Чтение онлайн

Настало время спросить себя: кто стал причиной сих бедствий? Колдуны и ведьмы, якобы заключившие договор с Дьяволом и потому получившие некую власть творить зло, либо те, кто, руководствуясь чрезмерным рвением и слепой страстью, навлекли на нас смертный грех, ибо погублены были невинные без достаточных на то оснований? Сдается мне, что любой в твердом уме, а уж тем более добрый христианин, не станет утверждать, что какая-то там ведьма в силах заставить Дьявола забирать жизни. Если же у нее вдруг возникли такие способности, то тому должны быть предоставлены убедительные доказательства.

Меня спрашивают: зачем я вновь поднимаю эту тему? Зачем ворошить погасшие угли? Не лучше ли оставить все как есть, чтобы салемские ужасы поскорее забылись? Ведь мы не в силах воскресить невинно осужденных и казненных, а лишь привлечем внимание, возможно ненужное, к главным действующим лицам и двигателям этих событий.

Отвечу по совести: я считаю, что, замалчивая совершившееся, мы только льем воду на мельницу Дьявола, ибо если не вынести на всеобщее обозрение ложь и коварство слуг его, то очень скоро нечистый вновь поднимет голову. И если верить поступающим сведениям, нечто похоже творится в этом году в Шотландии. Сравнивая салемские события с заразной болезнью, вспышка которой может произойти где угодно, считаю своим долгом предотвратить ее распространение настолько, насколько это в моих силах, чтобы не было больше кровавых и бессмысленных жертв. Взвесив все «за» и «против», я решил, что лучше окажусь под огнем беспощадной критики, зато поспособствую восстановлению справедливости. Если бы измышления о силе Сатаны были лишь частным мнением кучки отщепенцев, не умаляли бы славу Господню и благоденствие рода людского, я бы промолчал, но сейчас, получив повестку в суд для объяснения моего поведения, считаю, что сам Господь призывает меня вступиться за правду против нечестивых языческих и папистских [386] измышлений, кои до сих пор владеют умами. Ибо хотя у христиан есть их священные книги – единственный источник их веры и ее догматов, адепты вышеуказанных измышлений считают, что священных книг недостаточно, красочно описывают преступления ведьм и колдунов, равно как и те признаки, которые они считают достаточными для того, чтобы приговаривать чародеев к смерти. И вот уже вокруг проливаются реки крови в наказание за воображаемые деяния, совершенные даже не людьми из плоти и крови, а духами или призраками. Хоть я и не отрицаю, что ведьмы и колдуны существуют, но попирать заповеди Божьи столь беззастенчивым образом недопустимо и преступно.

Ибо согласно заповедям Его, Господь единолично управляет миром, и насылать на род людской различные бедствия, бури, напасти и болезни лишь в Его власти. Поборники суеверий, однако же, твердят, что и Дьявол обладает всеми этими способностями, готов применить их, коли его попросит ведьма, и убивает он невинных или причиняет им вред, возвысясь над законами природы и естественными причинами. И вот случилось так, что во имя поддержания сих опасных суеверий многие лишились жизни на самом деле.

Каждому доброму христианину известно, что коли есть у человека какие-то выдающиеся силы и способности, то они у него от Господа. Вместо этого на суде в Салеме прозвучало, что раз проповедник мистер Бэрроуз отличается невиданной физической силой, то сей дар у него от Сатаны. Свидетельства же его одноклассников, знавших его с младых лет как отменного силача, почему-то остались без внимания. Получается, что защитники суеверий отрицают самый промысел Божий.

Особую неприязнь вызывают у меня те из них, кто вдруг проявляют неожиданное милосердие и принимаются защищать своих соседей от обвинений, выдвинутых на основе «призрачных доказательств». Они напоминают мне деспота, собравшего против своих подданых невразумительные показания о мнимых преступлениях, который через это становится хозяином их жизней и дарит им эту жизнь от щедрот своих, а они благодарят его и называют милосердным правителем.

Вы скажете, что достаточно самонадеянно для человека, не имеющего глубокого образования и не прочитавшего многих ученых книг, решить, что может он честно рассказать о том, откуда пошли столь опасные заблуждения и сколько времени они уже существует. Однако мне кажется, что даже из того, что я прочел и изучил, уже можно сделать вывод о происхождении веры в могущество злых сил и в их лжечудеса.

Обратимся к истории Иустина Мученика [387] , мыслителя, жившего во II веке от Рождества Христова: до своего обращения тяготел он к философии стоиков [388] , позже к учению перипатетиков [389] , а затем платоников [390] . Изучив эти доктрины, Иустин счел, что все они приуготовляют к принятию христианского вероучения. Однако же, по свидетельству Григория [391] , рассуждая об известном маге Аполлонии Тианском [392] , сказал Иустин следующее: «Если Господь – создатель и повелитель мира сего, то почему дал он Аполлонию власть совершать чудеса, останавливать волны морские, укрощать яростные порывы ветра, отвращать полчища назойливых мух и защищать от нападения диких животных?» Если даже такой стойкий христианин Иустин, принявший смерть за веру, был ввергнут в сомнение проявлениями чародейства, то не удивительно, что в наши времена люди могут заблуждаться.

