Чтение онлайн

– Свяжись с Кейрой, вызови сюда для поддержки. И разошли по городу, что скоро начнётся.

Хлоп - несколько экранов в разных местах сверкнули белым и тут же погасли, словно перегорев. Император пересчитал чёрные участки: три, по шаблону ведения осады.

Манипулятор работал с данными от всех приборов, не только тех, что располагались на крепостной стене, поэтому включение в него прояснило некоторые моменты. Три сектора внешнего пространства, расходящиеся широкими конусами белого тумана, относились к наиболее подходящим для прорыва участкам обороны. На севере располагался один из выходов водопроводной системы - предсказуемо. Использовать это место для заброса шпионов, несмотря на все усилия, инферналам не удалось, теперь попробуют в другом качестве. Ворота тракта, идущего через Мету, - тем более. Северо-западный спутник был оставлен очень быстро, Альден мог даже поспорить, что на его руинах сейчас расположен один из основных лагерей или даже штаб противника. На западе выбор пал на гораздо более неприметный отрезок; возможно, командующий фронтом просто отмерил необходимое количество километров по карте.

Земля вздрогнула; манипулятор и близко не мог передать тех ощущений, которые испытали находившиеся на улицах, а уж на стенах и подавно - но Альден уже сталкивался с этими орудиями, пусть и в меньшем масштабе. Горло против воли сдавило: по краям двух крайних конусов тумана появилось розоватое свечение. Сомневаться не приходилось, если это пробило защиту Дворца, то городская не устоит ни при каких условиях.

Условно центральный сектор, в направлении Меты, остался как будто без внимания, но на самом деле сейчас демонстрировалась классика здешних войн для сверхкрупных оборонительных объектов; разумеется, Ресдом, инферналам её знать было неоткуда. Три первичных удара наносились вразнобой, так, чтобы захватить как можно более широкую дугу. Затем следовали два дополняющих, дезорганизующих действия защитников: сконцентрированные на трёх районах, те должны были перестроить планы под два их них, которые, как правило, ещё и находились на противоположных концах. Последний удар, собственно взламывающий периметр и открывающий путь внутрь города, наносился только в одну точку.

В зависимости от особенностей конкретной ситуации, в частности, масштабов противостояния и принципов мышления командующих, тактика могла меняться. Чаще всего варьировалось количество ударов; три и так было много, хоть Альден и считал, что Юстиция тянула на большее, но удивило его не это. Три точки - заделы под возможные прорывы. Значит, Ресд, чья команда насчитывала четыре Мечтателя, против трёх у соперников, даже не предполагал возможности разыграть численное преимущество до конца.

Дальнейшие размышления на эту тему прервал скачок напряжения или что-то похожее на него. Картинка, предоставляемая манипулятором, моргнула и погасла. Глаза закрыла кромешная тьма, но, хуже того, Альден лишь спустя несколько секунд понял, что вернулся в реальность, - посредством осязания. Все источники энергии в здании, а скорее всего в городе, вырубились.

* * *

Чем ближе становился конец битвы, тем меньше у Ресда оставалось возможностей повлиять на её результаты. Всё, что можно было сделать, уже сделано, и теперь четвёртый, последний этап осады покажет, хватило предпринятых усилий или какая-нибудь из сторон ещё имеет что бросить на весы.

С возвращения Тависа всё шло чётко по плану, даже сеансы связи. Двое других инферналов устремились на оговорённые заранее позиции, проходя нужные точки в нужные моменты времени и этим нервируя обороняющихся - те ещё не знали, куда будет направлен прорыв. Успехи дневного наступления оказались не то чтобы перечёркнуты, но никакой серьёзной роли в дальнейшем развитии событий не играли: Сенсус и Волюнтас вместе взятые не могли сравниться с Юстицией.

