Чтение онлайн

Эта красивая молитва дает не только образец обращения к богам в античности, но и содержит ряд моментов, которые сейчас принято ошибочно приписывать христианству. В последующих пунктах мы обратимся к анализу этой молитвы. Здесь же она дана как образец торжественной античной молитвы со свойственной ей витиеватостью, которой обрастает всякий культ по прошествии столетий.

Другая молитва, уже нашего времени, взята из книги "Целительные секреты" написанной колдуном Степаном Байдужевым, изд. «Световит», г. Запорожье, 1992 г. Вот фрагмент текста с молитвой:

"… будет полезна молитва, которой вы должны пользоваться ежедневно: "Да воскреснут Боги наши, и расточатся враги их, и да побегут от Лица Их, ненавидящие Их, как исчезает дым, да исчезнут, как тает воск от лица Огня, так да погибнут бесы и чужеродные наваждения от лица любящих Богов своих, да восстанут нам на защиту, Духи предков наших да изгонят все плохое, что поселилось в нас, да очистят сердца наши и сознания от всего плохого и чужого, да вернут к жизни разум и Души наши".

Любая молитва должна исходить от сердца, обращаться к высшим силам вы можете и своими словами, но ваше обращение должно исходить от сердца."

4. Вернемся к нашему изложению. Вторая часть молитвы — уход внутрь себя и стремление ощутить внешний мир как бы своим внутренним содержанием, оказывается общим элементом как в описанной здесь технике молитвы, так и в медитации йогов и даже в умной молитве христиан. Это такая же общая для людей способность, как ходить, дышать или говорить. К этой общей способности и прибегают в медитативных практиках. При этом инструментом ощущения мира становится тело, те его части, которые не имеют известных органов чувств, но которые настроены на восприятие иных планов бытия.

Йоги, в своей аскезе, по сути молитве, надолго затихают, замкнувшись в своем внутреннем покое. Их сознание оказывается на грани отключения, ощущения материального плана пропадают и наступает состояние внутреннего уюта, при котором надо следить за дыханием. Иначе дыхание сбивается, и состояние разрушается. Это состояние уюта замкнутой души есть пребывание на грани нирваны, оно рассматривается йогами и буддистами как самоценность, перед которой мирское бытие лишается смысла.

Христианские старцы, обращаясь к своему богу, сперва каются и много раз произносят известную молитву: "Господи, сыне боже Исусе Христе помилуй мя". После этого, они мысленно помещают свой разум в сердце, а прагматическую его часть стараются погасить. Когда они чувствуют, что разум не рождает более мыслей без возникновения к ним сердечного, чувственного отношения, они приглашают бога в свое тело, в сердце. В сердце, точнее в области груди, при этом обнаруживается появление божьей благодати, от которой ощущается разлив по телу приятного тепла. Почувствовав это и продолжая мысленно говорить молитву как мантру, старец подымает благодать из груди, из сферы чувственных ощущений к голове, где задавленная прагматичная часть разума должна безусловно подчиниться благодати, и добровольно сойти на второй план, уступив голову разуму объединенному с сердцем. На освоение этой техники уходили годы.

При длительной практике этого действия, наступает внутреннее видение какого-то света. Цель этой молитвы — слияние разума христианского адепта с богом навсегда. Простых мирян этой молитве и аскезе не учили. Для мирянина проповедовался экстаз покаяния и смирения.

5. Йога и умная молитва возникли благодаря тому, что по мере развития древнего общества, происходит расчленение сознаний индивидов. Такое сознание начинает различать логическую сферу и сферу чувственную, эмоциональную, которая более древняя. С этим явлением столкнулись жрецы и философы как Индии, так и античного мира.

Древнее индоевропейское язычество строилось на чувственном ощущении мира. При этом разум признавал это чувственное ощущение как объективную ценность. В развитии индоевропейцев наступил момент, когда разум начал подозревать, а потом и укрепился в идее, что чувственное начало не главное, не достаточное, а, возможно, и просто ложное. Чувственное начало древней ведической религии не давало ответов на логические вопросы разума. Произошло расчленение сознания на чувственную и логическую сферы, которые вошли в противоречие.

