живущего по дарна все получается. Он всегда находится в ладу сам с собой, чтобы он ни делал. Он никогда не опаздывает, в жизни ему хватает времени на все. Он может торопиться, но он не впадает в состояние растерянности и паники.

Дарна предполагает, что всякое деяние своевременно и уместно, а метаний и ошибочных поступков — нет. В дарна человек знает, что делает. Во множестве конкретных случаев это знание проявляется в результате освоения какого-то ремесла. В смысле же философском и духовном — это умение жить, совершать деяния жизни в той отточенной правильной форме, которую предлагает народная традиция. Иначе говоря, дарна предполагает освоение опыта предков, который за многие века отсеял ошибочные поступки.

И обратно; пребывающий в дарна человек начинает предвидеть будущее и совершает естественные для себя поступки, которые иным людям будут понятны лишь к определенному сроку. Пророк или мастер, предвосхищающий время, действуют в состоянии дарна. Когда они начинают догадываться, что служат дарна как задуманной Родом идее совершенного мироздания, то утрачивают материальные критерии ценностей, приближаются к богам и далеко не все люди могут понять их.

Все люди-творцы так или иначе пребывали в состоянии дарна. Человек в дарна — это человек на своем месте. Если человек редкостный чудак, то и мир его пребывания в дарна под стать ему. В нем он ощущает себя по-человечески счастливым. Он живет тем, что создал сам. Но при этом, он не должен отравлять жизнь окружающих. Дарна требует, чтобы творец сумел перейти к гармонии не только в мире своего творчества, но и в мире родовых отношений. Это существует в виде не писанного закона.

Мир тяготеет к состоянию дарна, но не всегда оно возможно. Разрушение дарна может быть сиюминутным и быстро восстановимым усилием воли.

Но возможны целые эпохи, когда все нацелено на разрушение дарна. Таково наше время. Как правило, вне дарна оказывается человек, который ставит для себя целью жизни борьбу за деньги и социальный статус. Есть немало идеологов, которые провозглашают, что это единственные, соответствующие природе человека цели.

В противовес этой позиции отметим, что таким целям не следовал ни один человек, из тех, что творили величие и славу любой нации. А если они их и ставили, то это были лишь вспомогательные средства.

5. Дарна, охватившее большие массы людей на долгое время, может пониматься как "золотой век". Считается, что эпохи, в которых осуществлялся золотой век, безвозвратно миновали. Ныне о возможности золотого века говорят в своих книгах Г. П. Якутовский ("Русский мир и рай земной", Москва, 1995) и Теренс Маккена. (Пища богов, Москва, 1995). Оба они считают, что земной рай возможен при условии прекращения безудержного стремления к обогащению и власти.

Якутовский пророчил, что в согласии с астрологическими сроками, мужчины откажутся от агрессивных и алчных устремлений, и признают главенство женского начала. Случиться это должно в (после) Купалы 2003 года.

Якутовский привлек сотни людей под реализацию своего проекта — "Рая земного". Но он не понял, что в России харизматический лидер себе не принадлежит, и должен пожертвовать своей самостью ради идеи. Люди скоро увидели в Григории наслаждающегося лжепророка, и проект рухнул.

Авантюрная попытка быстрого изменения характера цивилизации потерпела неудачу, но в результате нее много людей узнали друг о друге. На осколках "Рая земного" возникла община "Коляда".

Идея Якутовского продолжает тлеть до сих пор. Ее правда в том, что малыми сообществами люди все же могут входить в состояние дарна — как бы жить для себя в золотом веке, в то время, как глобально, в рамках цивилизации, дарна остается нарушенным.

Т. Маккена рассматривает современную цивилизацию как мрачную эпоху «владычества». Чтобы перейти к светлой эпохе «партнерства», по его мнению надо сменить в обществе доминирующий наркотик: запретить водку, табак и сахар, а разрешить марихуану и другие наркотики растительного происхождения, принимавшиеся издревле. При этом, у человечества произойдет изменение ценностных ориентиров — они войдут в соответствие с теми, которые имели место в древности, когда люди были счастливее.

Идея, что наркотическое средство может спасти мир от зла — древняя. Еще в зороастризме, в мифах об испытании Заратустры есть весьма показательный диалог.

— Каким оружием, каким словом поразишь ты мои создания? Спросил Заратустру дух зла Ангхро Майнью.

Ему сказал Спитами Заратустра:

— Ступкою, чашею, хаомой и словом, изреченным Маздою! Вот мое оружие самое лучшее!

Иначе говоря, ритуальный галлюциноген — хаома приравнен пророком к слову доброго бога. Так же освящена и ступка — предмет, в котором создавался порошок — основная составляющая хаомы.

Отличие современной эпохи от эпохи Заратустры в том, что тогда производство хаомы было таинством. Ее создатели не помышляли о ее массовом производстве и сбыте. Рецепт ее утрачен. Сегодня же галлюциногены утратили свою сакральность, а их производство превратилось в индустрию.

Можно рассматривать Якутовского как безнадежного идеалиста, а Маккену — идеологом наркобизнеса. Как бы то ни было, идея золотого века под разными названиями прослеживается со времен Платона. Образ жизни людей в золотом веке понимался во все времена по-разному, но общей была идея, что человек должен быть счастлив.

Возможность золотого века сводится к разрешению вопроса: может ли человечество как-то утолить свои потребительские побуждения и договориться, чтобы жить в состоянии устойчивого счастья?

Индоевропейцы полагают, что эпоха, называемая "золотой век" была. Это ни что иное, как торжество принципа дарна на земле, и повторение его возможно. Идея построения коммунизма есть отражение идеи золотого века. Ошибка коммунистов в том, что для построения общества на основе дарна нужна не бесконечная антогонистическая борьба и неограниченная материальная база, а языческая вера, приводящая к добрым человеческим отношениям.

Золотой век возможен, если люди в своей массе возвратятся к древним исконно своим верованиям и переосмыслят языческие ценности в рамках сегодняшних знаний и понятий. При этом должен произойти разумный отказ от насильственного стимулирования потребительства. Человеку нужно много меньше того, что он порой потребляет. Пытаясь потребительством компенсировать в себе недостаток дарна, человек, в действительности, еще более нарушает свое внутреннее равновесие.

6. Выход из порочного круга отношений владычества предлагают учения восточной ориентации, построенные на буддизме. Они опираются на тезис, что бытие мира есть и будет всегда бессмысленной суетой и погоней не удовлетворенных за удовольствиями. Мир неисправимо порочен, он обречен на страдания, и выход возможен только путем бескомпромиссного разрыва связи с ним.

По сути, эта позиция предполагает, что золотого века никогда не было и не будет. Он, в принципе, состояться не может. И значит ни личное, ни групповое, ни всеобщее пребывание в состоянии дарна — невозможно. Это означает, что народ, в рамках своей культуры, не может придти к состоянию дарна. Это одно из существенных отличий восточного мышления от индоевропейского.