Сидя в кресле рядом с тактическом процессором и покачивая ногой, закинутой на другую, Ресд краем глаза следил за раскладом, ожидая, когда красное созвездие приобретёт необходимую форму и будет готово к началу штурма. Основное внимание его было направлено на стену зала впереди, превращённую в большой экран и демонстрировавшую вид на один из участков крепости. Мягкий приглушённый свет создавал ощущение открытой террасы загородного домика, и это заставляло по-другому воспринимать каждый летящий в сторону камеры снаряд, даром что большая часть шума фильтровалась.

Оборону такого типа в Риме они сломили только благодаря фактору неожиданности. Здесь всё было честно, ключ и замок находились в равном положении. Поле боя накрывал вечерний сумрак, на фоне которого светло-серая громадина стены выглядела ещё более подавляющей. По перемещавшему на дальних рубежах тёмному воинству били с верхних трёх ярусов, даже последний, на котором стояли не огнестрельные орудия, а механические катапульты, не отставал; наверное, заблаговременно покрывал ближние подступы какой-нибудь дрянью. Хотя по-настоящему он себя проявит чуть позже, вместе с тремя нижними, когда осаждающие сократят расстояние до минимума.

Часть стены закрывала внушительная земляная насыпь - не от снарядов, те останавливались ещё раньше стационарными энергощитами. Усиленная глубоким рвом впереди, она должна была удерживать наземные, самые многочисленные войска - единственные, которые могут распространять влияние, отодвигая чужие границы и расширяя свои. За насыпью оставалось немного свободного места, и, как подсказывала память, именно там до поры до времени пряталась первая линия защитников крепости, отгонявшая сапёров и прочих специалистов.

Тем временем все многочисленные плоды фантазии трёх почуявших свободу подростков ждали своей очереди вступить в бой; даже отсюда Ресд слышал рёв тёмной орды, которую перебрасывали на фронт на протяжении нескольких недель. Зубастые, когтистые, ядовитые, дурманящие, летающие, не вспоминая о тех орудиях убийств, которые они могут зажимать в конечностях. На стороне союзников, конечно, тоже много всякого, и живого происхождения, и результатов научных достижений, но на их стороне не было главного - ужаса. Он был против них, как, в общем-то, и всегда.

Если подумать, в этом и заключалась главная причина такого отношения Правителей к инферналам. Враждебность можно проигнорировать, открытую агрессию - простить, злобу, жестокость и гордыню - оправдать. Гуманисты разработали достаточно широкий набор действий, уводящих их от принципа "око за око, зуб за зуб". Но если тебя повергли в ужас, значит, проломили психологическую защиту, всю, которая была. Донесли мысль, что ты бессилен, войдя в твой дом и прибив записку с этой фразой ножом к двери спальни.

А бессилие не выносит никто, не только инферналы.

Хотя, будь они умнее, использовали бы ужас гораздо более целенаправленно.

От размышлений отвлёк пульс, идущий от устройства закрытой связи. Положив на шарик руку, Ресд мысленно произнёс, не отрывая взгляда от экрана:

"- Слушаю".

– Я третий, - возник в голове голос Тависа, - запрашиваю этап.

"- Остальные в курсе?"

– Да, только что говорил.

"- Даю этап. Расчётное время одна минута".

Переключившись с помощью процессора на внутреннюю связь между воинскими подразделениями, Ресд скомандовал:

"- Артиллерия, первый блок, огонь. Второй блок, приготовиться".

– Есть, первый блок огонь!

Над крепостной стеной на экране замелькала серия белых вспышек, "гасящих" привязанную к сектору аппаратуру. Орудия тем временем продолжали бить.

"- Второй блок, огонь через десять секунд".

– Есть, второй блок огонь через десять секунд!

Поймав момент розового всплеска над шестым ярусом, Ресд активировал образ. Третий блок артиллерии не имел никаких особенностей, давно грохотал где-то неподалёку от Меты и не участвовал в самом интересном; аналог электромагнитного импульса был его личным вкладом в осаду.