Чтение онлайн

По мере того как все составляющие варева сливаются в однородную массу, смесь приобретает насыщенный земляной цвет и густой, похожий на сусло, аромат.

— Жир от ярки истопи,

Восемь вдохов потерпи.

Следом опускаешь ложку,

Травы, лепестки и крошку

Мела,

Дабы язва омертвела,

Влей от лопуха настой,

И на три дня — на отстой.

Чтобы ещё больше усилить действие своей мази, знахарка достаёт небольшой мешочек с мелко истолченным мелом и добавляет в пузырящуюся кашу несколько щепоток порошка.

Руки тянутся к больше напоминающему ветошь полотенцу, чтобы вытереть сероватую пыль на ладонях, но не успевают — точный до мелочей процесс прерывает чей-то стук в дверь. И это в такой поздний час?

— Злоба! — кричит, барабаня пуще прежнего по дереву, Забава, дочь трактирщика. — Баба Злоба, открывай! За три версты чую, что стряпаешь, и не расстегаи да щи!

* * * * *

В тёмных покоях особняка посадника великий князь не находил столь желанного покоя даже в своём сне. Седыми ночами в его сознании бушевала неумолимая буря, терзая его горькими воспоминаниями, которые никак не хотели исчезать в водовороте времени и всплывали в памяти Игоря.

Спал он беспокойно. Сын Рюрика ворочался, словно находясь в борьбе между своим подсознанием и реальностью, в которую от так отчаянно желал вырваться из цепкой хватки вставшего у изголовья его ложа Сна.

Покрытый мелким бисером холодного пота лоб морщится, закрытые глаза беспокойно шевелятся, а руки дрожат от тяжести минувших лет, от горечи прежних битв, от печали по неслучившимся объятиям.

И заканчивается череда его кошмаров всегда одним и тем же сновидением.

Дворец в Ладоге, двадцать два года назад

В бревенчатых стенах княжеской цитадели завывает промозглый декабрьский ветер, а на кровати неподвижно лежит некогда пышущий силой и здоровьем правитель, жизнь которого уже на протяжении нескольких дней медленно угасает, словно пламя тающей свечи.

Оставленная врагами-карелами рана, что почти полностью зажила, после похода в баню вновь напомнила о себе и принялась наполняться губительными соками, словно отравленные цветы растущей в саду ладожского дворца белладонны.

Несмотря на страдания и опухшую, ставшую похожей на лиловый гнилой окорок с серо-зелёными прожилками ногу, Рюрик сумел собраться с силами и позвать к себе после разговора с Вещим Олегом и своего юного наследника.

Дрожащей рукой великий князь поманил четырёхлетнего испуганного малыша к себе, и в его усталых глазах появился вымученный, вот-вот готовый потухнуть, блеск.

"Игорь, сын мой, — прошептал Рюрик, его голос был слаб и с каждым звуком отдавал болью в висках знатного мужа. — "Я близок к концу своих дней, который всегда представлял иначе. Не от меча я паду или не знающей промаха стрелы коварного врага, а как немощный и дряхлый старик, от какой-то язвы... Но прежде чем я перейду в другое царство, я должен передать тебе, моему юному преемнику, немного слов мудрости".

Когда крохотная фигурка наследника, чьи выразительные глаза тонули в слезах, подошла к постели отца, Игорь протянул свою ручонку великому князю и прижался к его грубой, могучей длани покрасневшей от плача щекой.

Несмотря на то, что эта их встреча могла стать последней, обессиленный родитель... оттолкнул его и отстранился от объятий. Взгляд господина Ладоги стал холодным, как зимний воздух за окном, а голубые глаза напомнили колючие и острые снежинки.

— Не смей реветь, сколько раз... Сколько раз я говорил тебе! — задыхаясь, повышает на него голос Рюрик и начинает кашлять. — Мне невыносимо видеть тебя таким убогим, будто ты не князь, а девчонка! Осталось... осталось только платье нацепить и спрятаться под материну... юбку. И как я могу доверить тебе защиту нашего народа и честь рода... Если... ты вечно наматываешь на кулак сопли, а не сокрушаешь им любые трудности и препятствия...

— Простите, отец... — торопливо вытирает нос рукавом мальчишка и, встретившись взглядом со ставшими пуще прежнего недовольными очами родителя, исправляет допущенную им ошибку. — То есть великий князь. Простите своего глупого раба, княже.

Бледные, приобретающие синюшный оттенок губы угрюмого варяга слегка изогнулись в слабой улыбке, свидетельствующей о том, что хоть здесь он остался доволен поведением сына. Затем он похлопал по ложу ладонью, приглашая наследника наконец-то сесть рядом.

Игорь, будто робкий оленёнок, захлопал огромными глазёнками и осторожно, затаив дыхание, ответил на приглашение и занял своё место — достаточно близко, чтобы это не выглядело его неуважением, но на расстоянии, дабы такое поведение не было воспринято отцом как слабость.

Рюрик ненавидел телячьи нежности.

"Прежде всего, сын мой, — окрепшим голосом продолжил могучий варяг, — Помни, что истинное лидерство заключается не в силе меча, а в силе характера. Веди люд за собой с честью, состраданием и справедливостью, и твой народ сплотится вокруг тебя".

Игорь кивнул, впитывая каждое слово своего родителя, словно губка.

"Во-вторых, — поднимает он взгляд и едва заметно кивает, — Никогда не недооценивай силу союзов. В это неспокойное время не только наше оружие будет защищать обширные земли, но и крепкие связи, основанные на взаимном уважении и выгоде. Ищи союза с теми, кто защищает то же, что и мы... Или протяни руку тем, с кем разделяешь общего врага."

На лбу отца проявились тонкой сливовой сеткой кровеносные сосуды, а крупные жилы на висках надулись подобно горнилам кузнеца. Говорить ему становилось всё сложнее и сложнее.

"И последнее, сын мой, — задыхаясь, прохрипел он, — Никогда не позволяй мести затуманить твой рассудок. Месть может показаться сладкой, но она всегда оставляет горький привкус, что будет на твоём языке до самой кончины. Стремись к справедливости, да, но подумай о том, как твои действия отразятся на нашем народе и на том наследии, которое мы оставим после себя".

С огромным усилием Рюрик протянул дрожащую руку, некогда мощная хватка которой теперь стала хрупкой, и коснулся шершавой ладонью его щеки.

"Помни, сын мой, — прошептал правитель, его голос был уже едва слышен, — Наш великий род пережил бури, которые могли бы разрушить другие семьи. Сила, которой мы обладаем, заключается не только в мужестве и стойкости, которые определяют нас, но и в безусловной верности и преданности родной крови. Только благодаря ей мы сумели выстоять перед всеми невзгодами. Острый ум твоей матушки... Мудрые советы и опыт дяди... Они помогут тебе после того, как я испущу дух. Сохрани наше наследие, защити наш народ и всегда стремись быть лидером, который объединяет, но не разъединяет".