С этого исторического момента и начались искания новых религиозных форм, которые удовлетворяли бы расчлененное сознание. В результате ведическая религия утратила свой авторитет. В противовес ей, в Индии появились движения аскетов, а затем буддизм. В Азии — христианство с умной молитвой.

Эта тенденция исторического развития нашла и мифологическое отражение в буддизме, где боги считаются мучимыми страстями — чувственным началом, а люди оказываются выше богов, в том смысле, что имеют возможность отказаться от своего чувственного начала и уйти в нирвану — навсегда лишиться перевоплощений в нашем прекрасном мире. Такой переход к буддизму не связан с материальной сферой жизни людей, а является прямым следствием религиозной эволюции, результатом борьбы духовных ценностей. Подробности этой религиозной борьбы рассмотрим в следующей главе.

6. Умная молитва связывает разум и чувства с христианским богом, и через это преодолевает расчлененность сознания. Практикующий ее старец оказывается цельным, законченным продуктом своего дела. В результате умной молитвы, как и в йоге, происходит постепенный отказ от умственных и чувственных занятий, которые лежат вне избранной практики.

Умная молитва оформилась в первые столетия существования христианства. В то время не одни только христиане, но и весь античный мир задавался целью восстановить расчлененность сознания. Это осознавали, в этом направлении работали и языческие жрецы. Достигалось это в мистериях, о которых подробно будет сказано ниже. Мистерии давали понять человеку, что его существование в объективном плане, есть не единственное место его существования. В мистериях, человек попадал в иные миры, с иной ценностной системой. Факт этого заставлял задуматься об относительности выводов разума полученных на основе прагматизма и открытой в античности логики, и не позволял пренебречь верой.

Если мистерии указывали разуму на его тщетность, то действия, аналогичные умной молитве, направлены на смирение разума, когда тщетность разума считается уже доказанной. Христиане полагают разум непослушным и даже враждебным началом. В античности, человек всегда видел в разуме союзника и просто догадывался, что он имеет обыкновение браться не за свои дела. Сегодня мы разделяем это античное понимание.

Естественно полагать, что умная молитва идет от практики жрецов античности. Идея приглашения в себя божества, слияния с ним и обращение себя в проводника его воли не христианская. Она древнее христианства, она универсальна, обнаруживается во все известные нам эпохи.

Утверждение, что в человека может вселиться дух — принадлежит к древнейшим языческим верованиям. Идея жрецов, что при правильной молитве божество войдет в тебя и окажет желаемое действие, восходит к практике вызова духов шаманами. Молитва оказывается элементом того — как это делать. В христианство эта техника перешла из герметических сект поздней античности.

В силу общей организации человеческого организма, техника умной молитвы обязана обладать элементами универсализма. Знакомящиеся с ней йоги находят, что она им очень близка. Можно считать, что аналогичную технику имели и жрецы Египта. Позднее техника молитвы была позаимствована у них герметиками, а еще позднее христианами, и должным образом приспособлена под свою религию.

7. Все это позволяет считать, что аналогичными техниками могли владеть и славянские волхвы. Но мы ограничились описанием техники как бы обратной — молящийся сообщает богам о своих чувствах, отдает их им в виде некоего психического пакета, и оставляет за богами право — как им при этом поступать. Техника аналогичная умной молитве — это приглашение и понуждение духа (многих духов или божества) в свое тело. Техника остается техникой, вера дает ей конкретное приложение.

Вернемся снова к языческой молитве, отметим ее принципиальное отличие от молитвы христианской. Мы сказали, что молитва начинается с подготовки тела и места, произнесения слов обращения к богам, или духам, и далее во внутреннем сосредоточении на словах молитвы, на ожидании изменений в себе и созерцании природы. Молитва в буквальном смысле отдается Природе. Пребывает в ней как духовное образование и живет тем дольше, чем совершеннее произведена.