Приведу еще один пример: сообщается, что «Юлиан (впоследствии названный Отступником [393] ) учился философии и языческим наукам у Либания [394] , своего наставника, вследствие чего поставил философию выше Евангелия, отойдя от христианства и вернувшись к язычеству». Этот самый Юлиан после своего отступничества запретил христианам обучаться по священным книгам, где отражен промысел Божий, вынудив их опуститься до языческих наук. В «Меркурии» за февраль 1695 года приводятся такие сведения: «Ученые, дабы получить звание доктора христианских наук, должны были учиться красноречию по языческим трактатам, и лишь Карфагенский собор [395] поставил препону чтению идолопоклоннических книг».

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что во времена раннего христианства не только простые люди, но и многие ученые, в том числе выдающиеся философы, обратившиеся к вере в Христа, все еще сохраняли любовь к языческим обрядам, и эта привязанность, укоренившись в христианской почве, дала пышные вредоносные всходы, выкорчеванные лишь Реформацией.

Среди других сорняков, проросших из тех же корней, вера в силу бесов и колдовства – не последняя. Произведения Гомера, Вергилия, Горация, Овидия и других античных авторов написаны великолепным языком и до сих пор изучаются в школах, но при этом они утверждают пагубные для всего христианского мира доктрины. Как выражается один из авторов, «если раньше христианские школы отвращали людей от язычества и приводили их к Евангелию, то теперь они совершают обратное под маской разностороннего образования». И хотя мистер И. М. [396] в своих «Чудесных знамениях» рассказывает, что на одном из первых соборов были преданы анафеме все те, кто верит во власть бесов, зло укоренилось столь сильно, что, насколько мне известно, долговременных последствий это решение не имело. Более того, колдовство возвели в разряд столь страшных зол, что для преследования за него были придуманы особые судебные процедуры, работавшие с пугающей неотвратимостью. Пролились реки крови, за которые должна ответить блудница в пурпуре [397] , ослепленная своими же измышлениями.

Знаком я и с трудом мистера Перкинса [398] , который в Англии после Реформации подхватил миссию жестокого преследования ведьм, и по этому пути воспоследовали ему мистер Гоул, мистер Бернард и еще несколько проповедников и судейских. Они не оставили без внимания многообразие испытаний, придуманных язычниками и папистами для выявления чародейства, поставив своей целью противостоять тому, что они сочли пагубным. Не удивительно, что в основном повторяли они приемы мистера Перкинса, превосходившего их всех ученостью. В то же время их благие начинания строились на упущениях, за которые должны они нести ответственность, ибо действовали с предвзятостью. Самая большая их общая ошибка в том, что они не руководствовались святыми книгами или разумом, а их рвение пагубно тем, что на их примере десятки и даже сотни борцов с нечистью могут посчитать, что в этом деле возможно обходиться вообще без доказательств.

Кровавые судилища следует пресечь, ибо сегодня даже протестанты поддерживают недозволенные методы отправления правосудия. Правильно ли, что один проповедник вещает: «А как иначе распознать ведьму?», а другой уверяет, будто во власти колдунов поручить дьяволу убивать людей? Тверды ли эти люди в своей вере? Почему обвинитель не обратился к священному писанию, а пребывал во власти языческих измышлений? Если мы откажемся от наших священных книг, устанавливающих правила и порядок нашей жизни, последствия для всей Новой Англии будут ужасными вплоть до ее исчезновения с лица земли.

Что касается большинства главных действующих лиц салемских трагических событий, то сегодня они в определенной степени готовы признать, что совершили недопустимое. Но сдается мне, что в сходных обстоятельствах они вновь и вновь будут так поступать, не вняв предупреждениям. Слишком далеки они сегодня от того, чтобы возблагодарить Господа за то, что жертв не стало больше, и принять на себя вину и стыд за происшедшее.

В заключение буду краток: мы увидели, как чрезмерное рвение стало источником слепой ярости, направленной не на действительных врагов, не на безбожников, погрязших в непотребствах, а на тех, кто, будучи столь же добродетельными и богобоязненными, как и оставшиеся в живых жители нашей провинции, пострадали безвинно, ибо на них обрушились со всей возможной суровостью, опираясь лишь на свидетельства глупых служанок и хитрых девок, которые до и после судов вели жизнь, полную разврата и кровосмесительства. И самое страшное в том, что краеугольным камнем обвинения стали одни только измышления о духах и призраках обвиняемых, находившихся в ту пору совсем в других местах, и что эти нелепые обвинения были поддержаны и судьями, и присяжными заседателями, и даже священниками, которые не задумывались о последствиях.

Где публичное и открытое раскаяние тех, кто ошибся, пойдя на поводу у лжеучения, кто применил недозволенные методы, коими проливали кровь язычники и паписты? Разве не понятно им, что на нашей земле теперь лежит пятно, которое смывать придется очень долго, и что можем мы стать плохим примером для иных городов и сел. Ведь на деле были оправданы действия и поступки тех, кто обесчестил имя Божие, впал в язычество, способствовал укреплению наших врагов и, как следствие, благоприятствовал росту числа отвернувшихся от нашей веры.