Чтение онлайн

Затем прошли конница и пехота, вооруженные до зубов: пехоты было примерно пятьдесят семь тысяч семьсот человек, конницы – двадцать три тысячи двести. Все они проследовали в надлежащих одеяниях и должным образом вооруженные. Помимо тех доспехов, что были на них, множество других были сложены отдельно, и число их невозможно назвать». Однако Калликсен не затруднился перечислить и это.

«На данных после этого играх двадцать победителей получили золотые венки. Птолемей Первый и Береника были почтены тремя изваяниями на колесницах и священными участками в Додоне. Общие расходы в местной монете составили две тысячи двести тридцать девять талантов и пятьдесят мин; и все это благодаря энтузиазму устроителей было отсчитано экономами еще до окончания зрелищ. Сын же их, Птолемей Филадельф, был удостоен двух золотых изваяний на золотых колесницах, воздвигнутых на столпах: один был шести локтей в высоту, пять – пяти локтей и шесть – в четыре локтя высоты.

Какая другая держава, друзья мои застольники, была столь же обильна золотом? Такого богатства нельзя, конечно, найти ни у персов, ни в Вавилоне, нельзя его добыть в рудниках или намыть в несущем песок Пактоле! Ибо только Нил, по праву зовущийся „златоструйным“, вместе со щедрыми урожаями приносит неподдельное золото – земледелие без риска. И плодов его достаточно, чтобы, посылая их, подобно „дарам Триптолема“, во все концы земли, питать человечество. Поэтому поэт Парменон из Византия называет его Зевсом: „О Нил, Египта Зевс!“»

Превосходя таким богатством многих властителей, Птолемей Филадельф с великим рвением занялся всяческим строительством. Превзошел он всех и числом кораблей. Только самых крупных судов у него было вот сколько: два с тридцатью скамьями для гребцов, один с двадцатью, четыре с тринадцатью, два с двенадцатью, четырнадцать с одиннадцатью, тридцать с девятью, тридцать семь с семью, пять с шестью и семнадцать с пятью; судов же с числом скамей от четырех до полутора вдвое больше. а всего кораблей, плававших на острова и в другие города, находившиеся под его владычеством, а также в Ливию, было четыре тысячи. Что касается количества переписанных книг, построенных библиотек, коллекции, собранной в Мусее, то стоит ли говорить о том, что известно всем?

Завершают наши экскурсы в Афинея рассказы о празднествах, которые устраивались в эллинистическую эпоху и где вино играло особую роль. В этих фрагментах также содержится немало важной информации о том, как менялась атрибутика пиров и какие традиции сохранялись. Упоминаемое Афинеем проливает свет и на исторические реалии, и на ритуальные смыслы. Вместе с мифологическими деталями текст изобилует приметами времени. Главными персонажами этих фрагментов являются македонянин Каран и египетский царь Птолемей II.

Каран – один из знатнейших и богатейших людей Македонии раннеэллинистического периода.

Птолемей II Филадельф («Любящий сестру»), получивший свое прозвище потому, что женился на своей сестре Арсиное, – сын основателя династии Птолемеев, правил в 285–246 гг. до н. э. Продолжил политику Птолемея I; при нем Египет достиг вершины своего политического и экономического могущества.

Линкей описывает пир – Линкей, писатель III в. до н. э., чьи сочинения до нас не дошли, был родоначальником эпистолярного жанра.

На медных блюдах коринфской работы – в Коринфе производили блюда из самой дорогой бронзы, в которую добавляли в небольших количествах серебро и золото.

Также кур – Афиней перечисляет птиц, которые были либо одомашнены, либо являлись предметом охоты.

Золотые ложки – ложки подсказывают нам, что участникам пиршества подали тушеное, а не жареное мясо.

В афинских горшечных празднествах – имеются в виду «хоэи», один из дней Анфестерий, посвященный поминовению умерших.

С ними фаллоносцы – на праздниках в честь Диониса выступали группы артистов, изображавших хмельных сатиров и силенов – спутников бога. Среди обязательных атрибутов – гигантские фаллосы.

Подогретым крепким винам – Афиней перечисляет наиболее ценившиеся вина.

Оправленное серебром стеклянное блюдо – в поздней античности стеклянная посуда была еще большой редкостью.

Каппадокийскими булками – одними из лучших пекарей в эпоху Римской империи считались выходцы из Каппадокии, области в центральной части Малой Азии.

Эриманфских вепрей – Афиней сравнивает вепрей, которыми угощали пирующих, с огромным вепрем, которого победил Геракл, совершая свой четвертый подвиг.

Роскошные празднества и шествия эллинистической эпохи стали симптомом изменений в античной культуре празднества и винопития. Вино в случае как Карана, так и Птолемея II оказывается одним из проявлений богатства и могущества устроителей празднества. Атрибуты пира Карана и шествия Птолемея имели своей целью поразить умы их участников и зрителей, а не объединить их в единое целое.

Эллинистические правители ощущали себя богами на земле, что они и демонстрировали подобными зрелищами.

Одновременно вино в ту эпоху превращалось в элемент частной жизни, и обилие самого роскошного напитка Диониса у устроителя празднества должно было свидетельствовать об особом статусе этого человека. Демонстрация и дегустация дорогих вин начали заменять особую привязанность древних к их алхимическим свойствам.

Самое серьезное и авторитетное с точки зрения античной культуры отношение к образу Диониса и дарованного им вина мы видим в трагедии Еврипида «Вакханки». Используя уже знакомый нам миф о страстях фиванского царя Пенфея, великий афинский драматург красноречиво свидетельствует о неодолимой власти Диониса и о силе его пьянящей крови:

«[Прорицатель Тиресий говорит фиванскому царю Пенфею]: Этот новый бог, над которым ты глумишься, – я и сказать не могу, сколь велик он будет в Элладе. Заметь, юноша: есть два начала, господствующие в жизни людей.

Первое – это богиня Деметра… она же и Земля; называть ты можешь ее тем или другим именем. Но она сухою лишь пищею вскармливает смертных; он же, этот сын Семелы, дополнил недостающую половину ее даров, он изобрел влажную пищу, вино и принес ее смертным, благодаря чему страждущие теряют сознание своего горя, напившись влаги винограда, благодаря чему они во сне вкушают забвение ежедневных мук – во сне, этом единственном исцелителе печали. Он же, будучи сам богом, приносится в виде возлияний другим богам, так что при его посредничестве люди получают и все прочие блага.