Чтение онлайн

Несмотря на то что я только что была готова на короткое время забыть свою злость на него из-за этих действительно интересных событий, в этот момент она все же снова вспыхнула.

– Вы не мой отец, и не можете ничего мне запретить! – резко возразила я и с удовольствием бы просто пнула его по голени. Почему этот мужчина сегодня был так невероятно отвратителен? Что я ему такого сделала, что он меня так принижал?

Я вцепилась в свой гнев, умело игнорируя укол в сердце.

Мистер Рид повернулся ко мне. Его глаза были темными, а лицо выглядело чрезвычайно непреклонным.

– Вы даже не знаете, на что соглашаетесь. Вы не можете просто пойти с совершенно незнакомыми мужчинами, – попытался он воззвать меня к здравому смыслу, но упустил свой шанс быть выслушанным или позволить щекотливости ситуации дойти до моего разума.

Потому что неповиновение пробудилось во мне и не позволило бы так легко отступить.

– Они не незнакомые. Он же ваши братья! И я сомневаюсь, что их манеры могут быть еще хуже ваших! – упрямо ответила я, приподняв подбородок, чтобы он отчетливо видел, что теперь будет локти кусать.

Он бросил мне вызов, и теперь я не уступлю ему только затем, чтобы он мог похлопать себя по плечу за то, что спас бедную глупую девчонку от самой себя. Мне снова захотелось громко закричать.

– Черт возьми, вы совершенно не оставляете мне выбора, – раздраженно прорычал мистер Рид и громко фыркнул. – Встретимся в семь перед библиотекой. И, не дай бог, вы опоздаете, – жестко указал он своим братьям, и те только усмехнулись друг другу, в то время как мистер Рид отвернулся и, не оглядываясь, исчез в своем кабинете.

Без двадцати семь я уже стояла напротив библиотеки.

Конечно, я понимала, что еще было слишком рано, но из-за своей нервозности я не могла больше находиться в своей маленькой комнате.

Я переоделась, но постаралась остаться при этом скромной. В конце концов, я не имела представления о том, что меня ждет, и нет ничего более неловкого, чем слишком изысканно одеться.

Поэтому я надела темно-синюю льняную блузку и темно-красную клетчатую шерстяную юбку. Она была невзрачной по цвету и материалу, не выглядела неряшливой, и даже блузка была не такой строгой, как та, которую я обычно носила, чтобы меня не посчитали слишком простодушной.

Я слегка покачала головой и потерла руки друг о друга, чтобы согреть их. Я явно слишком много думала о том, что мне надеть. И только потому, что вечер я проведу в компании мистера Рида. Я попыталась убедить себя не думать так много об этом, а сохранить внутри себя злость на библиотекаря.

Потому что если я не буду строго придерживаться этого, то должна буду думать о нашей ссоре из-за того, что у него было отвратительное мнение о таких женщинах, как я, и что он, конечно, никогда не будет относиться ко мне так же, как я к нему.

Но я провела этот вечер под влиянием гнетущих мыслей и вынужденных положительных ощущений, так как мистер Рид задел мою гордость, и вдобавок мне хотелось выудить так много информации о библиотекаре от его братьев, сколько возможно, чтобы наконец хоть немного удовлетворить свое любопытство.

Спустя минут десять, проведенных в одиночестве недалеко от библиотеки во все больше сгущающемся тумане, я увидела расплывчатую группу мужчин, направляющуюся ко мне. Я повернулась к ним, когда услышала их, и, казалось, они почти сразу заметили меня.

– Видишь, я же говорил, – сказал один из них, протягивая другому руку. Тот полез в карман брюк, вытащил оттуда монетку и вложил ее в требовательно выставленную руку.

Я недоверчиво приподняла бровь. Они, видимо, поспорили, приду ли я.

Возможно, при других обстоятельствах я бы тоже сделала ставку против себя. Я не была тем человеком, который любил выходить куда-то, и уж тем более, если не знал куда. Мужчины никогда не были для меня желаемой компанией, и я редко вела глупые разговоры, чтобы только оправдать мое употребление спиртного.

Но на этот раз все было иначе. Я позволила вовлечь в эту ситуацию свою гордость, когда мистер Рид запретил мне участвовать в этой затее, и поэтому я не могла отступить. Моя гордость была сильной, сильнее страха или любви к комфорту, сильнее злости или печали. Я должна была доказать мистеру Риду, что могу осуществлять свои планы как хочу, и что он никак не мог повлиять на мою жизнь. Особенно после того как он всю вторую половину дня опускал меня.

Но может быть, в первую очередь я пыталась доказать это самой себе.

Это было глупо и по-детски, и я вполне это понимала. И все же я не могла поступить иначе.

– Добрый вечер, мисс, – произнес мужчина в кепке, которая все еще была у него на голове, и его усмешка растянулась до ушей. Только он положил выигранную монету в карман, как его братья подошли ближе.

– Добрый вечер, – ответила я, на что остальные любезно кивнули головами. Никто ничего не сказал, и большинство из них, казалось, были напряжены. Только один снова стоял неподвижно, устремив взгляд вдаль, и я была очень рада, что не вижу его глаз.

Я вздохнула и решила избавиться от напряжения, чтобы оно не висело над нами весь вечер, я была той, кто обрел легкость после встречи с братом.

– Итак, осталось десять минут до того, как мистер Рид сможет покинуть рабочее место. Если он, конечно, пунктуален. Поэтому я предлагаю воспользоваться этим временем, чтобы познакомиться, – сказала я, стараясь не звучать слишком официально. В конце концов, я не хотела, чтобы напряжение возросло еще больше.

– Это в самом деле хорошая идея, – согласился со мной мужчина в кепке, я не удержалась и улыбнулась его порыву чувств. – Что ж, я Тобиас Рид, – представился он, и только сейчас до меня дошло, что все они имеют одну и ту же фамилию. Так они все были мистером Ридом. Это было любопытно и тревожно одновременно, и теперь я понимала, что буду вынуждена обращаться ко всем по имени, чтобы как-то контролировать ситуацию.

– Очень приятно, – ответила я ему тем же тоном, и мы даже протянули друг другу руки, хотя это было не принято для женщин моего круга. Его рука была теплой, а хватка твердой.

– Я Джонатан Рид, – встрял тот, которого я приняла за самого старшего из братьев. Он тоже протянул мне руку, и я прошла по ряду.

Коренастого мужчину звали Лукас, и у него были вспотевшие руки. Блондина звали Джимми, он весело ухмыльнулся, а его руки были холоднее, чем мои. Младший, Финли, смотрел на меня так, словно никогда не протягивал руку женщине. И наконец, Тобиас представил мне брата, больше остальных похожего на библиотекаря.