Чтение онлайн

– На крыше, по всей видимости, был. А там, где мы стояли, мы были надежно защищены и не заметили его. Перемещаясь вдоль крыши, воздух образовал круговорот, подхвативший сломанный сук, после чего начал гонять его то в одну, то в другую сторону. На самом деле, попав между двумя крышами, воздух начинает закручиваться. Надеюсь, вы удовлетворены подобным объяснением? Я - да.

После чего сук был торжественно сожжен, а женские страхи, - я надеюсь, - развеялись.

Вечером, после ужина, когда я сидел с женой, она сказала мне:

– Половины бутылки вполне хватило бы, Эдвард. На самом деле, я думаю, что и половины слишком много; тебе не следует давать слугам шерри, они привыкнут, и это приведет к плохим последствиям. Если бы это было вино из бузины, тогда другое дело.

– Но у нас нет вина из бузины, - заметил я.

– Думаю, ничего плохого не случится, но все-таки...

– Пожалуйста, сэр, там опять началось.

В дверях стояла горничная, с бледным лицом.

– Не может быть, - сказал я.
– Мы же сожгли его.

– Это из-за шерри, - заметила жена.
– Теперь они будут видеть призраков каждую ночь.

– Дорогая, но ведь мы с тобой тоже видели его!

Я встал, моя жена тоже, и мы, как и вчера, отправились в проход. И точно так же, как и вчера, в пятне лунного света, проходившего через окно в крыше, увидели руку и тень, в развевающихся одеждах.

– Это не был сук, - сказала жена.
– И если бы это случилось сразу же после шерри, то я не была бы удивлена, но сейчас... сейчас это выглядит странным.

– Я запру эту часть дома, - сказал я. После чего попросил слуг провести еще и эту ночь на кухне, "заварив себе чай", поскольку знал, что жена не даст мне выделить им еще одну бутылку шерри.
– Завтра же ваши кровати будут перенесены в восточное крыло.

– Прошу прощения, - сказала кухарка, - я говорю от имени всех. Мы не думаем, что можем оставаться в доме; если здесь творятся такие вещи, нам лучше его покинуть.

– Видишь, чай не помогает, - сказал я жене.
– Хорошо, - произнес я затем, обращаясь к кухарке, - поскольку призрак явился снова, сегодня ночью вы получите бутылку хорошего теплого портвейна.

– Сэр, - сказала кухарка, - если бы вы смогли избавить дом от призрака, мы бы с удовольствием остались. Нам нравится у вас работать, вы хороший хозяин.

Наутро все вещи слуг были перенесены в восточное крыло, в комнаты, где им отныне надлежало расположиться. Как только они оказались вдалеке от западного крыла, их страхи мгновенно исчезли.

Проливные дожди с грозами, шедшие всю неделю, возвестили о скором приходе зимы.

Я обнаружил, что то ли кедровый сук, то ли сапоги мастера, - не могу сказать, - повредили желоб на крыше; вода стала проникать в дом, струиться по стенам и грозила серьезно испортить потолок. Я вынужден был послать за водопроводчиком, чтобы он все привел в порядок, как только позволит погода. В то же время, я отправился в город, чтобы повидаться с мистером Фрейметтом. Я пришел к выводу, что Фернвуд мне не подходит. В договоре же имелся пункт, согласно которому, если я в первый месяц аренды находил какие-либо недостатки, то он мог быть расторгнут не через год, а через полгода. Владельца дома я нашел в клубе.

– Я же вас предупреждал, - сказал он, - не переселяться туда в ноябре. Никто не хочет жить в Фернвуде в ноябре; хотя в другое время там все в порядке.

– Что вы имеете в виду?

– Там всегда спокойно, за исключением ноября.

– Что вы имеете в виду, когда говорите о спокойствии?

Мистер Фрейметт пожал плечами.

– Я не могу вам объяснить. Это связано с духами, а я в них не верю. Может быть, мадам Блаватская и смогла бы вам разъяснить, а я - нет. Но факт остается фактом.

– Какой факт?

– В ноябре там появляется привидение, а во все другое время его не видят. Должно быть, именно тогда с ней произошло несчастье.

– С кем?

– С моей тетей Элизабет, двоюродной тетей.

– Вы говорите загадками.

– Я знаю очень мало, потому что это меня никогда особо не заботило, - сказал мистер Фрейметт и отхлебнул лимонного сока.
– Дело в том, что моя двоюродная тетя была не в своем уме. Семья держала это в тайне, и, не желая отправлять ее в сумасшедший дом, держала в комнате, в западном крыле. Вы могли заметить, что эта часть дома отделена от остальных. Полагаю, с ней не много общались и держали взаперти, поскольку она вела себя неподобающим образом и рвала на себе одежду. Однажды ей удалось выбраться на крышу, и она бродила там, вверх и вниз. Ей позволяли это делать, поскольку надеялись, что свежий воздух может оказать на нее благотворное воздействие. Но однажды ночью, в ноябре, когда она, по своему обыкновению, выбралась на крышу, случилось несчастье. Она сорвалась. Дело замяли. Мне очень жаль, что вы поселились в доме в ноябре. Мне бы очень хотелось, чтобы вы купили его. Я от него устал.

Я и в самом деле купил Фернвуд. Так сложились обстоятельства: мастера, чинившие крышу, что-то там замкнули, - это они умеют, - и вспыхнул пожар, полностью уничтоживший западное крыло. Поскольку оно было отделено от остальной части дома стеной, она не пострадала. Восстановлению крыло не подлежало, и я, решив, что с его исчезновением исчезнет и призрак, мучивший обитателей дома, купил Фернвуд. И не ошибся в своих ожиданиях.

ТЕТУШКА ДЖОАННА

В округе Лэндс-Энд имеется маленькая деревушка с церковью, именуемая Зеннор. Собственно говоря, ее и деревушкой назвать сложно - несколько разрозненных ферм, и разбросанные тут и там прижавшиеся друг к другу домишки. Природа округа довольно сурова, неглубокий слой почвы прикрывает гранит, во многих местах выглядывающий ровными площадками, там, где яростные ветры с моря унесли землю. Если здесь и пыталось время от времени укорениться какое-нибудь дерево, это ему не удавалось по причине сильных штормов, но золотой дрок и вереск, бросая вызов всем ветрам, покрывали болотистую местность травяным великолепием, окрашивая ее, а также холмы, летом малиновым, а зимой - мягким теплым коричневым цветом, подобным цвету меха животных.

Маленькая церковь Зеннора была выстроена из гранита, грубой простой кладки, приземистая, чтобы не поддаваться натиску штормов, но с башней, бросавшей вызов ветрам и длительным дождям; полностью лишенная скульптурных украшений, которые давали бы возможность воде скапливаться и точить камень. В приходе Зеннора имелся один из лучших кромлехов Корнуолла, огромная плита из необработанного камня, напоминавшая стол, придавливавшая стоявшие вертикально столбы, такие же грубые и необработанные.

Неподалеку от этого памятника седой старины, насчитывавшего не один век, одиноко жила старая женщина, в маленьком одноэтажном домике, построенном из темного камня, без фундамента, скрепленного известью. Крыша его была сделана из соломы и вереска; над крышей едва выступала дымовая труба, прикрытая двумя плитами, чтобы не дать западным и восточным ветрам препятствовать выходу дыма. Когда ветер дул с юга или севера, дым должен был сам искать выход, каковой находил во входной двери, едва-едва или же совсем не попадая в трубу.