Чтение онлайн

Удовлетворённое выражение лица великого князя всё это время оставалось непреклонным и бесстрастным, в то время как побледневшая Ольга отвернулась от алтаря, не в силах больше наблюдать за кровавым жестоким обрядом.

Словно почуяв смерть, интенсивнее начинают тлеть благовония. Когда склонившийся над алтарём Олег вдыхает дым ароматных трав после жертвоприношения, его глаза закатываются и становятся совершенно белыми, а в сознании воеводы медленно начинает появляться странное и тревожное видение. Дым, поднимающийся вокруг него, словно обретает собственную жизнь, превращаясь в бесплотные клубы тёмных, извилистых форм — не то рук, не то щупалец, не то крыльев. Из серых глубин этого морока исходит призрачное, потустороннее сияние, отбрасывающее жуткую тень на окружающее реальное пространство.

Мир вокруг Вещего Олега превращается в один сплошной девственно чистый холст аспидного цвета, когда последняя капля крови заполняет собой углубление в форме руны " ? " — "отал", обозначающей "наследие". Глаза мужчины расширяются, когда сгустившийся дым на полотне начинает складываться в замысловатые узоры, создавая жуткий образ. Сквозь клубящуюся иллюзию он видит человеческий силуэт, мощный и внушительный, полностью состоящий из живого и изменчивого пламени.

Фигура уверенно приближается к сотканному из дыма великому князю, на голове которого сверкает корона, символизирующая власть и господство. Дерзким и волевым движением огненный человек протягивает руку к венцу, и корона сама словно слетает с головы Игоря, притягиваемая к нему некой невидимой силой.

Навстречу предательской длани летят фантомные ворон и сокол, что ударяют по ней крыльями и стремятся вернуть княжескую регалию законному владельцу. Тщетно — один только взмах пылающей руки повергает их в развеянный по ветру чёрный пепел.

Когда живое пламя берёт корону вытянутой рукой и водружает символ власти на свою голову, всё вокруг разом превращается в пылающее и бурлящее пекло, что охватывает воеводу огненным блеском и также дотла сжигает.

Мгновение — и мираж исчезает. Вещий Олег делает глубокий вдох, а его кожа словно по-прежнему чувствует сильнейшее жжение от прикосновения огненного незнакомца.

Ещё один жадный глоток воздуха, и он чувствует всплеск смешанных эмоций — благоговения, страха, неуверенности — после наблюдения за чудовищем в мистической фата-моргане. Зловещее присутствие огненного человека как будто никуда не ушло и по-прежнему давило на него, вызывая мигрень. Словно... словно сама сущность власти и государства обрела физическую форму, подпитываемую пламенем и дымом, и решила о чём-то предупредить скандинава.

Когда последние кусочки жуткого образа рассеялись среди вершин деревьев и голов деревянных истуканов, воевода склонил припорошенную сединой голову в знак благодарности богам, а его глаза на мгновение встретились со взглядом князя. Между ними промелькнул кивок — негласное согласие, поддерживающее древние традиции их рода.

— Что ты увидел на сей раз? — с распирающим его любопытством спросил Игорь.

— Ничего значимого, — соврал, чувствуя всем телом жар и обливаясь потом, его родственник и воспитатель. — Возможно, наследника или двоих, всё-таки у вас на носу свадьба.

Тут же он отводит от хозяина киевского престола взгляд, в груди его растёт лавиной беспокойство и предчувствие чего-то ужасного. Захлестнёт ли это адское пламя столицу и его семью? Что хотели сказать ему боги этим видением?

Ответов на вопросы воевода, увы, не знал.

***

Мерцающее пламя костра освещает небольшую земляную площадку, а звуки лязгающего оружия и возбуждённый ропот толпы наполняют собой вечерний воздух. Объятые предвкушением дружинники выстраиваются в круг и с нетерпением ожидают начала тренировочного боя между двумя новобранцами.

Бранимир, сделав шаг вперёд, сначала смотрит на обоих воинов и оценивает, готовы ли они, прежде чем поднимает и тут же резко опускает правую руку с зычным приказом:

— Начали!

Схватившийся покрепче за длинное копьё с обмотанным зелёной лентой древком, Сверр прищуривается и по-кошачьи слегка приседает, готовя свои худые ноги к прыжку в любой момент.

Стоящий напротив него Ари — полная противоположность долговязого скандинава. Широкоплечий лысый обладатель окладистой белоснежной бороды с выражением готовности принять любой вызов лишь улыбается и играет с тяжёлой палицей в руке так, словно это невесомый ивовый прутик.

Толпа затихает, когда оба витязя встречаются взглядами, признавая мастерство и потенциал друг друга. Каждый из участников товарищеского спарринга медленно обходит своего соперника, держа оружие наготове изучая его.

Русоволосый обладатель копны объемных волос с двумя мелкими косами на висках отталкивается от земли и делает выпад вперёд, стремительно направляя копье в сторону оппонента. Тот с будничным и даже скучающим выражением лица уклоняется вбок, едва избегая длинного сверкающего острия. Ари замахивается из-за головы полным силы движением своей булавой в ответ, целясь в шею мельтешащего перед глазами друга.

Чувствуя порыв ветра от проносящейся над ним булавы, Сверр уходит от тяжёлой палицы и контратакует серией коротких ударов, пытаясь обнаружить брешь в защите богатыря и найти его слабое место. Ари, однако, умело парирует каждый удар своим оружием, используя природную огромную силу для отражения выпадов. Пока их мастерство равно, но надолго ли?

Зрители поединка на мгновение задерживают дыхание и аплодируют, когда воины обмениваются мощными ударами, а их оружие сталкивается с громким лязгающим ударом. Искры разлетаются от столкновения металла с металлом, создавая по-настоящему захватывающее действо.

Сверр делает шаг назад, оценивая технику противника и понимая, что тягаться с его физической силой и выносливостью он вряд ли сумеет. Защита широкоплечего варяга слишком хороша, и даже малейшую брешь, крохотную ахиллесову пяту в ней отыскать не выходит, как бы он не старался.

Если только не рискнуть и не сделать что-то слишком непредсказуемое для не отличающегося умением мыслить за рамками Ари.

С громким — даже слишком, а значит, отвлекающим внимание! — криком он бросается вперед, сжимая рукоять пики так, словно от неё действительно зависит его жизнь. Ари наклоняет корпус вправо и готовится отразить выпад... вот только выпада не случается!

Долговязый и быстрый Сверр вонзает копьё в землю в паре метров от соперника, а сам, предугадывая алгоритм движений лысого товарища, молниеносно уклоняется от его атаки стремительным кувырком. Безоружный и испачкавшийся в пыли, он, тем не менее, облегчённно вздыхает и хохочет. Получилось, тяжёлый шипастый шар на конце булавы покрывает глубокими трещинами сухую землю, а не его голову!

— Плут... — по-детски обиженно бросает в его сторону Ари и указательным пальцем подзывает оппонента подойти к себе поближе. — Что собрался делать без копья?

Хитрец ухмыляется, и раззадоренный таким ответом витязь агрессивно кричит и бросается в атаку, на ходу размахивая смертоносной палицей в правой руке. Сверр же, разбежавшись как следует, прыгает к копью, хватается за его древко и, сохраняя импульс в своём теле и используя воткнутое в почву оружие в качестве рычага, взмывает высоко вверх... Не он ли изобрёл только что прыжки с шестом?